Король

Уорд Дж. Р.

На кассе Мак всегда давал ей красную ложку, салфетку и улыбался ей... протягивая сдачу в двадцать шесть центов.

Он был особенно милым по отношению к сиротам, проживавшим в приюте Девы Милосердной. С другой стороны, было много людей, проявлявших доброту по отношению к ней и другим детям, таким же нежеланным и невезучим.

– Мятное, с шоколадной крошкой, – сказала она вслух, потянувшись рукой в дальний ряд.

Из камеры повеяло холодом, и Бэт помедлила, смакуя сильный мороз.

– О, да...

Несмотря

на то, что на улице стоял гребаный декабрь, она поняла, что ей не хватает пронизывающего холода, чтобы кожа покрывалась мурашками, поры съеживались на лице, а нос гудел от сухости.

Видимо, она все еще не остыла после секса.

Закрыв глаза, Бэт вспомнила, как Роф взял ее на том полу, срывая одежду. Так хорошо. То, что им было нужно.

Но ей не нравилось то, что она сейчас чувствовала.

Он был так далеко от нее, несмотря на то, что физически находился наверху, в своем кабинете.

Может, эта еще одна причина, по которой она хотела ребенка.

Думай о другом.

– Ваниль... ваниль... где же ты?

Когда выяснилось, что ванильное кончилось, ей пришлось взяться за галлон, испорченный наличием клубники и шоколада. Ничего страшного. С соответствующим хирургическим извлечением, она управится, не оскорбив желудок Лейлы.

Выходя из кладовой на кухню, она почувствовала райский запах пассированного лука и грибов, смешавшийся с базиликом и орегано. Но амброзия предназначалась не для последней трапезы, и за плитой стоял не доджен.

Не-а. Это айЭм... снова. Казалось, парень готовил только тогда, когда чья-нибудь жизнь катилась под откос.

Тень со своим братом – новоприбывшие в доме Братства, и, будучи владельцем и шеф-поваром супер-старомодного ресторана «Сальваторе», айЭм проявил свой талант в приготовлении лингуини… хотя, стоит отметить, что Фритц не одобрял, когда парень доставал огроменные кастрюли: по привычке, дворецкий метался на периферии, в предынфарктном состоянии от того, что кто-то из гостей стоял возле плиты.

– Пахнет изумительно, – сказала Бэт, поставив банки на гранитную столешницу кухонного острова.

Ей не дали шанса достать чашки с ложками. Фритц перешел в наступление, открывая ящики и шкафчики... и она не решилась отказываться от его услуг.

– Ну, что в этот раз? – спросила она у Тени.

– Болоньез. – айЭм открыл еще одну бутылочку со специями, и, казалось, без измерительной ложки знал, в какой пропорции добавить.

Встречая его миндалевидный взгляд, Бэт натянула воротник водолазки повыше, пряча метки от укуса. Хотя, казалось, ему было абсолютно все равно.

– Где твой брат?

– Наверху, – донесся напряженный ответ.

А. Тема закрыта.

– Ну, значит, увидимся на Последней Трапезе?

– У меня назначена встреча, но, я вроде как слышал, что вас ждет ягненок.

– О, я думала, что ты готовишь...

– В качестве терапии, – ответил он,

постучав деревянной ложкой о край кастрюли.

– Единственна причина, по которой Фритц подпустил меня к плите.

Она понизила голос.

– Я думала, ты обладаешь особенной властью над ним.

– Поверь, будь оно так, я бы ей пользовался. – Он выключил огонь. – Прошу меня извинить. Мне нужно проверить Трэза.

– Он ранен?

– Можно и так сказать. До скорого. – Он быстро поклонился ей и вышел из комнаты.

После его ухода воздух, казалось, изменился, молекулы в кухне успокоились, словно его мрачное настроение электризовало их. Чистый бред, но ей нравились он и его брат. Еще одна пара тренированных убийц в доме никогда не будет лишней.

– Госпожа, думаю, у меня есть все, что вам нужно. – Дворецкий протянул ей на серебряном подносе необходимый инвентарь для поедания «Breyer’s».

– О, Фритц, как мило с твоей стороны... но, по правде, мне нужна одна чашка. Я буду есть прямо из упаковки, как бы неряшливо это ни звучало. Но мне пригодиться... о, спасибо. – Она улыбнулась, когда дворецкий протянул ей ложечку для мороженого.

– Ты читаешь мысли?

Доджен покраснел, покрытое морщинами, древнее лицо расплылось в улыбке.

– Нет, моя госпожа. Но иногда у меня неплохо получается предугадывать желания.

Сняв крышку упаковки с тремя вкусами, она запустила туда ложку, аккуратно пытаясь зацепить только ванильную часть.

– Скорее всегда.

Когда он покраснел как маков цвет и опустил без того смущенные глаза, Бэт захотелось обнять его. Но в последний раз, когда она сделала что-то подобное, он чуть не свалился в обморок от нарушения приличий. Доджен жил согласно четкому кодексу поведения, и хотя их заветное желание – хорошо служить, они были просто не в состоянии выносить похвалу.

Плюс айЭм и без того заставил его понервничать.

– Вы уверены, что я не могу разложить ваши порции? – тревожно спросил дворецкий.

– Знаешь, я хочу сделать это сама.

– Тогда, может, я понесу ваш поднос?

– Нет, я справлюсь. – Казалось, он сейчас взорвется. Закончив с чашкой Лэйлы, она решила подстраховаться: – Ты мог бы убрать мороженое за мной?

– Да, конечно, госпожа. И ложечку. Я позабочусь об этом.

Когда он скрылся словно грабитель с краденым, Бэт покачала головой, взяла поднос и вышла в столовую. Пройдя через дверь в другом конце комнаты в фойе, она была вынуждена остановиться и окинуть все взглядом. Несмотря на то, что она видела трехэтажную громадину каждую ночь в течение последних двух лет, она до сих пор входила в головокружительное пространство словно в другой мир: все, начиная с золотой лепнины до яркого мозаичного пола, потолка украшенного фреской, столь высоко расположенного над колоннами из мрамора и малахита... все являло собой чистую магию.