Космогид
Шрифт:
— Как сказать, — задумчиво ответил я, дождавшись, пока капитан успокоится. — Маршрут разработан и проанализирован досконально, так что я боюсь обрасти мохом до конца поездки.
— Скорее — льдом! — хмыкнул Кэш. — Через месяц переведем корабль на полную автоматику и ляжем в постельку. Пусть автопилот поработает за нас. Кстати, ты получил от Анисьева пакет с маршрутными картами?
Кэш — великий педант, соблюдает архаику информационного соглашения. Закон гласит, что пилот получает пакет с маршрутом, куда вложен диск, на котором записано досконально все, с мельчайшими подробностями, вплоть до самой захудалой харчевни на астероиде «Зета-6», не ранее, чем корабль покинет территорию орбитальной таможни.
— Анисьев передал пакет лично в руки Сойки, —
— Чем он это объясняет? — заволновался капитан.
— Абсолютно ничем, — пожал я плечами. — Вручил Сойке пакет при закрытых дверях. Я сам не знал, если бы Сойка не проболтался.
— Проклятье! — выругался Кэш. — Сто якорей ему в почки! Что еще удумали в вашей Компании? Какой вектор я задам кораблю, если не знаком с маршрутным листом после Палистры? Когда Сойка соизволит проснуться?
Палистра — пограничный бастион нашей Конфедерации, маленькая планета, на которой расположена база космических скутеров. В обязанности военного гарнизона входит «ежедневный» осмотр космических трасс, и, если это необходимо — немедленно докладывать на Нептун — базу мощнейших крейсеров, способных расколотить любую силу неведомого врага, ибо мощнее ничего лучшего нигде не создали. Аналитики и разведка это подтверждают. Да только с кем воевать? Пять галактик, что известны нам, уже давно в Союзе Конфедераций, признав главенство Земли в вопросах войны и мира.
Да, а когда-то мы думали, что вся Вселенная принадлежит нам.
До Палистры лететь достаточно долго. Но до этого мы обязательно посетим Мега-казино, раскинувшее свои щупальца на орбите Марса. Вот где сброд, я скажу! Конфедераты-таможенники с ленцой глядят на безобразия, творимые в казино ворами, аристократами-надувалами, любителями легкой наживы, и ничего не предпринимают. Зато потом, когда какой-нибудь Августин, считающий себя в душе самым хитрым, с распухшими от червонцев, гульденов, долларов или драхм карманами и с чемоданом с двойным дном, пробует покинуть «Приют», его цепко хватают под белы рученьки и потрошат до полного истощения. Заодно держат под его носом Таможенный Устав. Так что, самое лучшее, что ждет Августина — это пинок под зад и пожелание как можно быстрее на форсаже лететь подальше от казино. Худшее — отправиться на Землю окультуривать пустыни. А это не мед, повторюсь. Сами бывшие каторжники признавались, что на Земле очень тяжело. Нигде не относятся к ним как к скотам, к пустому месту, как на голубом шарике. Даже в каменоломнях Мортании — курорт. А ведь Мортания — вечномерзлая планета, где жизнь кипит лишь в глубоких шахтах. Не к ночи будь упомянута она.
— Сойка проснется, как только подлетим к «Приюту Братишек». — Успокоил я Кэша. — Вот там мы и выдернем у него пакет. Куда он денется с подводной лодки?
— Что? — не понял капитан.
— Да так, шутка старая, — ответил я рассеяно.
— Ну, спасибо, утешил, — буркнул Кэш. — А с какой радости он захочет встать так рано? Рулетку собрался покрутить?
— Где Сойка — там интриги, — туманно изрек я.
— Да уж. Сойка доведет нас до ручки, — встрял в разговор Каспарян. — До логического конца.
— Скорее наоборот. — Пилсбери перестал терзать пульт. Устал. — Сойка ведь большой любитель пикантных ситуаций и авантюр. Но вся его сущность направлена на саморазрушение. Причем в эту орбиту втянуты те, кто оказался рядом в трагическую минуту. Скажем так: это плохо кончится.
Я был абсолютно согласен с Пилсбери. Но вслух не стал подтверждать его правоту. Чтобы не зазнавался в своей значимости.
— Вы так живо обсуждаете качества какого-то Сойки, — скривил рот молодой техник, имени которого я не знал, да и видел впервые, — что мне стало даже интересно. Что за фрукт?
