Консультант
Шрифт:
— Надо маме доплачивать за вредность, — подытожил наследник, отходя после проведённой тяжелой операции.
— Угу, — только и согласился папаша.
— Вадим Федорович, вы сегодня собираетесь исполнять супружеский долг? — Кошка ласково провела рукой по груди мужа и томно вздохнула. Ладонь заскользила по телу мужчины, беря направление к резинке пижамных штанов.
— Врач рекомендовал два месяца воздержания. Ты ещё не восстановилась, милая, — сдавленно проговорил Коршун, перехватывая
— Они уже прошли! И я себя прекрасно чувствую! — вспыхнула, негодуя, Ирина на мужнину практичность.
— Ты думаешь, мне легко? — Её сгребли в охапку и нежно поцеловали, утешая. — Но… потерпим ещё недельку? На всякий пожарный. Давай спать. У меня завтра трудный день.
— Ладненько, — как-то подозрительно быстро согласилась Коршунова. Расслабляясь и удобнее устраиваясь на плече Вадима, улыбнулась, представляя физиономию мужа. Завтра. В офисе. С утра.
— Катюша, экономиста ко мне со сводной по металлоконструкциям! — рявкнул «сатрап» по селектору.
— Хорошо, Вадим Федорович, — отозвалась секретарь.
Через три минуты, коротко постучав, в дверь кабинета тихо вошла женщина. Коршун, не отвлекаясь от каких-то документов, кивнул головой:
— Минуточку. Присядьте пока, Татьяна Сергеевна, — внимательно вчитываясь в деловую переписку, произнёс босс и протянул руку. — Давайте сюда.
В его ладонь легла тонкая пачка распечаток, скрепленная степлером.
«Неудовлетворённое мужское желание, подстёгиваемое досадой, требовало выхода. Такую разрядку могла дать только женщина. Сколько он уже без них? Темнота зала показалась душной и угнетающей…
— Мой господин, не так давно нам с вами было так хорошо, — она, возбуждённо шепча, коснулась губами его щеки. — Я готова искупить свою вину за дерзость.
Увлекая Клару в тёмный угол за камином, он рывком притянул её к себе. Сильно сжав податливое тело, впился в её рот…
Она уверенно и бережно сжала напряжённую мужскую плоть, умелым движением освобождая её от плотной ткани брэ. Неторопливо скользнула по ней, горячей, обхватывая пальцами, ритмично двигая.
Его сиятельство застонал, крупная дрожь прошла по его крепкому телу. Дурманящий запах цветов кружил голову, обещая наслаждение. Перед глазами всплыл нежный лик иноземки. Прижав женщину к стене и подняв подол платья, он провёл рукой между её ног, убеждаясь в готовности принять его. Услышав протяжный приглашающий стон, отдавшись своему желанию, он, поддерживая её под ягодицами, одним сильным рывком глубоко вошёл в неё. Глухо утробно застонав, замер, прислушиваясь к себе. Медленно двигаясь в ней, нежно коснулся губами виска:
— Я
Клара смотрела в его лицо, на его закрытые глаза и по её щекам текли слёзы. Она вскрикнула, когда он, достигнув высшего наслаждения, замер и, запрокинув голову, толчком изверг семя в её лоно. Испарина покрыла лицо хозяина».
— Это что такое? — ещё раз бегло пробежав по тексту, просипел обалдевший «кровопийца» и поднял глаза на подчиненную.
«Щебеталка порхающая» недоуменно уставилась на босса, не понимая его реакции.
— Сводная, как и просили, — пролепетала растерянно, глядя, как багровеет от злости лицо начальника.
— Вы издеваетесь?! Что это за шутки! — Женщина сжалась на стуле, лихорадочно соображая, что она сделала не так. — Это ваши художества?! — уже орал Вадим, тряся бумагами перед её носом.
— По-позвольте? — заикающаяся экономист, дрожащей рукой вынула из рук Федоровича распечатку и уткнулась в содержание.
— Сейчас еще заявите мне, что это спам! Реклама каминов! — продолжал бушевать над бледной Татьяной Сергеевной босс.
— Это случайно попало, Вадим Федорович! — чуть не плакала «Щебеталка», оправдываясь. — Я в спешке прихватила, видимо, оставленные Ириной Петровной бумаги!
— Ка… какой Ирины Петровны? — мгновенно остыв, прохрипел Вадим.
— Вашей жены.
— Не понял.
— Ваша супруга заходила к Валентине Николаевне и что-то распечатывала. Один лист, вероятно, попал в сводную. Это моя вина, я прихва…
— Давно она ушла? — «Кровопийца» резко подорвался с места и рванул на выход из кабинета.
— Мы вместе. Она к лифту направилась! — летело робкое вслед удаляющемуся начальнику.
Механизм закрытия двери недовольно крякнул, когда нога в дорогом ботинке вонзилась между створкой и каркасом. Лифт подумал с секунду и дал обратный ход на открывание. Перед Ириной возник муж. Мрачный муж.
— Сбежать хотела? Нафулюганила и драпать?
Коршунова невинно захлопала глазками.
— Ты о чем?
— Сейчас расскажу, — многообещающе прорычал Вадим и вошел в кабинку. И не успела подъемная машина тронуться с места, нажал на кнопку «стоп». Петровна прижалась спиной к зеркальной стенке.
— Дрожишь? — Супруг недобро ухмыльнулся и щёлкнул замком, расстегивая пряжку на ремне брюк.
— Сумасшедший, — округлила в нарочитом испуге глаза женщина.
— До невменяемости, — прошептал «сатрап» на ушко зеленоглазой, прижав её своим телом к отражающей поверхности, и впился поцелуем в шею у самого плеча. Ирка зашипела сквозь зубы от накатившего томления, чувствуя, как слабеют ноги, подгибаются колени и жар проносится по телу, истосковавшемуся по мужским страстным ласкам.
— Коршунов, я без белья, — простонала и замерла.