Коррупционер
Шрифт:
— Кофе есть, и пирожное тебе купил.
Глава 22
— Здравствуйте Марина! Как у вас дела? — я искренне улыбнулся женщине, пытаясь поделиться с ней частичкой своего спокойствия. Но, очевидно, с этим у меня плохо получается. Марина зыркнула испуганными глазами по сторонам, затем отступила в сторону, показывая тем, что хотела бы общаться со мной в темноте киоска. Пришлось протискиваться мимо вешалок с плотно висящими платьями и картонными коробками. Ассортимент у хозяйки за последние дни стал менее «вырвиглазным», наверное, товар пошел не только из Батуми, но и немножко севернее.
— Здравствуйте, Павел! Чем ни будь меня обрадуете?
— А чем я вас обрадую, Марина? Мы же договорились, что вы попробуете узнать, откуда могла информация
— Павел, ну откуда я могу это узнать? Так, с девчонками поговорили, ни у кого никаких мыслей нет. Да тут, еще, Тимофей опять уехал за товаром. Обещал быть со мной, а никуда не денешься, товар сам не появится. Поэтому, я опять боюсь, закрываюсь, пока светло, на час раньше, чем все. Из садика с ребенком иду, пристроюсь к какому ни будь мужчине, что вроде бы мы вместе… А все равно страшно. Надеялась, что вы мне что новое скажете.
Повисло неловкое молчание.
— Ладно, Марина, пойду я, службу нести.
— Идите — голос женщины стал совсем уж безнадежен.
М-да, хотел переложить нудную, кропотливую работу на слабые женские плечи, но, в очередной раз получил подтверждение мудрости- хочешь сделать что-то хорошо, делай сам.
— Привет девчонки, как дела, что нового? Жалобы по нашей линии есть? Как казачки, справляются? Деньги не пытались фальшивые подсунуть? А дома все в порядке? Дом спокойный? Не лазят к вам по квартирам? Ну, конечно, дверь железная… замки, хорошие, и, обязательно, разных систем. Выходите из квартиры — в глазок посмотреть желательно. Ну, да! Чтобы никто вместе с тобой в квартиру не зашел. Умница, возьми с полки пирожок. Нет, у меня пирожка нет… а хозяйка не жаловалась? А где она живет? А как все произошло? Вы товар на чем возите?
И так нудно и бесконечно. Конечно, никто меня не посылал, все отвечали, но не все рассказывали правду. Пройдя половину ряда ларьков, я узнал, что, кроме Марины, были ограблены еще три кооператора. Одну ударили сзади по голове, когда она вечером шла к своему дому, по тихой аллейке Центрального парка. Очнулась хозяйка киоска по продаже сумок в сугробе, часа через три, обнаружила пропажу сумки и ключей от квартиры. Когда приползла домой, то обнаружила, что грабители, любезно не стали закрывать двери, положив похищенные ключи на трюмо в коридоре. Но, взамен, из квартиры вынесли небольшой черно-белый телевизор «Диамант» производства местного завода, а из морозилки умыкнули пакет с деньгами и золотыми украшениями. Норковые шапки и нутриевую шубу сложили в мешок, у входа, но, по непонятной причине, оставили в квартире. Вторая потерпевшая, сухо проинформировала меня, что ее ограбили в подъезде жилого дома у сада культуры и отдыха имени Первого Чекиста. Какие-то подробности произошедшего хозяйка киоска — брюнетка лет сорока, с жестким взглядом почти черных глаз, сообщать отказалась, перенаправив меня в местный РОВД, где было, пару месяцев назад, возбуждено уголовное дело. Как я понимаю, милиция не преступников, ни похищенное не нашла. О третьем преступлении данных вообще не было. Хозяева –узбеки, торгующие каким-то трикотажем, в течении дня, закрыли киоск, и ничего не объяснив соседям, вывезли товар, после чего, больше не появлялись. Четвертый случай, когда была ограблена семья из Армении — был мне известен. Итого, как минимум пять преступлений на пятьдесят киосков. Это очень много. Профессия кооператора, внезапно, стала очень опасной.
