Костанътинъ
Шрифт:
Ах да, маленький экскурс в прошлое. Гарри Поттер перестал существовать с даты подписания одной бумаги – договора на усыновление, а в мире появилась такая неординарная личность, как Константин Брагинский. Иначе – родной сын Ивана Брагинского. Дурслям безжалостно стерли память зельями, и они благополучно больше не влияли на мальчика. Да и знать что-либо больше не хотели.
Иван с восторгом воспринял возложенную на него роль отца. Ему уже давно хотелось иметь обычное дитя, но дар персонификации, к сожалению, не может подарить такого чуда в союзе с другой такой же страной. Хотя если бы
В истории бывали случаи рождения таких детей, но крайне редко дети доживали до преклонных лет, так как отдать жизнь за свою родину, за людей, за царя, государя и президента казалось им очень естественным и перекрывало все инстинкты самосохранения.
У самого Ивана за всю историю было лишь одно такое дитя. И он отдал свою жизнь за царя, предпочтя умереть за мир и единую власть в государстве.
Но Гарри, а точнее Константин (о Гарри следовало забыть навсегда), был необычным ребенком. Помимо магии, и весьма не слабой, Иван смог увидеть в нем своего преемника. А вот это уже было гораздо серьезнее.
Иван долго и с изумлением разглядывал результаты семейного гобелена, что был специально, после усыновления, заказан у гоблинов Гринготса. Гар... Константин оказался русским на четверть.
Его мать, Лили, была наполовину русской – отец был выходцем из Советского Союза, мать – коренная англичанка. Так что... смесь кровей обеспечивала и ему, и Артуру надежную защиту.
Еще Иван заметил наличие в Константине чужеродной сущности. Это проявилось буквально в первые дни пребывания с ним. Мальчик совершенно невольно разбил кружку, подаренную Ивану еще в СССР его сестрой на день рождение. Иван пришел в ярость, а мальчик одним ударом молнии смог загнать Брагинского в ступор. Посовещавшись позже с Артуром (при этом успокаивая сына), он с ним пришел к одному и тому же выводу – иную сущность надо погасить любыми доступными средствами.
Что и было сделано совместными усилиями.
Оказывается, внутри сидела одна из самых зловредных тварей этого мира. Так сказали специалисты из Отдела тайн. Артур с трудом осознавал сказанное, Ивану даже пришлось отпаивать его успокаивающим зельем позже. Зато...
Магия мальчика усилилась, словно эта сущность была паразитом, который мешал ему жить. Мальчик стал более улыбчивым, счастливым и более разговорчивым. Шрам со лба исчез, чему Иван несказанно обрадовался. По крайней мере, не будут дразнить в школе. Да и зрение восстановилось.
Иван не сказал Артуру самого главного: он, прибегнув к специальному зелью, частично сменил мальчику кровь. Это дополнительная гарантия к безопасности сына.
Вернемся в наше время.
Наши герои быстро бежали по улочкам пригорода Москвы. Многие жители с улыбками смотрели им вслед: больно интересно они смотрелись вместе, бегущие рядом. Причем мальчик не отставал от взрослого, очень высокого, с серебристыми волосами. Мужчина выглядел очень брутально: явно военная выправка, мускулы и шрамы.
Отец с сыном вскоре добежали до общего, знакомого им места. И тут остановились. Константин согнулся, упираясь руками в колени и глубоко дыша. Иван минуту спустя поступил точно также.
– Хороший денек,
Иван с трудом подавил в себе желание дать сыну качественный подзатыльник. Выпад ехидного комментатора пока остался без ответа. Но язык у Константина был подвешен вне всяких сомнений, просто замечательно.
– Три дня – у Альфреда, я с ним по Афганистану хотел поговорить. Потом мы задержимся у твоего первого крестного: Артура... – О, круто! – В русском языке так много красивых слов, а ты выбрал именно американский сленг! – Иван демонстративно поднял глаза и руки к небу. – За что мне это!
Константин приумолк. Пока.
– Ладно. Мы там справим и твой день рождения. – Почему, пап? – Тебе исполняется одиннадцать. Настала пора отправлять тебя в магическую школу, – тут Иван понизил голос, – ты поедешь в Хогвартс. Так я клятвенно обещал Кёркленду... – Но... – попытался слабо возразить Константин. – Никаких но! Затем остаток каникул ты проведешь у Ван Яо. Заодно подучишь китайский. Он меня давно просил привести тебя. – Я поеду первого сентября в Англию?! – удивился Константин до глубины души. Его темно-зеленые с фиолетовыми искрами глаза глядели прямо в фиолетовые, почти ледяные глаза отца.
Константин понял, что все решили за него. В школу магии он поедет несмотря ни на что, даже если для этого придется кинуть ядерную бомбу. Так говорили глаза отца и его непробиваемое выражение лица, слишком уж хорошо знакомое всем странам и многим важным людям из правительства.
– Хорошо, – через пять минут покорно проговорил мальчик – отец сверлил его взглядом, от которого многим становилось нехорошо, в том числе и ему самому. – Я выполню твои обещания. – Вот и славно. Пошли? А то я к президенту не успею...
Обратно они оба уже просто шагали, а не бежали, разглядывая постепенно скидывающий последние нити сна с себя город.
– Ко мне завтра Холл приезжает, – оборонил Иван. Константин сразу же встал на месте как вкопанный. – Почему ты мне раньше не сказал?!
Приезд Холла ничем хорошим обычно не заканчивался. Константин таких случаев на своей памяти не помнил. Либо утром были все пьяные и дома было невесть что, либо их всех приходилось искать по всем вытрезвителям города. Хорошо, что у Ивана хоть есть друзья во всех органах власти.