Конец империи
Шрифт:
— Рискованно, — покачал головой Храбров.
— Ничуть, — возразил Аято. — Уже в Хорее я понял, что гарнизоны в городах полностью деморализованы. Наместники арка либо бежали, либо беспрекословно выполняют требования горожан. Восстания начались сразу после поражения Яроха в битве. Кое-где для мятежа был нужен только слабый толчок. И я дал городам этот толчок. Добровольцы потекли в мою армию, как ручейки в полноводную реку. В пятидесяти километрах от Орлуэла отряды слились, и получилась значительная сила.
— Отлично сработано, — проговорил Олесь. — Но вот что меня удивляет.
— Найти ответ несложно, — произнес японец. — Десять лет — слишком маленький срок, большинство людей еще помнят свободные времена. Да и страх — не лучшая основа для строительства крепкого государства. Когда он исчезает, все мгновенно рушится. И, наконец, не надо забывать о личности правителя. Кто такой Ярох? Смелый, жестокий, решительный воин. Он набрал банду головорезов и огнем и мечом прошел по Центральной Оливии. На это много ума не надо. Местные жители не сумели оказать сопротивления захватчикам. Потерпев поражение, арк тут же остановил продвижение на восток. Он создал империю, но как управлять ею — не знал. Убивать, насиловать, грабить, жечь Ярох умеет в совершенстве, а остальное — не для его мозгов.
— И тогда появляется Коун, — догадался русич.
— Именно, — подтвердил Тино. — Человек из другой цивилизации, хорошо знакомый с государственным аппаратом власти, знающий, как управлять страной. Я предполагаю, что Линк, готовя побег, специально изучал подобную информацию. Он сразу создает гарнизоны в городах, назначает наместников, обкладывает население налогами.
Предвидя сложные времена, советник строит систему обороны. Частоколы, рвы, ловушки — все это его рук дело.
Мало того, Коун набирает сильную армию для вторжения на восток. Не предусмотрел аланец лишь одного — придворных интриг. Пока он находился вдали от Наски, там произошел дворцовый переворот. Линка отстранили от власти.
В управлении государством свита правителя ничего не смыслила. Результат не замедлил сказаться. Связи между городами, налаженные с таким трудом, начали рваться. Гарнизоны ассимилировались с местным населением, представители арка творили все, что хотели, воины обдирали крестьян до нитки.
Империя еще до поражения в битве рассыпалась изнутри. По сути дела, это было творение не столько Яроха, сколько Коуна.
— Значит, нам повезло, — усмехнулся Храбров. — Теперь осталось взять Орлуэл, и путь на Наску открыт.
— Кстати, я знаю, где укрылся Линк, — произнес самурай.
— Разве он не столице? — удивился Олесь.
— Нет, — вымолвил Аято. — Судя по всему, его пути с Ярохом окончательно разошлись. Аланец не глуп и понимает, что дни арка сочтены. Разделять незавидную участь правителя Коун не собирается.
— И где же он? — поинтересовался русич.
— В Солиуле, — ответил японец — Это самый северный город Центральной Оливии. Находится в полном окружении болот. К нему ведет узкая, плохо проходимая после дождей дорога. Наверняка Линк присмотрел себе убежище давно. Всех пленников из Кардуэла советник
— Сейчас не до него, — покачал головой Храбров. — Надо сначала покончить с Ярохом. Длительная военная кампания не устраивает союзников. Многие солдаты окинули родные города полгода назад. Моральный дух армии с каждым днем падает.
Я уж не говорю о наемниках. Постоянно следить за ими, охранять — занятие бессмысленное и опасное. В группе Стюарта мутанты подняли восстание. Нет, пусть пока Коун сидит в берлоге. Главная цель наступления — Орлуэл.
На следующее утро Олесь, Тино и Пол в сопровождении десяти бойцов отправились к городу. Идущий впереди солдат нес белый флаг, предлагая обороняющимся выйти для переговоров. Союзников ждали. Парламентеры не успели дойти до моста, как к ним навстречу выдвинулась группа тасконцев.
Первым шел высокий широкоплечий мутант. Маленькие, заостренные кверху уши, зеленые глаза, длинные бесцветные волосы и на удивление красивый правильный рот отличали этого воина.
Гигант имел четыре руки. Две верхние, которыми он пользовался, находились на привычном месте. А еще две, маленькие и недоразвитые, бессильно висели вдоль туловища.
Мутант абсолютно не стеснялся своего уродства и не прятал под одежду лишние конечности. На обнаженной груди оливийца красовалась вытатуированная пасть зубастого чудовища.
— Я — Зорк, наместник Орлуэла, — без всякого вступления начал гигант. — Вы вторглись на мою территорию. Я требую, чтобы ваша армия немедленно убралась отсюда.
— Суровый подход, — усмехнулся Стюарт. — Но мне кажется, наместник не вполне представляет себе реальную расстановку сил. У нас по меньшей мере четырехкратное преимущество в численности.
— В самом деле? — высокомерно сверкнул глазами мутант. — Так вот, мне на это наплевать! Город неприступен. У меня верные солдаты, которых не напугать грохотом оружия. Хотите штурмовать? Пожалуйста. Ярох будет рад увидеть на кольях головы врагов.
— Если я правильно понял, на капитуляцию вы не согласны? — спросил русич.
— На что? — не понял Зорк.
— Сдаться в плен, — пояснил шотландец.
— Конечно, нет, — натянуто расхохотался гигант. — Обойти мой город невозможно. Готовьтесь к смерти, жалкие людишки!
Вместе с последними словами мутант резко выбросил левую руку вперед, пытаясь оттолкнуть Храброва. Но землянин вовремя заметил движение тасконца и успел увернуться. В тот же миг Олесь вытащил клинок из ножен и положил лезвие на плечо наместнику, едва касаясь шеи.
— Не надо со мной шутить, — раздраженно вымолвил русич. — В следующий раз твоя голова окажется на траве.
Зорк отшатнулся назад и попятился. Быстрота реакции человека его поразила. Уверенный в своей силе и ловкости, мутант неожиданно встретился с достойным противником. В глазах оливийца мелькнул страх.
— Мы даем вам на раздумья ровно сутки, — продолжал Храбров. — Потом не ждите пощады. Любой воин, захваченный с оружием в руках, будет уничтожен.
Парламентеры развернулись и неторопливо направились к лагерю.