Космос
Шрифт:
— А ты ребёнка-то хочешь? — с сомнением посмотрел на собеседницу тренер. — Как-то не слишком похоже.
— Я хочу секса, — заявила Варвара.
— Так скажи об этом Антону, что сложного? В конце концов, если ты так будешь нервничать — то никогда не забеременеешь.
— Да говорила я, — махнула рукой, нагнула голову и осмотрела Мигеля ещё раз, внимательно осмотрела. С прищуром.
— Нет, Варвара, не смотри на меня так.
— Мигельюшка, — отомстила за Варьюшку, — никто же не узнает.
— Варвара Арнольдовна! — призвал к порядку не в меру разошедшуюся клиентку. —
— Мигель, не хочется напоминать, но этот клуб — собственность моей матушки, а ты её работник, а я её дочь.
— Варь, не хочется говорить, но вообще-то я гей.
— Брось! Здесь каждый второй гей. Если не каждый первый, это не мешает им… шалить, — подобрала уместное ситуации слово.
— Шалить? — он закатил глаза.
— Подожди, ты и правда… ге-ей?
— Конечно! — помолчал немного. — Не хотел тебе говорить, но твой Антон тоже… он всё же бисексуал, но, сама понимаешь, — покрутил неопределённо пальцами, что бы этот знак ни значил, Варе он не понравился.
— Не говори ерунду!
— Да какая это ерунда? Спроси, где он бывает каждую пятницу вечером.
— Знаю где, он бывает в клубе… этом…
— Этом? — выжидающе смотрел.
— Чёрт, я понятия не имею, где он бывает каждую пятницу!
— Именно, Варьюшка, так что, мой тебе совет, найди себе нормального гетеросексуального мужика и переспи с ним раз пять, пока он дурь из тебя не выбьет, а потом возвращайся к своему Антоше, к тесту на овуляцию и к своей устроенной жизни. Ну, и напейся пару раз, и не элитного вина, а пива, как ты любишь. Устрой себе праздник, девочка.
— И где же я найду мужика?
И правда, где? Если даже Антон Стрелецкий — этот неиссякаемый источник положительных качеств, образец здорового образа жизни и мужественности, оказался почти геем! Бисексуалом!
— Не знаю, — Мигель развёл руками, — но это точно не я. И, не выдавай меня Антону, а? Мне нужна работа, у меня дети.
— Ты же гей!
— Твой Антошка бисексуал, одно другому не мешает, я должен иметь семью, но…
«Отлично, — думала Варвара, шагая по парковке, — просто отлично!» Атлеты, пробитые на ЗОЖе, геи, бизнесмены с проблемами потенции от постоянного стресса. И где же найти мужика, чтобы он… как там «нормального, гетеросексуального, чтобы выбил дурь».
Единственный нормальный мужик в ближайшем окружении Варвары Белицкой приветливо мигнул фарами, заурчал мотором и плавно двинулся, унося свою хозяйку в мир деловых людей в комфортабельном салоне. Вот её настоящий мужчина.
Порш Кайен S Турбо!
Глава 2
Настроение было отвратительным, и чем ближе продвигалась Варя, толкаясь в пробках по загазованным улицам мегаполисам, к бизнес — центру, где львиную долю занимала комания Арнольда Белицкого, тем хуже оно становилось. Из нирваны страданий, именно нирваны, Варя признавалась себе, что невольно наслаждается ими, её вывел телефонный звонок.
На том конце зазвенел голос Сашки Савельевой — закадычной подружки ещё со времён секции картинга в начальной школе. Там они были единственными девочками, что не мешало им занимать призовые места и утирать носы
Они были женской командой, принимающей участие в Российских соревнованиях, и пару раз — в международных. Там же, на соревнованиях, вернее, после них, Варя познакомилась с Антоном, потом они встретились на фуршете в честь подписания мега-выгодного контракта компании отца, где она делала вид, что работала. Как оказалось, именно с компанией, один из совладельцев которой — Антон Геннадьевич Стрелецкий, и был заключён тот контракт.
Через два года увлечение автоспортом сошло на нет, исчезло из жизни, принеся взамен полы из тика, туфли Джимми Чу, высокооплачиваемую должность, пакет акций и место в правлении. Как следствие — недовольные взгляды тех, кто добивался того же самого, как говорится, «потом и кровью», а не правом прямого родства с Белицким Арнольдом, и… тест на овуляцию.
А Сашка осталось в том мире, мире сильных машин, стремительных решений, запаха бензина, ночных споров и сомнительной лексики инструкторов. Последний год они даже не общались толком, пару лайков в социальных сетях общением назвать нельзя.
— Чем занимаешь? — прокричала Сашка в трубку.
— Ничем особенным, — Варя, посмотрела на красный сигнал светофора и пробку впереди себя — ничего особенного, точно. Пробки — часть жизни мегаполиса, такая же обыденная и досадная, как обязательный завтрак.
— Белицкая, разговор есть, не телефонный.
— Без проблем, — Варя пожала плечами и машинально глянула в зеркало заднего вида — там тоже пробка, сколько хватает глаз.
— Можешь сейчас?
Варвара прикинула, что сейчас она не может, завтра тоже не может и, пожалуй, до конца недели тоже, да и на следующую её график был расписан так, будто она была главой Газпрома, не меньше, хотя на самом деле, и все это понимали, ничего от её решений не зависело. Арнольд Белицкий не доверил бы своей дочери самостоятельное управление даже курьерской службой, не то что целым направлением — развивающимся и перспективным. Это не то же самое, что отдельный кабинет и «плавное введение в должностные обязанности» — именно так характеризовал отец обязанности Варвары.
— А, могу! — Даже если Варвара не будет появляться на работе в течение года, никто этого не заметит.
Кое-как перестроившись, задав новый маршрут навигатору, Варя двинулась на окраину города, по адресу, который назвала Сашка.
Железные ворота бывшей текстильной фабрики открыл худосочный охранник и, выслушав водителя Порш Кайена, не выказав ни малейшего удивления, бесцветным, как и он сам, голосом объяснил, как проехать, махнув рукой в сторону кривоватых строений девятнадцатого века из красного кирпича и на пару огромных ангаров постройки двадцать первого. На грязь на дороге, несмотря на довольно тёплое, почти жаркое лето, и пса, лениво прохаживающегося вдоль бетонного забора.