— Проснется — узнаешь, — пообещал Пилсбери. — Советую тебе, Лаки, приберечь свое красноречие до того дня, когда он ляжет в могилу. А это произойдет нескоро. Может быть — никогда.
Корабль подлетал к «Приюту Братишек»
2. Казино «Приют братишек»
«Избегайте
И упаси вас Бог заглянуть в Мега-казино. Это место — скопище авантюристов, разбойников и сомнительных личностей. Так или иначе, 99 % посетителей казино имеют проблемы с законом. Но знающий подводные течения местной клоаки смело плавает посередь разборок и фиктивных договоров, разработок очередных авантюр и крупных надувательств. Сойка — знает. Таможня — несомненно. Ну, сыщики там всякие разные, капитаны кораблей с мегатрасс. Кэш? Конечно. Но таких людей можно по пальцам пересчитать.
«Приют Братишек» — что это такое? Давным-давно, в начале 22-го века, многотонная махина под названием «Международная космическая станция» была окончательно смонтирована на орбите Земли, но к тому времени уже морально устарела, и инженеры-гении додумались перегнать ее поближе к Марсу. Там как раз начались грандиозные исследования поверхности планеты. А на освободившееся место закинули новые модули, соответствующие времени и своему прямому назначению.
Расчеты позволили крепко законопатить «Станцию» — так теперь ее называли — над Марсом, где она и стала дорабатывать свой ресурс. Космическая Федерация долго чесала затылок, пока не отдала на откуп воротилам космобизнеса. Те живо развернулись, благо налогами начинание не облагалось в течение десяти лет. Что было неразумно со стороны властей, по моему мнению. И с тех пор «Станция» зажила своей жизнью. Рабочие экспедиции уходили к Марсу, а порядок поддерживался обслуживающим персоналом. Махина превратилась в гостиничный комплекс для космических путешественников и диких тремпистов, курсирующих по неосвоенным трассам. Тремписты — это дальнобойщики-анархисты, если перевести точнее на нормальный язык. Очень шебутной народ, без комплексов и не знающие чувства меры. Именно они настояли на открытии казино. Бизнесмены еще раз хлопнули по рукам и на совместных паях раскрутили очередной проект. Казино быстро завоевало популярность в определенных кругах, отбив охоту у честного люда совать сюда нос. Тогда для таможенников наступила золотая пора. Это обстоятельство нисколько не опечалило хитромудрых воротил. Бизнес-то процветал.
Тремписты запросто называли себя «братишками», что и дало название казино. Так оно и стало «Приютом Братишек», что определяло, по мнению завсегдатаев, большую степень доверия и близких теплых отношений.
Наш путь лежал через это знаменитое заведение. Скорее через таможню, что было предписано всем кораблям, идущим с Земли. Можно было увильнуть от досмотра, но тогда сторожевики защучат на дальних трассах, получив соответствующий сигнал. Что чревато последствиями. А Кэш не любил играть с законом.
С другой стороны, Марс — точка многочисленных векторов во все концы Вселенной. И не беда, что Сойке приспичило побывать в казино. Мы из этого извлечем свою пользу. Беда в другом: головорез никогда никому не открывает своих намерений. Меньше болтаешь — дольше проживешь, это его принцип, да и принцип всех разумных людей. Я спокоен лишь потому, что рано или поздно Сойка захочет проконсультироваться со мной, а для этого придется вскрыть козыри в рукавах. В отличие от меня. Я-то свои держу при себе.
Сойка уже проснулся и сидел в своей каюте, нахохлившись от выходившего из тела холода. Увидел меня, слабо махнул рукой в сторону бутылки «Столичной». Анахронизм. Москва уже давно не была столицей не то, что России, но и вообще утратила свои позиции в Европейском Конгломерате. А ведь были славные времена, и все мы гордились силой возродившейся супердержавы. Два века держали в руках Америку, не давая той спокойно вздохнуть на мировом рынке. А потом… Открытие новых миров отвлекло внимание землян от своих насущных проблем. Стало модным рефлексировать по поводу и без повода уже на других планетах. Страны создали чудовищный и неповоротливый Конгломерат, который ничего не решал ни в политике, ни в экономике, ни в социальной сфере. Так что от былых времен лишь марка «Столичной» напоминала о качестве.