Король

Норман Джон

— На них слишком много одежды, — заметил Юлиан.

— Эти рабыни приготовлены для подарков, — ответил офицер.

Юлиан осмотрел одну из женщин, затем подошел к другой и сорвал короткую юбку с ее левого бедра.

Одна из рабынь, блондинка, протестующе вздохнула, хотя не ее бедро подверглось такому внезапному насильственному осмотру.

Юлиан изумленно оглядел женщину, затем повернулся к офицеру.

— Эта даже не заклеймена!

— Клейма нет ни у одной из них, — ответил офицер. — Одна особа,

чье имя не следует называть здесь, решила, что будет лучше оставить на усмотрение будущих хозяев этих рабынь, как их клеймить и клеймить ли их вообще.

— Понятно, — протянул Юлиан.

— Они предназначены для подарка, — еще раз повторил офицер.

— Но они рабыни и ничем не отличаются от других рабынь, — возразил Юлиан.

— Верно.

— Обычное клеймо подойдет им, как и всем прочим.

— Да, — кивнул офицер.

— Даже самые красивые рабыни должны носить простое клеймо, чтобы они помнили — они всего лишь рабыни!

— Да, вы правы, — согласился офицер.

Одна из рабынь сердито напряглась, и это не ускользнуло от внимания Юлиана.

— Пора на борт! — позвал офицер, ждущий у люка.

На причале послышался визг свиней. Козы, свиньи и овцы значились в первом списке, но свиней до сих пор не успели погрузить.

Босые ноги рабынь переступали по стальной решетке главной платформы близ некрутого ската, также решетчатого, поднятого на уровень второго погрузочного яруса. Рабыни не испытывали особого неудобства, так как ячейки решетки были мелкими, но они, вероятно, нагрелись и резали обнаженные ступни острыми бесчисленными кромками прутьев. Решетчатый скат, который можно было приподнять на различный уровень, был устроен так же.

— Живее! — прикрикнул офицер у люка.

Одна из рабынь, блондинка, направилась к трапу у пассажирского входа, поднялась на три ступени, но тут же вскрикнула от боли — ниже подола короткой белой юбки ее ноги ожег удар плети одного из двух офицеров, которые пригнали на причал рабынь — по-видимому, он был самым суровым из надсмотрщиков.

— Что это ты делаешь? — сердито поинтересовался он.

— Поднимаюсь на борт, — ответила женщина. На причале поднялся смех.

— Ступай туда, где стояла, — сурово приказал офицер, указывая плетью на толпу полуобнаженных красавиц, стоящих у решетчатого ската.

На мгновение она застыла на ступеньке трапа, но когда офицер вновь поднял плеть, быстро спустилась вниз и встала с рабынями.

Смех на причале не утихал.

— Простите ее, господин, — обратился белобрысый офицер к Юлиану. — Эта женщина с Майрона-VII, она так погрязла в долгах, что была продана в рабство, и пока еще плохо понимает, что значит быть рабыней.

Юлиан внимательно разглядывал белокурую рабыню.

— Она еще научится! — засмеялись одни грузчики.

— Да! — подхватили другие,

и смех вспыхнул с новой силой.

— Отойдите в сторону! — вдруг крикнул офицер.

Мимо прогнали небольшое стадо свиней — всего около дюжины, им управляли двое мужчин с палками. Стадо загнали в нижний люк, куда заносили грузы.

— Сюда! — донесся из люка голос матроса.

— Тебя погрузят туда, крошка, — сообщил старший офицер блондинке, указывая на нижний люк, — вместе с другой скотиной.

Рабыня согнулась и, похоже, с отчаянием и испугом попыталась сорвать со щиколотки браслет.

Из двадцати рабынь или тех, кого принимали за рабынь, десять были брюнетками, десять — блондинками.

— А они недурны, — заметил один из мужчин.

— Да, — отозвался другой.

— Интересно, зачем их везут на Тангару, — произнес первый.

— Нас поселят в тавернах Вениции, — объяснила одна из рабынь.

— Думаю, у меня найдется дело в Вениции, — многозначительно сказал мужчина.

— Вряд ли, — рассмеялся другой, — это же настоящая глухомань.

«Ив такое место увезли отунгов», — с досадой отметил про себя Отто.

— Думаю, меня купят для' богатого дома, наверное, самого лучшего, — горделиво сказала рабыня.

— Ив твои обязанности будет входить уборка, а также чистка серебра, — уточнил мужчина.

Красавица-брюнетка вздернула подбородок и отвернулась.

— Вы получили разрешение говорить? — осведомился белобрысый офицер, один из двух, которые присматривали за рабынями.

— Нет, господин, — откликнулось сразу несколько голосов, и все рабыни сжались, опустив головы.

— Наглые твари, — процедил второй офицер, более строгий.

— Они быстро научатся всему, — крикнул кто-то из толпы.

— Их надо только наказать, заклеймить и надеть ошейники, — добавил другой голос.

Несколько женщин беспокойно переминались с ноги на ногу. Такое часто случалось с ними — ведь они были рабынями. Мало кто из них осмеливался взглянуть на зрителей.

Блондинка подняла голову, прекратив дергать ножной браслет со своими опознавательными знаками, когда на нее надвинулась большая тень. Рядом стоял Юлиан.

— Да, я именно к тебе, — произнес Юлиан, и рабыня раздраженно встала. — Выпрямись, — приказал он.

Она нехотя подчинилась.

— Разве мы не знакомы? — вдруг спросил он.

— Вряд ли, господин, — со странным испугом ответила она.

— Я где-то тебя уже видел, — продолжал он.

— Не может быть, — отказывалась рабыня.

— Действительно, такое вряд ли возможно, господин, — вмешался белобрысый офицер. — Ведь ее привезли с Майрона-VII.

Эта планета находилась слишком далеко от Инеза-IV.

Юлиан схватил блондинку за волосы, оттянул назад ее голову, всматриваясь в лицо.