Кот

Буртяк Сергей

– Было бы более странно, появляйся мы вместе. Мы не хотим никого шокировать.

– Слушай, тебя ведь не ухватишь! На все есть ответ! Причем такой, что не подкопаешься. И Кот - такой же, как ты. Именно в такие моменты я больше всего сомневаюсь, что вас двое!

– А в другие... хм... моменты?

– Хам. И все-таки я не верю. Не верю - и все.

– Правильно! Не верь! Я тоже не верю!.. Слушай, неужели так важно, двое нас или нет?

– Важно? Смотря для кого.

– Для тебя.

– Для меня? Ну во-первых, мне вполне хватит одного...

– А во-вторых?

–

Во-вторых, я все равно вам не верю. Ну, не двое вас, и все тут! Признавайся, где прячешь линзы!

– Ладно, твоя взяла. Нас не двое. Любимая, я давно хотел тебе все рассказать...

– Фигляр!..

– Причем хамоватый, заметь. Но сдержанный. Как английский мальчик.

– Стоп. Как ты сказал?

– Что?..

– Ты сказал - "любимая"?..

– Разве? Я так сказал?!.. Не может быть. Это я, наверное, оговорился...

На этом разговор, собственно, и кончился. Потому что Саша Егора поцеловала. Первые секунды он не отвечал, но она настаивала, прямо-таки впилась в его губы...

Сперва прячась, стесняясь, а потом ничего вокруг не замечая, они стали целоваться. Саше было почти легко - она уже проделывала это с Котом. А вот Егору пришлось привыкать.

Потом они опять разговаривали. То есть не то чтобы разговаривали, на бумагу такая беседа не ляжет. Саша что-то шептала Егору на ухо, он ей отвечал. О чем именно они там ворковали - никому не известно.

В такие минуты влюбленные шепчут друг другу всякую чушь, и если ее подслушает нормальный здравомыслящий человек, не имеющий в данный момент страстной сердечной привязанности, у него, у человека этого (о животных я вообще не говорю), глаза вылезут из орбит от невыносимой неловкости и нелепости бытия - словно по причине отсутствия кислорода в атмосфере, настолько конфузные тексты выдают бесконтрольные губы влюбленных, единственный вектор желания которых направлен в уединенное уютное место, в какой-нибудь этакий уголок, где они смогут нашептаться сколько их молодым организмам угодно.

Единственное, что можно сказать определенно: Егор все-таки спросил у Саши о таинственном женихе, не выдержал. Принцесса на миг замерла, посмотрела спутнику прямо в глаза, потом легонько ущипнула Егора где-то внизу и молча впилась в его губы.

Как-то незаметно Егор и Принцесса выплеснулись из электробуса и оказались в знакомых местах.

Блаженно растянувшись на шелковых простынях, Королев с улыбкой слушал женский шум воды в душе, прислушивался к мужскому плеску ликования успокоенной плоти в себе, неторопливо и с удовольствием запивал все это шампанским и предавался чудесным воспоминаниям об общении с юной старой знакомой, знаменитой лондонской фотомоделью (кстати, датчанкой), которая несколько минут назад ненадолго превратилась в русалку.

Излишне говорить, что Королеву было хорошо. Он сделал дела, сделал успешно. Теперь можно отлично расслабиться. И это тоже получается. Все получается. Тимоти (партнер по бизнесу) страшно доволен - правда, прислал утром в отель записку, у них так было принято, эти старомодные записки, мол, отбыл в Люксембург на денек и просит провести еще одни переговоры до отъезда. А так можно было улетать прямо сегодня.

Надо будет позвонить, может,

ничего срочного... Не хотелось напрягаться в последние дни, но, возможно, встреча грозит новой прибылью. Егор вел себя молодцом... Только вот с Сашей... Что-то опять у них там... Хотя сейчас уже вроде все на мази... Ладно, это хорошо, что отменили сегодняшний отлет, пусть погуляют. Может, и внучат повезет скоро понянчить...

Неожиданно зажурчал коммуникатор.

Спокойно поднявшись с квадратной кровати, Королев прислушался, отыскал на полу свой кучкообразный пиджак, поднял его, расправляя, вынул из кармана маленький визжащий параллелепипед, похожий на черный обмылок, привычным жестом расслоил его надвое, как песочное пирожное, и поднес к уху.

– Алло. Тимоти? Хау ду ю ду, дорогой!..

Слушая партнера, Королев поймал себя на мысли, что можно было включить камеру на комме и поговорить с Тимоти лицом к лицу. Вообще он не любил ви-фонов и пользовался коммом как простым телефоном, но сегодня Королеву было бы приятно видеть старого товарища, у олигарха было прекрасное настроение.

Некоторое время Королев слушал, и блаженное выражение лица его не менялось.

– Почему это в Москве? Я еще в Лондоне. Нет, собирался, но...

Еще несколько секунд тишины. Постепенная смена лица.

– Я на островах? Что за бред? Ты на островах? Где? На каких островах? Но утром ты сообщил, что едешь в Люксембург на один день, а завтра у нас совещание... Как это нет?.. Ты же прислал мне записку в отель, и я... Что?.. Не было никакой записки?..

Королев застыл, как восковая фигура из музея Тюссо.

– То есть ты не просил меня остаться на повторные переговоры? Все. Я перезвоню.

Оторвав комм от уха, Королев торопливо назвал в микрофон имя телохранителя.

– Где Саша?

Он недолго слушал возбужденный голос, невнятно кричащий из аппаратика.

– Ты уволен. После того как найдешь мою дочь. И молись, чтобы с ней ничего не случилось.

Кретин. Королев понял все сразу и окончательно. Это была ловушка. Он слишком постарел и расслабился. Раньше он не допустил бы, чтобы его так легко взяли за вымя. Неужели Егор в этом замешан? Или Кот?.. Он всегда не доверял этому желтоглазому негодяю... Они разделались с Карабаном. Почему он решил, что избежит его участи? Королев проклинал свою беспечность. Раскудахтался, как старая грязная сваха. Лондон! Лондон! Как можно было не проверить все досконально?!.. Долбаная записка!.. Стоило только проявить настойчивость, дозвониться до партнера и уточнить...

Королев вдруг увидел свое отражение в зеркале: голый пожилой человек огромного роста с крошечным коммуникатором у левого уха.

Будь Королев слабой женщиной, он обязательно лишился бы чувств.

Глава двадцать четвертая. ПОХИЩЕНИЕ

Убежав от телохранителя, Егор и Принцесса не стали мудрить и поступили по примеру знаменитого похитителя писем - положили себя на самом видном месте, рассудив без ошибки, что в ближайшие часы в таком очевидном месте, как отель, а особенно в номере Егора, их никто не побеспокоит - все уверены, что они где-то в городе. В отель им удалось пробраться совсем незаметно, через заднюю дверь ресторана.