Король

Уорд Дж. Р.

– Селена..?

Ее запах витал в воздухе; он знал, что она там.

– Селена? – Он толкнул дверь чуть шире, и услышал звук льющейся воды.

Ему пришлось склонить голову, чтобы пройти под низкой перекладиной двери, и когда он снова повернул налево, то почувствовал влажность в воздухе и тепло…

О... Боже.

Он нашел ее в ванной. Положив голову на расстеленное полотенце, она всем телом лежала в глубокой чаше, наполненной чистой водой, положив руки по бокам старомодной фарфоровой

ванны.

– Я могла бы встать, – сказала она, не потрудившись открыть глаза. – Но хочу, чтобы ты увидел меня обнаженной.

Трез откашлялся… обычная реакция, когда получаешь удар под дых.

– Я думала, мы уже это сделали. – Ее веки приподнялись, и она взглянула на него. – Или есть новый разговор?

– А... мы можем поговорить?

– Я думала, мы уже это сделали. – Ее веки приподнялись, и она взглянула на него. – Или есть новый разговор?

При этом она двинула ногами, и вода заволновалась вокруг ее невероятного тела, изгибы стали еще соблазнительнее, словно она сама двигалась... соски влажные, словно их только что облизнули.

– Новый, – прохрипел он, и провел языком по губам.

– Тогда неси стул. Если, конечно, не желаешь присоединиться ко мне.

Гребаный ад.

– Я могу хоть как-то вытащить тебя из ванной и заставить одеться?

– Если хочешь сделать это лично, то я не возражаю, не глуши в себе этот порыв.

Да, конечно, он сможет это сделать, как же, особенно когда его руки дотронутся до ее обнаженного тела.

Грязно выругавшись, Трез взял стул, потому что, в конце концов, он боялся, что если продолжит стоять, ноги не выдержат, и он свалится прямо на нее. В прямом смысле этого слова.

Присев, он накрыл ладонями лицо и яростно его потер... а потом все, что он мог сделать, это так и сидеть дальше.

Послышался всплеск воды, словно она села в ванной.

– Трез? Все в порядке?

– Нет.

Столько раз в жизни он словно падал с обрыва высоченной скалы, когда его поступки или поступки других по отношению к нему возвращались ему сторицей.

Но никогда – так как сейчас.

– Трез? – Когда он не ответил ей, она сказала: – Ты меня пугаешь.

– Я... – Черт, с чего же начать. – Селена, мне очень жаль.

– Почему? – Ее голос был напряжен. – За что ты извиняешься?

От стыда горло перехватило так сильно, что он едва смог вдохнуть в легкие воздух.

– Я должен был быть честен с тобой, на все сто процентов.

– Я думала, ты был.

Он смог лишь покачать головой.

– Послушай, ты знаешь, что я имел... довольно тесные отношения с людьми.

– Раньше ты называл это по-другому, – отметила она.

Он снова покачал головой.

– Мой бизнес... это клуб. Ты знаешь, что это такое?

– Регби? Или бейсбол?

–

Танцевальный клуб. Место, где люди пьют и... слушают музыку. – Господь Всемогущий. – А также занимаются другими вещами.

– Да?

Он опустил руки. Она сидела, и ее розовые соски были прямо на краю воды, теплая вода лизала их снова и снова… Селена, казалось, не обращала на это внимание.

– Ты не хочешь выйти из воды и облачиться в свои одежды? – спросил он.

– Мне нечего стыдиться.

Охренительно точно подмечено.

– Я знаю. Просто мне трудно сосредоточиться.

– Может быть, этого и я добиваюсь.

Отлично, девственницы не должны быть такими мучительно волнующими. Опять же, она таковой не была – он же лично позаботился об этом.

Дерьмо.

– Миссия выполнена, – пробормотал он.

– Ты рассказывал мне о своей работе.

Он сосредоточил свой взгляд на полу. Выложенном простой белой плиткой, старинной и хорошо вымытой, такие вещи обычно выглядят свежо даже с трещинами и царапинами.

– Трез? – Краем глаза он видел, как она протянула ногу и включила горячую воду, чтобы согреть ванную.

– О чем ты говорил?

Просто сделай это.

Отлично, жизнь была сведена к рекламе Найковских кроссовок.

– Я занимаюсь женским трафиком. Ты знаешь, что это значит?

Она нахмурилась.

– Ты выводишь их на улицу?

– Я продаю их. Их тела. Мужчинам, как правило.

Молчание.

Он посмотрел ей прямо в глаза.

– Мне платят за это. Я продаю их. Понимаешь?

Через какое-то время, ее красивые руки отпустили края ванны и переместились на грудь.

Правильно, подумал он.

– И это еще не самое худшее.

Последовала очень долгая пауза. А потом она сказала:

– Да, будет лучше, если я все же оденусь.

Он поднялся на ноги и направился к двери.

– Да, и я так думаю.

***

Стоя посреди заснеженного поля, Лейла резко повернулась. Она чуть не закричала, когда узнала мужчину, который вышел из-за огромного дерева.

Это был раненный солдат, доставленный в учебный центр Братства.

Тот, кто не поправил ее, когда она спутала его с кем-то из воинов Братства.

Тот, кто привез ее сюда, чтобы помочь Кору в ту далекую ночь.

– Прошу прощения, – сказал он, низко кланяясь, не спуская с нее своих глаз. – Это вряд ли было правильным приветствием.

Она собиралась присесть в реверансе, когда вспомнила, что он не заслуживает уважения. Он, как и Кор, был по другую сторону баррикад.

– Вы выглядите исключительно хорошо в этот холодный вечер, – пробормотал мужчина.