Космопорт
Шрифт:
Достаю из наплечной сумки планшет, вытаскиваю нужный раздел.
— Глядите! Там есть городские виды казахстанской столицы, это то, от чего я в восторге. А также скучная линейная планировка неких жилых кварталов. Однообразный советский стиль, чистая функциональность. Мне нужны идеи на первом этапе и проекты на следующем, как оживить эти стандартные коробки. Сделать внешние лифты, раскрасить какими-нибудь панно, что-то соорудить на крыше, построить рядом нечто футуристическое, что сразу изменит весь облик.
Некоторое
— Коммунальная инфраструктура — водопровод, канализация, теплосети и прочее, — тоже в числе ваших компетенций?
Подтверждают, хотя с оговорками:
— Иногда привлекаем сторонние специализированные организации, но не часто.
А я за едой думаю. Мне понадобятся очистные сооружения — не собираюсь просто так выливать использованную воду, электростанция на водороде, поля солнечных батарей, завод «Ассемблер-2» и много ещё чего. Поэтому вывод закономерен. Озвучить сразу не тороплюсь.
— Какого размера будет авансовый платёж? — Сергей Анатольевич берёт быка за рога.
— Пусть будет миллион рублей. А там посмотрим.
— За миллион вы только эскизы получите. Ну, ещё набор каких-то идей.
— Устроит. Как раз за это время я вашу фирму проверю досконально, — а чего мне, у меня дядя Фёдор есть. — Надеюсь, у вас таджиков нет? Работники добросовестные? Тяп-ляпщиков в стиле «и так сойдёт» нет?
Мужчины усмехаются после переглядывания.
— Таджики разбегаются. Халтурщиков по мере сил выкидываем.
— То есть не всегда и не сразу? — уточняю за бракоделов.
— Не всегда и сразу можно заменить, — вздыхает директор, Иннокентий сочувственно улыбается. — С рабочими кадрами в последнее время беда.
Думаю, что с кадрами вопрос решим, есть кое-какие идеи. А пока озвучиваю пришедшее в голову несколько минут назад:
— А давайте я вас куплю? Станете собственностью Агентства? Нет, после того, как справки о вас наведу, конечно. Подумать у вас есть время.
— То ни гроша, то вдруг алтын, — бормочет Иннокентий. — А что это за место?
— Не узнали? Байконур.
Директор трёт переносицу:
— Неожиданно. Уж больно далеко.
— Логистика — не ваша проблема. Поставите дело на месте, организуете ещё одно звено управления. Ваш офис, проектные и прочие коллективы могут остаться в Москве. На Байконуре будет филиал. Кстати, в Москве, вернее, в Подмосковье или ближайших регионах тоже может работа найтись. Это писано вилами по воде, конечно. С другой стороны, если в доме есть лопата, ей работа сама подыщется.
Девчонки от нас как-то отделились и чирикают о чём-то своём, девчоночьем.
— Дайте-ка! — заимствую у Иннокентия его блокнот, перехожу на чистую страницу.
Быстро черкаю карандашом, поглядывая на Ингу. Время от времени надо обновлять навыки. Мои собеседники не видят, что я делаю, и деликатно не вытягивают шеи, чтобы подглядеть. Заканчиваю быстро.
—
Девчонки не сразу понимают, что произошло нечто, касающееся их. Когда Иннокентий показывает портрет Инги ей самой, та взвизгивает от восторга. Незаслуженный эффект, так считаю. Это всего лишь быстрый карандашный набросок. Польстил ей, конечно. Намеренно сбросил многие годы, на рисунке ей лет двадцать пять, не больше. Художники так могут — откатить возрастные изменения назад.
— Из вас хороший архитектор получился бы, — комментирует Сергей Анатольевич.
— Не, я — портретист, а не пейзажист.
Пиликает мой телефон. Извиняюсь, читаю СМС-ку. Хорошее известие из Владивостока пробивает мой покерфейс: «Процедура завершена успешно». У-ф-ф-ф! Марк честно отработал свою премию. Возвратится — обрадую.
Только сейчас меня окончательно отпускает от тяжёлой поездки в Астану. Вчера ещё оторвались на университетской вечеринке. Света ударила танцами с моим партнёрским участием, я поиграл на трубе, так и прихожу в себя. Марк окончательно закрывает вопрос.
— Кроме жилого фонда будет промышленное строительство. Возведение цехов, заводов, стартового комплекса. Вряд ли вы всё потянете, на какие-то виды работ потребуется специальная лицензия. Но побыть на подхвате, на неосновных подрядах, сможете. Полагаю, объёмов вам хватит на пару лет точно. Скорее, больше.
Содержательная часть нашей встречи этим и заканчивается. Но время мы проводим классно.
— Виктор, а что вы затеваете на Байконуре? — доходим и до главного вопроса. Иннокентий доходит.
— Полагаю, это ясно из одного слова «Байконур», — с наслаждением разделываюсь с последними кусочками блюда, — и названия моей организации. — Это космодром, мы там будем строить и запускать космические корабли…
— Которые будут бороздить просторы Вселенной! — хихикает Света.
Вознаграждаю её одобрительным взглядом — моя школа!
Компания «Сигма» плотно займётся вопросом промышленного проектирования и дизайна, о чём мы и беседуем до завершения встречи. Блестящеголовый директор Карякин уходит намного раньше.
— Ему надо работу компании перепланировать, — поясняет Иннокентий.
Хм-м, а он не торопится? Никаких договоров мы пока не заключали. Миллион-то я им перечислю, а там будем смотреть.
4 мая, воскресенье, время 13:40.
МГУ, ВШУИ, кабинет Колчина.
— Хренассе, у вас расценки! — впрочем, под потрясением от размера представленного счёта кроется моё полнейшее равнодушие.
Не считаю, на самом деле, что сто тридцать с лишним миллионов за транспортировку и обеспечение безопасности двадцати тонн золота чрезмерная цена. Однако деньги счёт любят.