Потратив три часа на опрос и обход, я устал, как не уставал и в зрелом возрасте. Необходимость давить, давить на людей, улавливать в их словах малейшие нюансы, улыбаться, не переставая, вымотали меня до предела. Тетку, отправившую меня в далекий РОВД я бы конечно разговорил, но просто желания выделываться перед ней не было. Не хочет — не надо, кто сам себе злобный буратино. Можно, подумать, что у меня есть какой-то корыстный интерес разыскивать жуликов, покусившихся на ее собственность. Да и вообще, день был какой-то неудачный. Цыган с сигаретами в пределах видимости сегодня не было. «Трубадуры» по-прежнему пользовались популярностью и, вид счастливого "комсомольца" с увесистой шляпой, наполненной денежными средствами, меня серьезно расстраивал. Не то, что бы я, как-то, ревновал Инну, но просто рожа его счастливая, меня раздражала. Правда у скрипачек Инны появились конкуренты — ближе к вокзалу расположились какие-то пацаны с гитарами, но как говориться, уровень исполнения музыкальных произведений
— Здорово, уважаемые — я, автоматически, требовательно протянул ладонь к Муратову, но, когда он, уже хотел, сыпануть мне семечек, отдернул руку: — Блин, я ж в форме. Работаете?
— Да не, землякам маленько помогаем, по-братски. Они домой собираются, решили закупится.
— А что уезжают? Надоело у нас?
— Да нет, племянник у Ибрагима женится собрался, надо свадьбу организовать, дом потом построить, туда-сюда. Хозяйский пригляд нужен.
— Ибрагим — это который Магомедов? Его ларьки там дальше?
— Ага, Магомедов.
— Так как он уедет, кто на хозяйстве останется?
— Его брат приедет, присмотрит за всем, а потом поедет в Ярск, сам точки откроет, там торговлей займется.
Тем временем золото поменяло хозяев, стороны рассчитались, о чем-то еще поговорили, и азербайджанцы, приветливо кивнув мне, двинулись в сторону ЦУМа.
— Ладно, Паша, пошли мы, из проводим до киосков и по домам пойдем. А завтра опять их прикрывать. Слушай, а вы не могли бы завтра с Олегом….
— Скажи во сколько и куда подойти.
— К двадцать седьмому киоску подойди, к одиннадцати. Ну, и обратно, их проводить надо будет, а то у нас завтра….
— Да, без вопросов, встречу, постою и провожу….
— Должны будем, Паша… — повеселевшие южане поспешили за своими подопечными, а я увидав в толпе Олега, двигавшегося из РОВД, помахал ему рукой. Человек девчонок своих в пионерский лагерь оформлял, надеюсь, успешно.
На следующий день, мы с Олегом встретили Ибрагима Магомедова и его, незнакомого мне, спутника, ровно в одиннадцать утра, в оговоренном месте. Мы не стали подходить, я кивнул азербайджанцам, показав, что мы на месте, и мы двинулись в сторону скупки, держась метрах в десяти от парочки, в костюмах в "искорку" и белоснежных рубашках. Неприятности начались, когда торг еще шел.
— Двести двадцать три, ответь Тюмени, Двести двадцать три….
— Тюмень, двести двадцать три на связи….
— Драка у ЦУМа, как понял, драка у ЦУМа!
— Понял тебя, выдвигаюсь.
Я кивнул Олегу на азартно торгующихся мужиков:
— Олег, я с ними останусь, я ты давай на ЦУМ, разберись, что там.
Мой напарник лихо крутанул ус и, поглаживая дубинку, двинулся в сторону места происшествия. Благополучно сопроводив покупателей золота до их торговой точки, я, минут через десять, пришел к универмагу. Драки, естественно уже не было, но толпа любопытных, окружив Олега и какого-то парня, возбужденно шумела. Инна, со своими девчонками и парнями-музыкантами, стояли в стороне, и выглядели очень испуганно. Я двинулся к Олегу. Его собеседником оказался мой соперник Игорь из комитета комсомола. Сегодня красавец блондин выглядел не очень, был каким-то взъерошенным, а щека слева отсвечивала нездоровой краснотой.
— Олег, что случилось?
— А ты не видишь, что случилось? Ограбили нас, вот что случилось — «комсомолец», возбужденно брызгая на меня слюной, влез в разговор, отпихивая Олега литым плечом.
— Юноша, я не с вами разговариваю! — я требовательно уставился на напарника.
— Два человека подбежали к нему…. — Олег кивнул на «комсомольца», но тот опять влез в разговор…
— Вы меня слушайте, нас ограбили, они с деньгами побежали туда — Игорь, отодвинувший все-таки Олега, махал рукой в сторону Сердца Города: — А вы вместо того, чтобы преследовать их…