Костры Эдема
Шрифт:
Громада за спиной Трамбо издала одобрительный звук. Кестлер побледнел, оглянулся на женщин, словно призывая их в свидетели, но промолчал.
– Слушайте, я с удовольствием поболтал бы с вами. Знаю, вам очень интересно познакомиться друг с другом и все такое. Но я правда спешу. – Он сделал шаг влево.
Кэтлин достала из сумочки револьвер – больше, чем у Майи, – и нацелила его в живот супругу.
– Что, у Бергдоффа была распродажа? – осведомился он, останавливаясь.
Кэтлин сжимала оружие обеими
– Убьешь меня – не получишь денег, детка. Тебя, может быть, сунут в ту же камеру, что и ту корову, что пристрелила своего диетолога.
Кэтлин подняла пистолет так, что он оказался нацеленным в лицо Трамбо.
– Повторяю, у меня нет времени на эту ерунду, – сказал он, глядя на часы. До обеда ему надо было еще встретиться с Сато. – Пошли, Джимми.
Майя отступила. Кэтлин сделала то же, продолжая целиться. Бики смотрела так, как может смотреть только афроамериканка, оскорбленная в лучших чувствах. Майрон Кестлер молча стоял под пальмой, боясь пошевелиться.
Только отойдя на десяток шагов от молчащих женщин, Трамбо вздохнул с облегчением.
– Пошли скорее, Джимми. Мы должны привести Санни, прежде чем Хироси выйдет из себя.
– Ты лоло смелый. Эти хаоле вахине устроить большой ху-ху.
– Угу, – согласился Трамбо, выходя на беговую дорожку, уводящую к полям петроглифов.
Фредриксон ждал их в конце дорожки. Он нервно сжимал пистолет, то и дело оглядываясь на темные лавовые поля.
– Где он? – Трамбо увидел, что охранник в изумлении уставился на гиганта с топором. – Не обращай на него внимания. Где Санни?
Фредриксон облизал губы:
– И Диллон… Диллон тоже там.
– Плевал я на Диллона! Мне нужен Санни Такахаси. Если ты вызвал меня, чтобы смотреть на этого…
Миллиардер и Джимми Кахекили одновременно шагнули вперед.
– Мистер Трамбо… сэр… вам надо взглянуть самому. Я никому больше не сказал, потому что это… это… – Он повернулся и побрел в лавовое поле.
Отверстие в лаве ждало их меньше чем в сотне ярдов от дорожки. Похоже, это была прорвавшаяся на поверхность лавовая трубка. Фредриксон осторожно приблизился к краю, подняв револьвер.
– И как эта дрянь связана с… – начал Трамбо и замолчал.
Трубка уходила вглубь футов на пятнадцать, переходя в идущую горизонтально пещеру. Один ее край обвалился, но другой был невредим. В этом черном эллипсе стояли друг Сато Санни Такахаси, начальник службы безопасности Диллон и… кабан ростом с шотландского пони. Диллон и Санни были обнажены, и их тела мерцали зеленым светом, словно их раскрасили флуоресцентной краской. Глаза их были открыты, но неподвижны. У стоящего между ними кабана – он был выше плеча Диллона – глаза состояли из отдельных ячеек, горящих оранжевым блеском, напомнившим Трамбо купальник Майи. Кабан ухмыльнулся,
Трамбо повернулся и посмотрел на Фредриксона. Тот лишь беспомощно пожал плечами.
– Он велел привести вас, сэр.
– Он? Какого черта…
– Да-да, я, – сказал кабан.
Трамбо выхватил из-под рубашки браунинг. Кабан ухмыльнулся еще шире. Его многочисленные глаза влажно поблескивали, и Трамбо мог поклясться, что видит в них довольное выражение.
– Не стоит, Байрон, – сказал кабан. – У нас слишком много общего, чтобы так начинать знакомство. – Голос был именно таким, какого можно было ожидать от тысячефунтового зверя.
Байрон Трамбо почувствовал, как по спине у него стекает струйка пота. Он повернулся, ища помощи Джимми Кахекили, но гаваец исчез, бросив свой топор.
– Т-с-с, – сказал кабан. – Иди сюда.
Трамбо опять повернулся к пещере – ухмыляющийся кабан и двое безмолвных людей по-прежнему были там.
– Диллон! – Бывший начальник службы безопасности не шевелился; глаза его оставались такими же стеклянными.
– Да нет же, Байрон. Это я хочу с тобой поговорить.
Трамбо облизал губы:
– Ладно. Что тебе нужно?
– А что нужно тебе, Байрон? – осведомился кабан.
– Мне нужен Санни Такахаси. Диллона можешь оставить себе.
Кабан рассмеялся. Звук напоминал стук пересыпающихся камней.
– Все не так просто. Об этом я и хотел с тобой поговорить.
– К черту разговоры! – Трамбо прицелился животному между глаз.
– Если нажмешь на курок, – задушевно сказал кабан, – я поднимусь и отгрызу тебе яйца.
– Попробуй, – сказал сквозь зубы Трамбо, продолжая целиться.
Кабан опять усмехнулся.
– Тебе нужен вот этот? – Он кивнул в сторону загипнотизированного японца.
Трамбо кивнул.
– Что ж, бери его. – Кабан мигнул своими восемью глазами, и Диллон с Такахаси отступили в глубь пещеры, двигаясь, как сомнамбулы. – Только сначала тебе придется спуститься и поговорить со мной. – Он легко, почти грациозно повернулся и исчез в темноте, откуда донесся его голос: – Только поторопись – через пару часов начнется самое интересное.
Копыта зверя простучали по базальту, и наступила тишина. Трамбо опустил пистолет.
– Твою мать, – сказал Фредриксон и тяжело сел на лаву.
Лицо у него было пепельного цвета.
– Только в обморок не падай, идиот! – рявкнул Трамбо.
– Я подумал сперва, что это бред… но я даже наркотиков не употреблял. Этот… это существо велело мне связаться с вами…
– Ладно, – прервал его Трамбо, засовывая пистолет за пояс– Кто-нибудь еще знает?
Фредриксон мотнул головой:
– Он сказал, что, если я кому-нибудь скажу… он пустит мои кишки на подвязки. Да, так и сказал… на подвязки.