Копье
Шрифт:
– Но почему вы не обратились в другое агентство? Почему вы выбрали меня?
– Из-за ваших связей. Вы все время были связаны с армией и с торговлей оружием. Вы участвовали в продаже оружия Израилю в прошлом, и нет никаких причин почему бы вам не заниматься этим и сейчас. Во всяком случае, этот факт может быть весьма правдоподобным. У вас, таким образом, имеется прекрасное прикрытие, а кроме того вы хорошо знаете Баруха. Во всех отношениях подходите для этой работы.
– Кроме одного.
– И что же это?
– У меня нет никакого интереса к ней.
– Вы не заинтересованы даже в спасении Баруха?
– Нет.
На
– Значит все, что я вам рассказал никак не убедило вас?
– Нет, не убедило. Поищите другое агентство, или выполняйте свою грязную работу сами.
Израильтянин поднялся и посмотрел сверху вниз на Стедмена. Его взгляд излучал леденящий холод.
– Вы растеряли свои убеждения, – произнес он.
– Нет, просто они изменились. – Стедмен откинулся на спинку кресла. На его лице застыла непроницаемая маска. – Я надеюсь, что вам удасться найти Баруха.
Гольдблат повернулся, и не переставая покачивать головой, направился к двери. Он на мгновенье остановился, будто собираясь сказать еще что-то, но затем вышел, осторожно закрыв за собой дверь.
Стедмен глубоко вздохнул и некоторое время барабанил пальцами по столу. Прошлое никогда не должно возвращаться, по крайней мере так ему казалось сейчас. Он думал о Барухе, младшем брате Лиллы: всегда улыбающийся, легковозбудимый, но очень упорный и настойчивый, когда разговор заходил в сторону политических аспектов борьбы его нации. Был ли теперь и он принесен в жертву, так же, как и его сестра, и все по причинам борьбы, которую вела их страна за свою свободу? Осторожный стук в дверь был тем желанным облегчением, которое освобождало его от нелегких воспоминаний.
– Привет, Гарри. Разговор был тяжелым? – Голова Мегги Уэт появилась в приоткрывшейся двери.
Он засмеялся.
– Опять подслушивала у замочной скважины?
Мегги вошла в комнату и присела на угол стола. В свои сорок лет она выглядела привлекательной и элегантной, как никакая другая женщина не могла и мечтать. Ее обаяние, по мнению Стедмена, очень часто помогало им выиграть не один десяток сложных дел. Ее муж был владельцем агентства, а она помогала ему управляться с делами, пока он не умер от сердечного приступа пять лет назад. Она продолжала вести дело одна, но предрассудки клиентов относительно женщины-детектива преодолеть было почти невозможно. И хотя не было ничего особенного в том, что женщина выполняла работу частного детектива, она вскоре решила, что агентство нуждается в наличии мужского присутствия, и с этого момента все усилия были направлены на поиски подходящего кандидата. Стедмен в этот период только что возвратился в Англию, оставив свою работу в Моссад, и по обоюдному согласию они решили объединить свои усилия. Сначала они очень осторожно присматривались друг к другу, но вскоре взаимопонимание было достигнуто. Каждый из них что-то потерял в этой жизни, но они решили не устраивать из этого трагедий, и в процессе работы почувствовали даже необходимость друг в друге.
После трехмесячного испытательного срока Стедмен внес свою долю и стал полноправным совладельцем агентства на правах партнера. И с этих пор список клиентов агентства стал неуклонно расти. Было неизбежно, что их партнерство перерастет в более дружеские отношения,
Стедмен взглянул на нее и почувствовал, как только что охватившее его напряжение постепенно начинает спадать. Они не виделись уже целую неделю, каждый из них был рад этой новой возможности поговорить друг с другом.
– Кто это был? – спросила Мегги.
– Это в некотором роде отголосок моего прошлого, как ты любишь повторять.
– Он из Израиля?
– Да.
– Моссад? – Она знала, где приходилось работать Стедмену.
Он кивнул.
– Они вновь предлагали тебе работать на них?
– В некотором роде. Они хотели поручить агентству розыски человека.
– Но он не захотел разговаривать со мной на прошлой неделе, когда тебя не было здесь.
– Им казалось, что будет лучше, если они встретятся непосредственно со мной.
– Но ведь в итоге ты отказался от работы.
– Потому что я не хочу иметь с ними никаких дел.
– Да, но если это дело касалось обычного расследования в связи с розыском человека, мы могли бы заняться им. У нас сейчас не так много работы, чтобы отказываться от предложений.
Стедмен нахмурился.
– Когда имеешь дело с Моссад, оно никогда не бывает обычным. Такое предложение нам не подходит.
– Но мы должны были бы хотя бы обсудить это, прежде чем принимать решение. – И хотя Мегги говорила ровным, спокойным тоном, он почувствовал определенную твердость в ее голосе. – Мы могли бы поручить это Секстону, или я сама могла бы заняться этим.
– Я уже объяснил тебе, Мегги, что они хотели нанять именно меня. Давай оставим это, хорошо?
Теперь Мегги почувствовала твердость в его голосе.
– Извини, Гарри. Во мне все время говорит деловая женщина. Мне и самой не нравится эта привычка.
– Все в порядке, Мегги. – Он улыбнулся в знак примирения. – Как идут наши дела?
– В общем, все идет не так уж и плохо. У нас еще есть несколько текущих дел, но ничего сложного, с чем не справился бы Секстон или Стив, пока нет. У Секстона есть еще пара дел в суде, и, может быть, одно из них даже можно будет поручить Стиву, он справится с ним быстрее. Завтра я отправлюсь в суд для дачи свидетельских показаний и, возможно, я буду там и в четверг. Клиент, с которым я только что встречалась сегодня, хочет поручить нам расследование о кражах в его магазинах. Он теряет по несколько сотен фунтов в неделю и подозревает, что это дело рук организованной банды, возможно работающей там же.
– Он теряет товар или деньги из кассы?
– Прямо из кассы. Поэтому мы должны проверить все платежные чеки и кассовые ленты, причем проделать это надо будет вечером. Если мы найдем очень много товарных чеков с пометкой «не продано», то попытаемся сделать серию контрольных покупок.
Стедмен кивнул. Контрольные покупки – один из наиболее простых способов проверки добросовестности продавцов.
– После этой работы мы будем относительно свободны, – продолжила Мегги. – Вот поэтому меня и заинтересовал твой посетитель.