Космос
Шрифт:
ПРИЛОЖЕНИЕ 1. Приведение к абсурду, или Квадратный корень из двух. 180
ПРИЛОЖЕНИЕ 2. Пять пифагоровых* тел. 182
КОММЕНТАРИИ К ЦВЕТНЫМ ИЛЛЮСТРАЦИЯМ... 184
Ил. 1.
Ил. 2. Трапеция Ориона — четыре новорожденные звезды в туманности Ориона. 186
Ил. 3. Стадо флоатеров дрейфует над большим атмосферным вихрем. 186
Ил. 3а. Флоатер крупным планом. 187
Ил. 3б. Флоатеры, парящие над аммиачными облаками. 187
Ил. 4. Изображение Большого Красного Пятна в искусственных цветах. 188
Ил. 5. Снимок Юпитера, сделанный станцией «Вояджер-1» в начальной фазе сближения с расстояния 28 млн. км. 188
Ил. 6-8. Звездолет «Орион» (авторы идеи Т. Дайсон, Ф. Дайсон и др.); звездолет «Дедал» (Британское межпланетное общество); прямоточный звездолет Бассарда. 189
Ил. 10. Ночь на ледяной планете на краю звездного скопления Плеяд. 190
Ил. 11. На планете, обращающейся вокруг звезды на окраине шарового скопления. Эта цель достижима лишь с субсветовой скоростью, которую мог бы развить звездолет Бас-сарда. 190
Ил. 12. Ракета «Сатурн-5» с космическим кораблем «Апол-лон-14», установленная на пусковой позиции перед ночным стартом к Луне. 191
Ил. 13. Астронавт экспедиции «Аполлон-16» устанавливает
Ил. 14. Модель посадочного модуля «Викинг» в Долине Смерти в Калифорнии. 192
Ил. 15, 16. Межзвездное послание «Вояджера». 193
Ил. 16. Позолоченный диск сохранит запись на протяжении миллиардов лет (ил. 16). 193
ОТ ПЕРЕВОДЧИКА
На Марсе, в точке с координатами 19°20' с. ш., 33°33' з. д., занесенный песком, стоит небольшой самоходный аппарат. А неподалеку от него установлен памятник человеку, книгу которого вы сейчас держите в руках. Это мемориальная станция имени Карла Сагана. В июле 1997 года она доставила сюда самоходный ровер «Пасфайндер», а потом почти три месяца передавала на Землю изображения с его видеокамеры. В реальности путешествие «Пасфайндера» по поверхности красной планеты оказалось намного скромнее плана, который задумывал Саган, однако уровень общественного интереса к этой миссии был угадан им верно. В то лето репортажи с Марса были непременной составляющей вечерних теленовостей. Вот только сам Саган не дожил до реализации этой своей идеи.
Памятник на Марсе — далеко не единственный замечательный факт, связанный с именем человека, которого можно смело назвать самым знаменитым популяризатором науки в ХХ столетии. В Сагане причудливо сочетались строгий реализм ученого и харизматический накал эмоций неудержимого романтика. Его непримиримая борьба против псевдонауки и суеверий, мистики и догматизма обернулась не лишенными определенных оснований упреками со стороны оппонентов в том, что он превращает саму науку в предмет религиозного поклонения. В то же время неутомимая популяризаторская деятельность и стремление доступным языком, непременно увлекательно рассказывать о самых сложных научных проблемах порой вызывали упреки со стороны консервативно настро-