Конт
Шрифт:
— Ничего подобного, мастер Семон. Наши Учителя давно доказали, что солнечный диск стоит на месте, а вот звезды вертятся вокруг него! Иначе отчего в месяц Белого Паука Волчий хвост находится совсем не там, где он бывает в месяц Огненной Рыбы?
— Великий ученый Аль…
— Вы еще подеритесь, горячие финские парни.
— Что? — оба спорщика повернулись в сторону вошедших.
— Кир Алан, смотрите, — тут же привлек Семон вновь прибывших в судьи. — Вот я сделал подобие, чтобы показать детям…
На столе стоял примитивный
— А где мы?
— Вот здесь, — ткнул пальцем в маленький континент ксен. — Остальное зарисовано с древних карт. Но сейчас мы утратили умение строить корабли, которые могли бы путешествовать между землями.
— И о чем спор?
Ксен взял свечу и начал медленно обносить ее вокруг глобуса.
— Вот! Солнечный диск плывет по небесам и освещает каждый день одну сторону, где он светит — становится тепло и светло! Или вот так, — он опустил свечу вниз и начал поднимать ее вокруг глобуса по спирали.
— А вот великий ученый Альде…
— Я думаю, вы оба неправы. Солнце стоит на месте. Держи так, — Алан поднял руку ксена на уровень груди. — А …кстати, а как называется наш мир? Что — то я забыл…
— Точно так же, как и то, по чему мы ходим, — улыбнулся наставник Дарена.
Местные называли землю — замеля. Так что, выходит, что планета Замеля? Вот и не верь после этого в множественность миров.
— Так вот, Замеля вертится вокруг своей оси. Ось — это если проткнуть шарик вот здесь и здесь через середину. Замеля крутится быстро и от этого наступает день и ночь, — Виктория медленно повернула глобус возле свечи. — Но кроме этого Замеля оборачивается вокруг солнечного диска, и тогда наступает смена циклов. Отворачивается от солнца — выпадает снег, поворачивается к солнцу — становится тепло.
— А лунный диск?
— А луна вращается вокруг Замели.
— Кир Алан, этого не может быть! Наши Учителя…
— А вы постройте образец, проведите, э — э–э, опыты. А потом решите, кто из нас прав. Я ведь тоже не знаю, просто когда болел много об этом размышлял. Но вы ученые, вот и думайте. Как считаете, кир Генри?
— Не может этого быть! — воскликнул мастер Семон.
Ксен задумчиво повернул глобус вокруг свечи. В его глазах вспыхнул интерес.
— Конечно, утверждение спорное, но если конт окажется прав…, — он с азартом потер руки. — Мастер, а если мы сделаем купол с рисунком звезд, а вот сюда посадим маленькую фигурку человека и возьмем свечу ярче…
Виктория с удовольствием бы к ним присоединилась. И дала бы еще несколько подсказок. О цикличности приливов и отливов, о влиянии фаз луны… Но не сейчас.
Маркиз безразлично махнул рукой, увлекая конта на улицу, ему это было неинтересно.
Зато полоса препятствий произвела на бывшего
— Встать! Конт на площадке! — заорал Рэй.
Бойцы моментально выстроились в шеренгу, Оська тоже пристроился с краю и, задрав нос вверх, изо всех сил таращил на конта глазища, изображая рвение и усердие. Шут. Что с него взять.
— Сколько у вас воинов? — спросил маркиз.
Виктория на мгновение задумалась. Сказать правду или соврать? Кто знает, что у этого мужчины на уме. Но что — то ей подсказывало, что с маркизом можно дружить. Может быть, пресловутая женская интуиция? Она подозвала Рэя. Воины продолжили тренировку под командованием Серого, а они вернулись в Кровь.
— Сорок шесть ветеранов и почти тридцать молодых, — сообщил капитан маркизу, когда конт повторил вопрос. — Кир Алан их называет «салаги».
— Нарушаете королевский эдикт, — задумчиво произнес Раман.
— Нет. В эдикте сказано «не более пятидесяти человек». Человек, маркиз. Салаги — это в основном рабы. А по «Уложению об имуществе дворянина» рабы — это не люди. Это вещь, — кротко улыбнулся Алан.
Не зря Виктория сидела с Семоном над книгами привезенными из Рогана.
Маркиз понимающе кивнул головой.
— Как просто, но никто до этого не додумался. Я рад, что мозги вам достались от кирены Ксаны, а не от вашего добренького отца.
— Кир Сани не был добреньким, — заметил Алан.
— Не притворяйтесь глупее, чем вы есть на самом деле, — нетерпеливо махнул рукой кир Генри. — Я говорю о вашем настоящем отце, а не об этом…
Виктория старательно запомнила новые для нее слова. Надо потом у Рэя расспросить, что они означают, но, судя по восторгу в глазах великана, что — то очень интересное.
— Значит, к холодам вы сможете выставить восемьдесят человек?
— Больше ста. В моем замке Рогана тоже тренируется больше тридцати воинов, и мой человек обещал довести их число до пятидесяти. Только, боюсь, к холодам мы не успеем. Но через цикл я планирую иметь двести бойцов.
Маркиз глянул на собеседника с уважением.
— А вы знаете, кир Алан, что ваш замок уязвим? Я бы нападал со стороны вон той скалы, — он ткнул пальцем в Красную скалу.
— Позвольте, я вам кое — что покажу, — вкрадчиво предложил Алан, предвкушая реакцию маркиза на местный аналог канатной дороги.