Концессия 3
Шрифт:
Ну да, тяжко ему. И скучно. А вот мне абсолютно пофиг. Я даже начал получать некое эстетическое… кто сказал извращённое? – ну да, есть немного… короче, удовольствие. И воздух тут реально свежий, пусть и с примесью звериной вони, и озон, если принюхаться, чувствуется. И стены не давят. А от статики мышцам даже приятно. Хотя она, как Вова и сказал, по ощущениям усиливается… да и тучка изрядно подросла, раздавшись вширь. Если так и дальше пойдёт, то тут уже не о туче говорить нужно будет, а о полноценном грозовом фронте…
Именно на это обстоятельство я и указал Серёге ещё
– Ганс? Ты это видишь? Хр-р-р-р… Фр-р-р-р…
Почти как Зигги, когда взволнован. Ну или в бешенстве.
– Тучу? Хр-р-р-р… Фр-р-р-р…
– Её самую! Хр-р-р-р…
– Работаем! Хр-р-р-р… Фр-р-р-р…
Хм… а ведь задумался Ганс, судя по паузе перед последней репликой. И думал около минуты, не меньше. Я даже забеспокоился, не накрылась ли рация известным местом. Но нет, не накрылась. В отличие от моей надежды – я-то, наивный, решил, что Серёга вот прямо сейчас прикажет сворачиваться и переезжать в безопасное место. Но для этих, как выяснилось, охота и впрямь пуще неволи. Впрочем, моё дело маленькое – обгадился и стой. Вернее, лежи да пялься в никуда.
– Петруха выдвинулся, что ли? Фр-р-р-р! – предположил не менее меня озадаченный Серый.
– Почти на месте, хр-р-р-р…
– Ну тогда и впрямь, хр-р-р-р, смысла нет сворачиваться, фр-р-р-р!
– Работаем! Хр-р-р-р! Фр-р-р-р-р!
Всё-таки поражает меня Ганс своим немногословием. В том плане, что как он с тем же Марио умудрился сойтись накоротке? Они же реально полные противоположности! Ну и, получается, наглядное подтверждение принципа «противоположности притягиваются». Хотя не об этом сейчас нужно думать, а о нависшей, такое ощущение, над самой головой туче. Почти от нас и до горизонта, плюс от края до края. Только за спиной пока ещё светлое небо. Зато впереди… вспышка! И ещё одна! И ещё! Да какие яркие! Скорее всего, я просто отвык от столь концентрированных источников света, в обычное-то время глазу вообще зацепиться не за что. А тут ещё и раскаты рокочущие, наконец, докатились… аж уши заложило.
– Ни хрена себе!!! – в полном восторге заорал Вова. – Вот это пи… - отставить! – грянуло! Помнишь, Проф? Люблю грозу в начале мая!..
– Как… и-и-и нет сарая! – поддержал я напарника, внутренне съёжившись от подсознательного ужаса. – Серый, точно всё норм?
– Лучше не бывает! – заверил возбуждённый охотник. И рыкнул в рацию: - Ганс! Хр-р-р-р, фр-р-р-р! Сначала бьём телков, под гром! Фр-р-р-р! А потом уже пускай Петруха «пугалку» запускает! Хр-р-р-р!
–
Хм, логично. Под такой аккомпанемент можно не то, что из «болта» пару раз пальнуть, тут хоть из пушки сади, никто даже не почешется. Собственно, именно так и получилось: уже буквально через полминуты, под очередной накативший раскат винтовка в руках Серхио дёрнулась, выплюнув пулю, и один из молодых рогачей в какой-то сотне метров от нас плавно завалился на бок, уже на земле пару раз взбрыкнув и успокоившись.
– Первый есть! – удовлетворённо буркнул себе под нос охотник, но я скорее прочёл это по губам, нежели расслышал – долбанул очередной раскат.
– Сделали, хр-р-р-р, фр-р-р-р! – ожила рация у Серёги в кармане разгрузки.
– Принял, хр-р-р-р, прикрываю! – отозвался он. И повысил голос, повернувшись к Вове: - Влад, давай, посматривай вон туда!
– Зачем?! – уточнил мой напарник.
А ведь уже реально орать приходится, чтобы хотя бы ветер пересилить! Про гром и вовсе молчу…
– Сейчас Петруха будет выдвигаться!
– пояснил Серхио. – Если вдруг какого-нибудь бычару в его сторону понесёт, придется валить!
– Куда валить?! – прикинулся Вова шлангом.
– Не куда, а кого! Бычару!
– А смысл?!
– Смысл, Вов, очень простой: им в этой стороне должно стать страшнее, чем в другой! Понимаешь?!
– Не совсем, - мотнул головой Вова.
– Они сейчас насторожились, вон, видишь?! – продолжил рвать глотку охотник. – Двое телят вдруг умерли. Но почему, им непонятно. И они пытаются определить, что делать. Видимой опасности нет, сопутствующих признаков тоже. Куда бежать? Где спасаться? Для них сейчас любая сторона равнозначна – к нам склоны, от нас гроза. Поэтому хватит даже небольшого толчка… например, ещё одного пристреленного собрата. Так понятно?!
– Более-менее, - подтвердил Вова. – Проф, дай-ка одну «банку»!
– Тебе зачем?! – нахохлился я.
Мои патроны! Я без них себя голым ощущаю. А этому, понимаешь, дай!
– На всякий случай! – отрезал напарник. – Дай сюда, говорю! Предчувствие у меня!
– Держи, - с тяжким вздохом перекинул я Вове подсумок.
– Ого! – неприятно поразился Серхио. – Парни, вы чего?!
– Слышал же – предчувствие у Вовы! – хмуро буркнул я.
– А это плохо?
– Поверь, Серый, хуже не бывает, - поддержал меня напарник. – Одно хорошо – работает оно с шансом пятьдесят на пятьдесят: либо сбывается, либо нет!
– Да тьфу на вас! – возмутился Серёга. – Накаркаете еще… М-мать! Что ж как шарашит-то?! Вон, кстати, и Петруха! Хорошо идёт! Моя школа!
Юный «падаван» и впрямь действовал на загляденье – мало того, что мастерски перемещался по-пластунски, огибая кусты и кочки, так ещё и на приличной скорости! Я, пожалуй, и на своих двоих во весь рост шёл бы не особо быстрее. А тут ползком, да ещё и с грузом – «пугалкой», к которой лишний раз и прикасаться-то страшно, того и гляди, порвётся. Странно, что оружия нет – ни винтаря, ни автомата. Только монструозный револьвер в поясной кобуре, сдвинутой на задницу, чтобы не мешалась в процессе.