Коварная
Шрифт:
Паркер окинул меня взглядом.
– Очень хорошо, я добуду тебе доказательства.
– Кто ещё знает об этом?
– Стюарт знал.
– Кто ещё?
– Кроме твоих родителей, больше никто, пока, – уверенно заявил он. – Поверенного, который сделал это поддельное свидетельство, больше нет в живых. Оригинальное свидетельство и копия поддельного нашлись в недрах архива. Но не недооценивай меня. Я поделюсь своими знаниями, и когда я сделаю это, органы власти будут последним, чего тебе стоит опасаться.
Я проглотила своё отвращение.
–
Его глаза загорелись, и он уставился на мою грудь.
– Я могу придумать много вариантов. Когда ты подпишешь договор, то убедишься, что у меня более богатое воображение, чем у твоего покойного супруга.
– Когда я смогу получить доказательства?
– Я принесу их завтра.
Я кивнула.
– Хорошо, завтра здесь…
– Нет, Виктория. То, что сейчас происходит, называется сменой власти. Теперь условия диктуешь не ты. Я лично предпочитаю, чтобы у тебя были завязаны глаза и ты молчала, но для того, что у меня на уме, будет лучше, если ты сможешь всё видеть. Думаю, это только увеличит чувство предвкушения.
Я ничего не ответила.
– Смотри, какой послушной ты можешь быть. – Он встал на ноги, подошёл ко мне и погладил мою щёку. Мне потребовалось собрать все свои силы, чтобы не отпрянуть. – Я даже не ожидал, что мне представится такая возможность. С тех пор, как в то судьбоносное утро я увидел тебя в своём офисе, я хотел быть тем единственным, кто отдаёт тебе приказы, кто контролирует то, как ты трахаешься, как ты кончаешь, как уходишь. Я по себе знаю, какой опытной ты стала за прошедшие девять лет. Уверен, что этот ничтожный член научит тебя проявлять больше уважения к твоим друзьям. – Он сжал мои волосы в кулаке и оттянул голову назад. – Тебе нравилось это определение – друзья? Посмотри на меня.
Я посмотрела.
– Стюарту нравилось. Надеюсь, ты научишься уважению, и чем скорее, тем лучше. Если же нет, не все наши посетители останутся такими же дружелюбными.
Я жаждала вкуса крови, когда прикусила язык и слушала его речи. Но его прервал звонок телефона на моём столе. Он так и не отпускал мои волосы, пока мы смотрели, как аппарат зазвонил во второй раз, а потом и в третий.
– Могу я ответить? – наконец спросила я.
Его лицо растянулось в гнусной улыбке, обнажившей слишком белые зубы.
– Вот видишь, ты быстро учишься, – отпуская мои волосы, сказал он. – Завтра, на складе, в два часа дня.
Я кивнула и подняла трубку, мысленно благодаря того, кто бы там ни оказался на другом конце провода.
– Да, Кристина?
– Миссис Харрингтон, на линии офицер Шепард. Он сказал, что это срочно.
О боже. Неужели они что-то выяснили о причине смерти Стюарта?
– Соедини его, – осторожно проговорила я и повернулась к Паркеру. Прикрыв трубку рукой, я сказала, – это полиция. Говорят, что-то срочное.
– Включи громкую связь.
Я
– Здравствуйте, миссис Харрингтон…, – донеслось из трубки.
– Включай громкую связь, сучка. Я твой адвокат. Мне нужно всё слышать, – прошептал Паркер мне в ухо.
Я нажала кнопку.
– Алло, говорит миссис Харрингтон, – громко ответила я.
– Мэм, мне очень жаль, что я беспокою вас в такое время.
– Да, очень трудно…
– Миссис Харрингтон, вашу мать везут в Мемориальный госпиталь. Сожалею, но должен сообщить вам, что она попала в серьёзную автомобильную аварию.
Я не могла чётко мыслить. Я думала о ней с нашего вчерашнего разговора. Я даже намеревалась позвонить ей, впервые хотела сделать это сама. Этого не могло произойти.
– Простите, что вы сказали?
Но тут заговорил Паркер.
– Офицер, с вами говорит Паркер Крейвен, поверенный миссис Харрингтон. Вы можете подробнее рассказать нам о миссис Саунд?
– Сэр, миссис Саунд на пути в травматологическое отделение в Мемориальном госпитале. Я рекомендовал бы миссис Харрингтон немедленно туда отправиться.
– Благодарю вас, офицер. Мы сейчас же выезжаем, – ответил Паркер.
– Миссис Харрингтон, вы должны знать, что на месте аварии мы сделали тест на состояние алкогольного опьянения. В крови вашей матери обнаружили 0.38 процентов алкоголя.
Я ахнула и прикрыла рот рукой.
– Нет, офицер, это невозможно. Моя мать вылечилась от алкогольной зависимости. Она уже почти двадцать лет не брала в рот ни капли.
– Мэм, сожалею. Но сегодня она пила. Прошу вас, приезжайте в больницу.
Ещё нет и одиннадцати утра. Что-то было не так. С чего бы Мэрилин решила уйти в запой так рано утром? Она не могла. Я знала это.
Я молчала, и за меня ответил Паркер.
– Она будет там, сэр. Спасибо. – Он перегнулся через меня и положил трубку. – Я отвезу тебя. Поехали.
– Нет, – я покачала головой. – Я приеду завтра на склад, если смогу.
– Ты сможешь. Ты сможешь, если только сама не окажешься в больнице.
Я закрыла глаза.
– Да, Паркер, я приеду. Не забудь доказательства. – Когда его глаза сузились, я исправилась. – Не забудь доказательства, пожалуйста. А теперь мне нужно ехать к маме.
– Ты не в том состоянии, чтобы садиться за руль.
Неужели теперь он озаботился моим состоянием? Мудак!
– Я и не сяду. Меня отвезёт Трэвис.
Патрик сжал челюсти.
– После завтрашней встречи мы обсудим дальнейшее трудоустройство мистера Дэниела.
Я кивнула. Он совсем охренел, если решил, что всё так и произойдет. Но, так и быть, пока я могла играть свою роль. Меня этому хорошо научили.
Хотя внутри во мне горело желание бегом броситься к дверям, я неподвижно сидела, любезно ожидая, пока Патрик медленно собирал свои вещи, в том числе копию своего договора, и складывал их в дипломат. Мудила наверняка не подозревал, что я сделала копию. Повернувшись к выходу, он, насмехаясь, проговорил: