Конфидент
Шрифт:
— Где они?
Бедняга беззвучно разевал рот: он и дышать-то почти не мог, не то что разговаривать.
— Дайте ему возможность прийти в себя, — не удержался от реплики Гарев.
— Когда придёт в себя мы ему яйца с корнем вырвем! — грубо сказал один из помощников Жеранского.
Имена Гарев так и не узнал, мужчин ему не представили. Знакомиться не тянуло. Не будь Гарев магом, пожалуй, ощутил бы тревогу. Не следовало разыскивать Денёву в компании насильников. Мог бы догадаться, что в бегство пускаются не от нервной мнительности, а ввиду реальной угрозы. Судил о незнакомой девушке, следуя глупому шаблону: дамочки, мол, все истерички.
Жеранский меж тем нехорошо скривился лицом, зашипел уже не сдерживаясь:
— Быстро говори, где девки, или я спущу с поводка своих псов!
Никакого тебе осторожно магического воздействия, внушения, тонких приёмов, которым учили в школе. Гарев никак не мог прийти в себя от мерзкой обыденности происходящего. В глубине души шевельнулся страх, пока ещё робкий, скорее инстинктивный, нежели осознанный. Теперь не только за незнакомую студентку, но и за себя. Почти забытое впечатление. Его[RbD1] удалось без труда загнать обратно в логово. Как бы не хорохорился профессор, а против столичного инспектора не тянул, сделать ему ничего не мог. Кто его поймёт, садиста и насильника, чего он добивается конкретно сейчас. Быть может, выслужиться пробует, демонстрируя преданность школе и её делу. Способ выбрал мерзкий, но ведь действенный. Парень заговорил, едва смог достаточно глубоко вздохнуть.
В том, что он запуган и будет помалкивать о случившемся, Гарев не сомневался. Подумал с тревогой, что, если на девушку оказывали подобное давление, она могла убежать очень далеко, а то и с собой покончить. В юности так легко поверить, что уже рушится мир, хотя ситуацию, чаще всего, можно поправить. Гарев плохо разбирался в девичьей психологии, версии строить не пробовал. Уехали подруги в пригородную деревню или на другой конец страны, предстояло выяснить в ближайшее время.
Жеранский опять попытался вежливо спровадить инспектора, соблазняя мирным отдыхом в гостинице, противопоставляя ему унылое болтание по пыльным дорогам. Только теперь Гарев окончательно перестал верить в добрые намерения профессора. Понимал, что тот попытается запугать студентку ещё больше, если отыщет её, а то и несчастный случай подстроить. Свалится глупая девочка с моста в реку, если не умеет плавать, а если умеет, то внезапно воспылает страстью к суициду и повесится где-нибудь на лоне природы. Деревьев там не счесть. Простой поначалу случай казался всё более серьёзным по мере того, как машина неслась к цели, изрядно превышая при этом скорость.
Нужную деревню удалось отыскать без труда. Слева от дороги мелькнуло кладбище, но Гарев даже головы не повернул, хотя сам в первую очередь отправился бы туда: некромантов вечно тянет к могилам, и в такой хороший тёплый день прогуляться под тенистой сенью было неплохим выбором. Понимая, что его пытаются отстранить от расследования и в перспективе обхитрить, Гарев решил проявить максимум сдержанности. С самого начала следовало не идти на поводу у Жеранского, а взяться за дело лично. Обошёлся бы без помощников. Пусть он здесь чужой, да люди везде одинаковы. Его стихия огня слабо увязывалась с духом смерти, зато он всегда легко сдруживался с ведьмами, а каждая женщина — ведьма от природы, магичка она или нет. Её жизнь заставляет, и всегда полезно об этом помнить.
Дом выглядел как любой другой деревенский дом, ничем не выделялся из ряда. В саду никто не бродил, из окон не выглядывал.
Прибор ничего существенного не показывал, да и работал лишь на малых дистанциях, если вообще был от него какой-то толк. Гарев к новомодной технике относился скептически, может быть, потому, что сам её разрабатывал и знал, насколько противоречивы бывают исходные посылки в логической цепи. Магия пока не стала истиной наукой, хоть и стремилась к академическим лаврам.
Жеранский не постеснялся бы вломиться в дом, как уже вломился в чужую квартиру, возможно, ждал лишь подтверждения подозрений, но раньше, чем его ребята разобрались с хитрой техникой, откуда не возьмись появилась сухенькая старушка. Она опиралась на клюку, но не тяжело, а с несерьёзностью крепкого ещё человека. Гарев вспомнил одного из своих приятелей, ходившего с тростью, хотя опора, несмотря на лёгкую хромоту ему не требовалась. Человек просто хотел выглядеть солиднее или нездешнее — кто его знает. Гарев не спрашивал.
Помимо бойкости манер выдавали старушку яркие глаза. Ведьма была, как есть. Из старых, классических, которые и без нынешних школ отлично устраивались в жизни. Гарев вежливо поклонился, признавая её возраст и сродство стихий.
— Заблудились, ребятки? — свежим, ничуть не старческим голосом спросила аборигенка. — Дорогу подсказать? Это я завсегда, почитай всю округу знаю, как свои пять пальцев. Кто где проживает, да кому как роднёй приходится. Всю жизнь тут провела, всего повидала. К кому нагрянули, молодые-красивые? Не сумлевайтесь, коли скажу, всё верно будет.
Гарев едва сдержал улыбку, слушая этот бред. Бабуля косила под тупую деревенщину, потакая городским заблуждениям, а сама плела вязь. Проще говоря, отводила ребяткам глаза, и недурно справлялась. Движения героических помощников уже слегка замедлились, они, поначалу едва замечавшие назойливую сельскую старуху, сами того не понимая подцепились на крючок. И увела бы их ведьма туда, куда хотела, но на Жеранского напевы не действовали. Он раздражённо придвинулся к окну. Стекло уже было опущено.
— Хватит! — сказал резко. — Две девушки должны здесь жить. Я — их дядя. Мне срочно надо их найти. У одной из них несчастье в семье, а дозвониться не можем.
— А, девочек ищете! — обрадовалась ведьма. — Так их дома нету. Ушли с компанией, далеко, к озеру. Как теперь у молодёжи принято мясо жарить да музыкой грохотать. Как раз к Трофимовым приехал сын-десантник на побывку и товарищи его. Вот гвалтом и собрались, девочек с собой позвали, а тем почему не пойти? Дело молодое, парни видные: при должностях и званиях.
Врала ведьма и рукой махала не в ту сторону — Гарев видел, потому что сам был магом, но Жеранского тоже обмануть было трудно. Возможно, ведьма и не пыталась, лишь тянула время, давая юным подружкам шанс уйти огородами.
Могло и получиться. Помощники стояли истуканами, а профессор как будто не рвался пачкать дорогую обувь в деревенском навозе, но тут подал признаки жизни поисковик. Мужчина его державший, вздрогнул, выходя из транса, завертел головой, хотя первым заметил беглянок Жеранский.