Конец игры
Шрифт:
– Я не знаю, любил ее когда-нибудь или нет, – совсем тихо признался Далион. – Разве жалость можно так назвать? Но в любом случае я не хочу сейчас об этом разговаривать. Лучше вернемся в мой кабинет. Я уже замерз, если честно.
Ронни ответил ему понимающей улыбкой. Тонкая рубашка чужака наверняка не спасала от утреннего холода. Далион и сам был одет не теплее. Он не думал, что ритуал затянется так надолго, поэтому не озаботился накинуть хотя бы плащ.
– Мне идти с вами? – безжизненным голосом осведомился Нор.
– Да, –
Далион недовольно хмыкнул. Чужак вновь посмел без разрешения распоряжаться его людьми. Но ничего не возразил. Интересно, в самом деле, почему Нор привлек внимание имперца.
Ронни простер ладони над огнем камина, пытаясь отогреться. Длинные языки пламени жадно тянулись к его рукам, пытаясь обжечь пальцы. С недовольным треском рассыпались веселыми оранжевыми искрами и тут же вновь взметались вверх.
– Вина? – предложил Далион, разливая по бокалам темно-рубиновый напиток, заботливо подогретый служанкой.
– С удовольствием. – Имперец наконец-то отвернулся от камина и со вздохом удовольствия опустился в кресло. Жмурясь от наслаждения, пригубил фужер, слегка запотевший от горячего алкоголя с запахом корицы и имбиря.
Нор переминался с ноги на ногу посередине комнаты, не зная, что ему делать. Сесть без разрешения Далиона он не смел, а тот в свою очередь пока и не думал обращать на своего подопечного внимания, словно наказывая за ранее продемонстрированное неповиновение.
Ронни отхлебнул еще вина, откинулся на спинку кресла и с нескрываемым интересом посмотрел на младшую гончую. Под пристальным холодным взглядом чужака юноша покраснел. Зачем-то спрятал руки за спину и уставился в пол, не желая ни на секунду встретиться глазами с имперцем.
Далион, для которого не осталась незамеченной эта сцена, удивленно вскинул брови. Чем дальше, тем страннее.
– Ронни, – окликнул он чужака, отвлекая того от занимательного процесса изучения Нора. Юноша стоял багровый от невольного смущения и явно из последних сил сдерживался, чтобы не сбежать постыдно из комнаты.
Имперский маг с неудовольствием мигнул и перевел взгляд на Далиона, который сразу же продолжил:
– Ронни, почему ты хотел, чтобы при нашем разговоре присутствовал Нор?
– Твой подопечный в будущем вполне может стать очень сильным магом, – пояснил Ронни, наливая себе еще вина. – Даже без прохождения инициации он неплохо справился с моим заклинанием. Уж прости, мальчик, но я спровоцировал тебя. Решил проверить, на что ты способен в действительности.
Нор с немой мольбой во взгляде обернулся к Далиону, но тот молчал, ожидая, что еще скажет Ронни. В конце концов имперец долгое время преподавал в Академии, следовательно, у него намного больше опыта в определении уровня потенциальных способностей.
– Кто тебя научил защитным чарам, которые ты применил? – спросил Ронни, глядя на юношу поверх бокала. – Насколько
– Нет, – с неохотой отозвался хозяин дома. – Я этого Нору точно не показывал. Хотя, кажется, я знаю ответ. Мой ученик много времени проводил с Эвелиной. Она даже учила его, не спросив моего разрешения.
Ронни ухмыльнулся и вновь посмотрел на младшую гончую, дожидаясь подтверждения или опровержения словам Далиона.
Юноша молчал, рассматривая что-то на противоположной стене.
– Я жду, – напомнил чужак. – Разве это такой сложный или неприятный вопрос для тебя? Далион прав? Эвелина научила тебя обороняться?
– Да, – с трудом выдавил Нор. Облизал пересохшие губы и совсем тихо добавил: – Мы много занимались вдвоем.
Далион скривился после этих слов и одним глотком осушил бокал, поморщившись от осевшей на дно горечи трав, добавленных для вкуса. Стоило признать – где-то в глубине души он ревновал своего подопечного к Эвелине. Девушка на его взгляд слишком тепло относилась к Нору, а тот и не скрывал своей любви к ней.
Ронни понимающе хмыкнул, заметив красноречивую гримасу старшей гончей, но ничего не сказал.
– Что вам от меня надо? – с какой-то обреченностью поинтересовался Нор, подняв голову и впервые за время разговора встретившись с имперцем глазами.
– Я хочу проверить твой уровень сил, – прямо ответил Ронни. – Далион, можно?..
– Зачем? – хмуро полюбопытствовал собеседник. – Что тебе нужно от моего ученика? Предположим, ты прав, и Нор в будущем станет неплохим магом. Каким образом это обстоятельство касается тебя? И потом, без инициации ему все равно выше головы не прыгнуть.
– Инициацию легко устроить. – Ронни несогласно качнул головой. – Не в этом суть. Далион, я хочу, чтобы Нор отправился с нами в Рокнар. В предстоящем деле не угадаешь, какая малость может оказаться решающей. Мы ввязываемся в настолько безнадежное дело, что я готов хвататься за соломинку.
– Нор – не соломинка! – Далион раздраженно перебил чужака. – Ронни, не смей распоряжаться моими учениками! Он останется здесь, на Запретных Островах. Нечего ему делать в империи!
Ронни скептически изогнул бровь.
– А тебе не кажется, что прежде надо спросить его мнения? – с сарказмом спросил он. Не дожидаясь реакции несколько опешившего от подобного предложения Далиона, встал и подошел к юноше, который, напряженно выпрямившись, ловил каждое слово спора. – Мальчик мой, ты хочешь помочь Эвелине?
– Нор, молчать! – Далион почти швырнул бокал на стол, тем самым случайно опрокинув его. Красная жидкость моментально напитала белоснежную скатерть и лениво закапала на светлый ковер, но мужчина не обратил на это никакого внимания. – Ронни, не забывайся! Мои ученики не имеют права голоса, пока я не позволю им говорить! Они поклялись мне в верности истинными именами.