Котиша

Яр Надя

Рути ехала вдоль соснового леса и тихонько напевала себе под нос. Солнце клонилось к горизонту. Из леса доносились шорохи и скрип. Рути не особенно беспокоило то, чего не договорил студент. Случись что с её старшим братом, дом останется ей; однако живущий там дикий зверь и тем более нечисть — это просто непорядок. Калле уже недолго оставалось до могилы, и после выхода на пенсию Рути планировала поселиться в его доме.

* * *

— Калле.

Рути сдержанно обняла брата одними ладонями в тонких перчатках и тут же отступила на шаг. Руки старика неловко

повисли в воздухе, но она ничего не могла с собой сделать. Запах Калле напоминал ей о крадущейся старости и о смерти.

— Этот студент сегодня был? — спросила она и прошла в кухню, не дожидаясь ответа.

— Марне не приходил, — сказал Калле. — Ничего, у меня тут всё равно нечего делать.

Он последовал за сестрой.

— Не мешало бы прибрать, — заметила Рути.

Она внимательно осматривала все углы. Где же кот?

Потом Калле сидел за столом, а Рути готовила жаркое. Готовить она умела. По дому поплыл мясной запах, и Рути ждала, что животное придёт в кухню, но кот не пришёл.

— Это правда, что у тебя тут дикий кот? — прямо спросила она.

— Это Марне тебе сказал? — и Калле засмеялся. Вообще это было ему несвойственно. — Он не дикий, котиша, а очень большой… и уродливый, наверно. Он ест у меня с рук.

— Хмм, — сказала Рути.

По тону Калле она поняла, что о санэпидемстанции не может быть и речи. Чем бы ни был этот зверь, Калле его полюбил. Значит, вопрос придётся решать иначе. Хорошо, что она захватила мешок.

Чуть позже Рути обнаружила котишу. Шторы в спальне были плотно закрыты. Рути сначала заглянула под кровать, а потом вспомнила про шкаф и догадалась посмотреть наверх. Тварь сидела на шкафу, под самым потолком. У неё был нахальный, злой взгляд. Сверху вниз.

Интересно, как оно туда залезло, отвлечённо подумала Рути. Прыгать, кажется, высоко… Чёрт знает, на что оно способно.

Не поворачиваясь спиной к твари, она покинула спальню и плотно закрыла за собой дверь.

— Он некрасивый, да? — спросил её Калле. — Необычный. Не мурлычет, когда на коленях сидит…

— Ну как сказать, некрасивый, — ответила Рути.

Котиша был не столько некрасив, сколько страшен. Он был жуток, как истекающий пеной бешеный пёс. Ещё бы он мурлыкал.

К десяти вечера Рути напоила Калле вином и уложила его спать. Старик обычно не пил и теперь еле-еле добрёл до кровати. Он засыпал на ходу. Котиша скользнул в открытую дверь уродливой чёрной тенью и побрёл прямо в гостиную. Конец косматого хвоста пошевеливался, как гадюка. Он чувствует себя хозяином в доме, отметила про себя Рути. Это ненадолго.

Рути вытащила из сумки походный мешок, положила в него кусок сырого мяса и опустила мешок на пол. Она взяла две банки кошачьих консервов и поставила их в горловину мешка, так, чтобы он был чуть-чуть приоткрыт. Выбрав себе острый нож, она до предела приглушила свет.

— Котиша… — позвала Рути, когда её глаза привыкли к полумраку.

— Сккрррр… — тихо раздалось из гостиной.

— Котиша… — ещё тише позвала Рути. — Кс-кс…

Зверь появился в проёме двери. Рути стояла у плиты. Котиша посмотрел ей в глаза, и она поняла, что этот план провалился. Котиша был слишком умён, чтобы не распознать

ловушку.

Рути приготовилась защищаться.

— Пффф… — произнёс котиша и посмотрел на мешок.

Рути затаила дыхание.

Котиша подошёл и сунул голову в мешок. Он принюхался, а потом посмотрел на Рути. Красное пламя его радужки притухло, и глаза светились гнилостной мутью. В них стояла бездонная тоска.

Потом котиша залез в мешок. Он подобрал хвост, и Рути услыхала, как зверь жуёт мясо. Ей не хотелось двигаться с места. Подожду, пока оно доест, сказала она себе, зная, что тянет время. Она могла бы сейчас просто выйти из кухни, покинуть дом, сесть в машину, уехать и никогда больше не видеть котишу. Если она схватится за шнур мешка, ей не будет дороги назад.

Котиша между тем не торопился вылазить. Он любил темноту.

Рути стряхнула с себя оцепенение, нагнулась и изо всех сил затянула мешок.

* * *

Она принесла мешок к озеру на вытянутых руках. Это было очень тяжело, но о том, чтобы закинуть его за спину, не приходилось и думать. Котиша иногда шевелился, но вообще сидел смирно и ни звука не издавал. Он всё-таки неразумен, решила Рути.

Она вошла на пристань, села в первую попавшуюся непривязанную лодку и с облегчением опустила мешок на дно. Зверь в мешке шевельнулся. Рути схватила весло и оттолкнулась от пристани.

Маленькая прогулочная лодка выползла на середину Ноазе. Рути аккуратно осушила весло и подождала, пока лодка остановится. Потом она привстала, встряхнула затёкшие руки и подняла мешок.

— Ффрррр… — сказал оттуда котиша.

Рути бросила мешок в озеро.

Потом она некоторое время отдыхала и смотрела на отражение звёзд в воде. Мешок пошёл ко дну, как будто был полон камней, и поверхность озера уже почти успокоилась. Замирала последняя рябь. В мире Рути снова царил порядок.

Она взяла весло и не спеша погребла к берегу. Отчего-то ей было тоскливо. Куплю котёнка для Калле, решила она; его хотя бы не надо выгуливать.

Когда впереди под водой загорелись две красные точки, Рути механически подумала о подводных буйках. Точки тут же погасли, и Рути поняла, что ошиблась. Она не успела как следует испугаться, когда что-то коснулось дна лодки.

Рути вскочила и занесла над водой весло. Было тихо. Прождав минут пять, она решила, что надо плыть к пристани. Альтернативой было звать на помощь, но это было бы несолидно. Рути опустила весло в воду. Лодка послушно тронулась с места, и Рути села на скамью.

Что-то вырвало весло у неё из рук.

4. Марне

— Я звонил ей из-за кота, — сказал Марне.

Он решил, что лучше всего по форме сказать правду, замалчивая самую суть дела.

— У господина Сьянсена завёлся кот. Мне показалось, с ним что-то не так — может, болезнь — и я решил позвонить госпоже Куойнен.

— У Вас с ней были добрые отношения? — спросил комиссар.

— Нет, — сказал Марне, — у меня с ней не было отношений. Она была мне неприятна, но… других родственников у него нет.

— А почему Вы решили позвонить его сестре, а не отнесли кота к ветеринару? Это было бы проще.