Контроль
Шрифт:
– Он только что был здесь!
Бритоголовый с ножом-бабочкой замер на полусогнутых ногах, выставив перед собой руку с открытым ножом.
Он смотрел Тому в глаза и не видел его!
– Будто сквозь землю провалился!
Бритоголовый махнул ножом из стороны в сторону, едва не задев лезвием руль велосипеда.
Том сдал еще немного назад.
Еще один бандит в зеленой куртке упал на асфальт и заглянул под машину. Как будто всерьез подозревал, что парень с велосипедом мог там спрятаться.
– Херня какая-то! – озадаченно произнес нос-картошкой.
– Все
– Так быстро, что мы не увидели? – спросил тот, что с крюком.
– Да! – уверенно ответил главный. – Он ведь на велосипеде!
У многих на сей счет имелись сомнения. Но никто не хотел высказывать их вслух.
В конце концов, у них все неплохо получалось! А небольшая осечка всегда может случиться. Подумаешь, пропал парень с велосипедом. Эка невидаль! Можно ведь сделать вид, что его вовсе не было.
Да кому он на фиг нужен, со своим велосипедом!
Примерно такие мысли читались на лицах недоуменно поглядывающих по сторонам членов банды.
Довольно улыбнувшись, Том повернул руль велосипеда и, отталкиваясь ногой от мостовой, не спеша покатил на другую сторону улицы, чтобы там миновать затор.
Навстречу ему направлялись двое парней с битами на плечах.
– Эй, что там у вас происходит?
– Лох с велосипедом сбежал!
– Да вот же он!
Бритоголовый указал на Тома битой.
Все верно! Эти двое не получили установку на невидимость!
А теперь и остальные увидели Тома!
Том надавил на педали и, быстро набирая скорость, погнал прямо на двух бритоголовых. Те не растерялись, а тут же встали в боевые стойки, занеся биты для ударов.
Можно было не сомневаться в том, что они запросто вынесут Тома из седла.
Том и не сомневался.
Он представил, что под ним не велосипед, а мотоцикл. Настоящий, блестящий и рычащий «Харли-Дэвидсон». Сам он одет в черные кожаные брюки и куртку. А вместо головы у него – пылающий череп.
– Я проглочу ваши души! – заорал Том, размахивая над головой рукой, в которой, как он представил, была зажата цепь.
Узрев мчащегося на них Призрачного Гонщика, бритоголовые шарахнулись в разные стороны.
Они даже не задумались: откуда он вдруг появился?
Что за вопрос?
Ясен перец – из ада!
Глава 24
Том спрыгнул на асфальт, подхватил под мышку велосипед и вместе с ним запрыгнул на багажник белого «Мерседеса».
В следующую секунду он был уже по другую сторону баррикады.
Запрыгнув в седло, он крутанул педали и, не глядя по сторонам, погнал изо всех сил в сторону Бридж-стрит.
Краем глаза он все же примечал вокруг все те же признаки распада, что и везде.
Разбитые машины, выбитые стекла витрин, распахнутые настежь окна и двери, непонятные, бессмысленные граффити на стенах…
Занавески, никнущие,
Дважды он видел людей. Сгорбленного старика, сидевшего на крыльце дома и безучастно пялившегося в землю, и женщину, висевшую в петле, привязанной к ветке вяза.
Том ехал так быстро, что к тому времени, когда смысл увиденного доходил до сознания, все уже оставалось позади. И разум говорил, что нет смысла возвращаться. То же самое происходило сейчас по всему городу.
На каждой улице.
В любом доме.
Миновав перекресток с Хай-стрит и Юнион-стрит, Том резко нажал на тормоз.
Паб «Три сквайра», где назначил ему встречу Ахав, располагался в самом начале Бридж-стрит.
Снаружи паб выглядел вполне благопристойно.
Двери, витрины, вывеска, корзины с цветами над входом – все было на месте.
Но после недавней встречи с бандой бритоголовых Том испытывал острый приступ паранойи.
Окна были затемнены так, что через них не было видно, что происходит внутри.
А происходить там могло все, что угодно.
Резня, оргия, шабаш…
Даже концерт Ланы Дель Рей…
Хотя нет, это уже, наверное, перебор.
Даже безумие должно иметь свои пределы…
Мэрилин Мэнсон – еще куда ни шло…
Улыбнувшись таким мыслям, Том почувствовал себя лучше.
Изнутри не доносилось ни звука.
Странное дело, с одной стороны, тишина успокаивала, с другой – настораживала. То есть как хочешь, так и понимай.
Том чуть приоткрыл застекленную дверь, на которой были нарисованы три весело улыбающиеся физиономии в высоких зеленых шляпах, и очень осторожно заглянул внутрь.
Это был небольшой, всего на семь столиков, паб, в котором в добрые времена собирались любители конских бегов. Стены в зале были кирпичные, выкрашенные на две трети снизу светло-серой краской, а на одну треть сверху – синей. По стенам были развешаны фотографии лошадей-рекордсменов в простых деревянных рамках и винтажные афиши скачек. По сторонам от вполне традиционной стойки висели два больших телемонитора. Чуть в стороне стояли выкрашенные бочки, на которых были разложены бюллетени с расписаниями забегов.
Круглые ретросветильники под потолком с плоскими жестяными рефлекторами были включены.
В пабе все было аккуратно прибрано и расставлено по своим местам.
Вот только за стойкой никого не было – непорядок!
За дальним столиком в одиночестве сидел Ахав.
Вернее, это был человек в сером костюме, таком же, как у Ахава. Скрываться же под серой маской мог кто угодно.
Том открыл дверь чуть пошире, вкатил велосипед в зал и поставил его у стены.
«Серый» сидел неподвижно. Чуть откинувшись назад, на спинку стула. Правая рука лежит на столе. Левая – на колене. Лица как такового нет. Немного воображения – и можно представить, что это манекен, специально посаженный за столик, чтобы создать видимость того, что зал не пустует. А когда посетителям мест будет не хватать, его унесут в подсобку.