Конго Реквием
Шрифт:
Эрван не ответил. В итоге, устав от битвы, гигант с курчавыми волосами поднял свой стакан – коктейль из экзотических фруктов: он никогда не прикасался к алкоголю.
– В любом случае желаю тебе удачи!
Они чокнулись, словно закапывая топор войны.
– Шутки в сторону, – продолжил Старик вполне благожелательно, – как ты собираешься добраться до Лонтано?
– Есть регулярный рейс в Анкоро, к западу от озера Танганьика.
– Он не летает уже несколько месяцев. Даже взлетной полосы больше нет.
– А парни в аэропорту говорили совсем
– За бакшиш тебе пообещают, что ты доедешь туда на спине гиппопотама!
Эрван пожал плечами. Еще одна пригоршня орешков.
– Предположим, ты туда доберешься, – великодушно допустил Морван. – Лонтано еще в ста километрах к северу.
– Сяду на баржу на реке. Я выяснил: так идет снабжение деревень. Даже китайские торговцы используют такой транспорт.
– Ты, вообще-то, осознаешь, что окажешься в Северной Катанге?
– Ну и что?
– А то, мой птенчик, что в этом регионе идет война.
Он ждал этого с момента приезда: подробную лекцию о конфликте в Конго. А почему бы и нет? Еще до отъезда он прочитал все, что смог раздобыть на эту тему, но понял не многое.
– Позволь объяснить тебе сложившуюся ситуацию, – продолжил Морван профессорским тоном.
Он уже пытался просветить сына два месяца назад, когда они приезжали на похороны Филиппа Сезе Нсеко, «горячо оплакиваемого» директора «Колтано». Эрван тогда едва его слушал: ему и в голову не могло прийти, что придется еще раз сюда возвращаться.
– У конголезского бардака нет ни начала, ни конца, но начать с чего-то надо, так что обратимся к геноциду в Руанде в 1994 году. Миллион представителей народности тутси был убит представителями другой народности, хуту, всего за несколько дней. Приступ паршивого африканского безумия.
Но это было только начало бойни. Когда тутси снова пришли к власти в Кигали, хуту в массовом порядке бежали к Великим озерам, на восток Конго. В течение нескольких дней миллионы беженцев оказались в районе озера Киву. Население городов удвоилось, утроилось, учетверилось за одну ночь. На скорую руку построили лагеря.
Непонятно было, куда девать этих хуту, к тому же следовало опасаться, что вслед за ними явятся тутси, горящие жаждой мести.
Поль Кагаме, новый президент-тутси Руанды, не замедлил послать в погоню войска и даже воспользовался случаем, чтобы сместить старого Мобуту. После геноцида его народности он вполне мог снести голову маршалу, и Запад ему бы еще и аплодировал. Однако ради придания законности своему вторжению он организовал конголезское восстание – насквозь дутое, – объединив нескольких бывших мятежников в подобие коалиции.
Среди них был и Лоран-Дезире Кабила, старый махинатор шестидесятых годов, давным-давно ушедший на покой.
– Так началась первая конголезская война, – встрял Эрван.
Грегуар вздохнул. Он полагал себя единственным, кто вправе рассуждать об африканских делах, и, кстати, именно по данной причине воздерживался от этого занятия. С его точки зрения, тут не существовало ни проблемы, ни решения. Один
– Первая война продлилась всего несколько месяцев. Это было в 1997 году. Утвердившись во власти, Кабила выразил благодарность на свой манер: он повернулся против Кагаме и выгнал из страны тутси, этих «гнусных захватчиков».
По-прежнему никакой рыбы на тарелках. Накануне они прождали больше часа. Когда их заказ прибыл, рыба-капитан была холодная, а у них пропал аппетит.
Эрван прислушивался не только к голосу отца, но и к звукам джунглей вокруг. Эта кишащая в темноте жизнь действовала почти успокаивающе. Время от времени лягушки-быки заводили свое соло.
Он решил еще раз проявить осведомленность:
– Про все это я читал. В отместку Кагаме перевооружил свои войска и снова захватил район Великих озер. Вторая конголезская война.
– Именно, – сдержанно одобрил Морван. – Но расклад переменился: у Кабилы хватило времени, чтобы сформировать собственные войска, пресловутых кадогас, детей-солдат. Он также вооружил хуту – тех самых, убийство которых спровоцировал на востоке страны. Не считая его новых союзников, Анголы и Зимбабве. Со своей стороны, Кагаме вступил в союз с Угандой и Бурунди.
В центре Африки разразилась своеобразная континентальная война и повлекла за собой цепную реакцию: в бой вступили разные милиции. Мау-мау [4] , баньямуленге [5] , другие повстанцы… Даже внутри регулярной конголезской армии проявилось соперничество между ветеранами заирских вооруженных сил и кадогас, детьми-солдатами… список можно продолжать до бесконечности.
– Судя по тому, что я читал, сейчас там все успокоилось, верно?
– Скажешь тоже! Была тьма-тьмущая переговоров, соглашений о прекращении огня, союзов и альянсов. Но каждый раз все начиналось по новой. Откровенно говоря, никто не знает, как там что обернется.
4
Мау-мау – участники восстания в Кении в 1950-х гг.
5
Баньямуленге – конголезские тутси, населяющие плато озера Киву.
– Кроме тебя.
– У меня нет таких амбиций, но могу тебе сказать две вещи, и ничего сенсационного в них нет. Первое: эта война давно бы закончилась, если бы не шла на земле, которая скрывает самые богатые в мире недра. И второе: расплачиваются всегда гражданские. На сегодняшний день конфликт унес пять миллионов жизней. Больше, чем войны в Югославии, Афганистане и Ираке, вместе взятые. И в первую очередь, разумеется, речь идет о женщинах и детях. Эпидемии, истощение, жестокое обращение, отсутствие медицинских услуг их просто истребляют.