Копье
Шрифт:
Он знал, без всяких сомнений, чей это был труп: нацистская форма, пенсне, остатки усов – это было все, что осталось от их рейхсфюрера Генриха Гиммлера. Сумасшедшие грязные ублюдки держали его тело здесь все эти годы!
Он содрогнулся от охватившего его ужаса. Они продолжали почитать и поклоняться не только его памяти, но и его физическим останкам, пряча их здесь, как вонючий ком ссохшейся мерзости, которую они превратили в идола, который должен был продолжать вести их за собой!
Он смотрел на руки скелета, которые когда-то подписывали приказы, обрекающие на смерть миллионы людей, на руки клерка,
– О, Боже мой, – почти простонал он в тот момент, когда и остатки головы разложившегося призрака начали медленно поворачиваться, будто на шарнире, чтобы взглянуть на непрошеного посетителя, лежащего внизу у его ног.
Глава 23
А диавол, прельщавший их, ввержен в озеро огненное и серное, где зверь и лжепророк, и будут мучиться день и ночь во веки веков.
– Быстро, объясни мне в каком месте... где стоит эта установка?
Барух сумел напрячь голос, чтобы его можно было слышать сквозь шум винта вертолета.
– Слишком поздно, Барух. Мы уже потеряли около двадцати секунд, – прокричала в ответ Холли.
Она сидела рядом с ним в тесной кабине, и отчаянно жестикулировала рукой, чтобы до него быстрее дошел смысл сказанного ею.
– Покажи мне это место, – продолжал командовать он, и ей пришлось оставить эмоции.
– Держи прямо на скалу... если будет луна, то ты отчетливо увидишь на склоне этот заросший кустарником пятачок!
Барух слегка дотронулся до ручек управления, и вертолет начал подниматься. Подъем происходил неустойчиво и сопровождался периодическими рывками. Поэтому он сосредоточил все внимание на приборной доске, стараясь думать только о полете и не вспоминать тот кошмар, который сопровождал его все эти дни. Наконец ощущение привычной обстановки вернулось к нему, и он уже без затруднений управлял работой винтов, выравнивая машину в воздухе и отслеживая направление, которое показывала девушка.
– Я потеряла скалу в этой темноте! – кричала Холли, склоняясь головой к прозрачной облицовке кабины и пытаясь что-то разглядеть внизу. – Я ничего не вижу там!
Барух почувствовал головокружение и понял, что его сил едва хватит на этот полет.
– Это... это должно быть где-то здесь... в этом районе... прямо под нами. Я старался точно выдерживать курс.
– Все равно, ничего хорошего не выйдет, Барух, если мы даже и найдем это место, что мы сможем сделать? Они хорошо укрыты в подземном бункере, и этим автоматом их не остановить.
Израильтянин замолчал, опустив голову, глядя вниз, и вертолет начал резко крениться, устремляясь к земле. Неожиданно из-за разорвавшихся облаков вновь появилась луна, и поросший травой склон четко проступил внизу, залитый ее серебристым светом.
Холли схватила израильтянина за плечо.
– Вон там! Видишь маленький флигель?! Это как раз рядом с ним! Да, да. Я даже различаю окружающий это место подлесок.
Барух вздернул голову и посмотрел в направлении, куда показывала девушка. Вертолет сделал крутой вираж и теперь летел прямо к указанной точке. Они
Не поворачивая головы, он крикнул:
– Прыгай!
Холли посмотрела на него с удивлением.
– Что ты собираешься?..
– Прыгай!
Его голос перешел на пронзительный крик, и он подтолкнул ее к двери кабины. Наконец она догадалась о его намерениях и поняла, что это был единственный возможный путь.
– Быстро выходи! Прямо сейчас!
Он подтолкнул ее еще, и на этот раз Холли без раздумья взялась за ручку и открыла узкую дверь. Она упала на мягкую землю практически без повреждений с высоты около восьми футов и некоторое время лежала, приходя в себя и пережидая воздушные вихри, поднятые винтом, и прижимавшие ее к земле. Она лишь на мгновенье подняла голову, чтобы увидеть, как вертолет взмыл вверх, на некоторое время завис над землей, а потом рванулся к заросшему кустарником входу в искусственную пещеру на покрытом травой склоне.
Майор Брениган терпеливо ждал, когда секундная стрелка подойдет к точке отсчета. Все его существо было наполнено обостренным чувством предвкушения военной операции, которая может изменить ход истории. Он вместе со своим небольшим штабом был укрыт в маленьком бункере, расположенном сбоку от основного ствола шахты, вход в который был прикрыт тонким металлическим экраном, который должен был защитить людей от огня и газовых потоков при пуске ракеты. Звуки разбивающихся под напором ветра о скалистый берег волн наполняли глубокий тоннель, и запах моря приятно щекотал ноздри майора.
Он еще раз взглянул поверх металлического экрана в сторону ракеты, желая убедиться визуально, что там все в порядке, и на ступенях винтовой лестницы уже нет никого из обслуживающего персонала. Ракета, окутанная слабым красноватым светом сигнальных фонарей, ожидала момента, когда ей разрешат сделать рывок в небо. Она была небольшая, всего около десяти футов длиной, и напоминала советскую ракету класса земля-воздух, но была изготовлена на предприятиях Ганта по принятой там технологии.
– Бортовая противорадарная система готова? – спросил он через плечо у находившегося здесь же оператора. Сидящий к нему спиной офицер поднял большой палец.
– Все в порядке, сэр, – быстро ответил он. – Ни одна из ближайших к нам станций слежения за воздушным пространством над всем северо-западным побережьем Англии не сможет обнаружить траекторию ее полета.
– На экране уже есть цель?
– Да, сэр. Цель уже на экране, и наши средства наведения все время следят за ней.
Брениган с удовлетворением улыбнулся. Их ракета помчится к самолету американского госсекретаря как иголка к магниту. Они знали время и точный маршрут его полета благодаря стараниям генерала Катбуша. Майор еще раз взглянул приглядывающе через выходное отверстие шахты ночное небо с серебряными отблесками лунного света и прислушался. Ему показалось, что совсем недалеко был слышен звук летящего вертолета, но шум прибоя, резонирующий в пространстве достаточно длинного подземного сооружения, не давал ему полной уверенности в этом. Он взглянул на часы. До пуска оставалось около пяти секунд, и время на размышления уже не оставалось.