Коварная
Шрифт:
– Боюсь, сэр, между нами не было ничего серьёзного. Мы с Уесли были друзьями.
– Жаль, – ответил Карлайл. – Такая прекрасная женщина как вы смогла бы украсить нашу семью.
Я негодующе подняла подбородок. Он знал. Я знала, что он знал. Но только в его словах не было ничего угрожающего, они звучали как поддержка.
Но прежде чем мне удалось ответить, заговорил Уесли.
– Виктория, пожалуйста, прости моего отца. Похоже, он думает, что имя нашей семьи умерло. Я говорил ему, что двадцать восемь лет – не такой уж большой возраст, но он-то
Вновь обретя способность говорить, я улыбнулась.
– Будет вам, мистер Альбини! Мне тоже всего двадцать восемь, но, надеюсь, вы не сочтёте меня старой. Ведь, как вам известно, я вдова.
Он кивнул и опустил глаза. Когда наши взгляды встретились, искра, которую я видела мгновение назад, погасла.
– Никколо сказал мне, что кончина вашего мужа не повлияет на наш бизнес? Я бы хотел обсудить это с вами лично.
– Ваш брат прав. Я не планирую торопиться что-то менять. И буду рада побеседовать с вами на эту тему, однако сейчас я спешу на встречу.
Уесли и Карлайл кивнули.
– Тогда в следующий раз. Хорошего дня, миссис Харрингтон. – Карлайл легонько сжал мою руку и тихо прошептал, – смерть вашего мужа открыла двери, которым лучше оставаться закрытыми. Знайте, что мы крайне ценим вашу лояльность по отношению к нашей семье. Я сожалею о вашей матери. Думаю, это было сделано с расчётом на меня. К тому же вы двое… – он кивнул в сторону Уесли, – когда-то были друзьями. Можете не сомневаться, те двери, что я упомянул, скоро будут закрыты, и вам нечего будет опасаться.
– Благодарю вас, мистер Альбини.
– Карлайл, – поправил он.
Я кивнула и проглотила ком в горле.
– Карлайл.
Вытащив из нагрудного кармана своего шёлкового пиджака визитку, он протяну её мне.
– Миссис Харрингтон, это мой личный номер, он мало кому известен. Если вам что-то понадобится, звоните.
Взяв визитку, я изо всех сил постаралась сохранять спокойствие и задала ему ещё один вопрос.
– Вы сказали, что мне нечего будет бояться. Мне это всё в новинку, так что хочу уточнить, это распространяется на всю мою семью?
Карлайл и Уесли одновременно закивали головами.
– Спасибо, Карлайл… Уесли. – Я кивнула каждому из них. – Надеюсь, в звонке не будет необходимости.
– Впредь, миссис Харрингтон, Альбини всегда будут готовы помочь вам, как если бы вы были членом семьи. Ошибки ошибками, но, смею вас заверить, мы никогда не бросаем членов нашей семьи.
Я улыбнулась, потому что уже и так поблагодарила его тысячу раз. Наблюдая за тем, как удалялись Карлайл и Уесли, я подумала, что где-то вдалеке играет «Шепни «Люблю»», и, покачав головой, решила, что она определённо чем-то напоминает «Смертельную колыбельную». Я не шевелилась, и Трэвис, положив руку на мою поясницу, направил меня в сторону лифта. Через мгновение я почувствовала, как его ладонь напряглась. Подняв глаза, я тут же утонула в столь желанном аквамарине.
Я развернулась к Трэвису.
– Дай мне минуту. Паркер уже ждёт, но я попросила приехать Броди, чтобы он
Сузившиеся глаза Трэвиса неотрывно смотрели на Броди.
– Да, миссис Харрингтон, – проговорил он сквозь сжатые челюсти.
Козёл! Какого хера? Чёртов договор не настоящий. У Трэвиса нет права судить меня за то, с кем я вижусь или не вижусь. Я могу встречаться со всеми, с кем захочу. Я не сказала этих слов вслух сейчас, в коридоре больницы, но сделала себе мысленное напоминание высказать ему всё, когда мы окажемся в машине. А пока что я, прикусив язык, покачала головой над таким явным неодобрением Трэвиса и направилась к Броди. Приближаясь, я улыбнулась ему, но вот только чем ближе я подходила, тем очевиднее становилось, что моя радость от нашей встречи не взаимна.
– Броди? В чём дело? Где ты был?
Стиснув мою руку, он потащил меня по коридору. Первая маленькая комнатка, в которую мы зашли, была занята пожилой парой. Мы молча пошли дальше, пока не нашли уборную.
– Какого хера? – пробубнила я, когда он втолкнул меня внутрь и запер замок. Осмотрев плитку, я поморщилась. – Какая гадость! Что ты делаешь?
– Вик, это я должен спросить – что, чёрт возьми, ты делаешь?
Я открыла ладонь и посмотрела на карточку, где ажурными буквами было выведено: «Карлайл Альбини». Пожав плечами, я сунула визитку в свою сумочку.
– Я как раз собиралась в твой офис.
Броди начал мерить шагами невероятное маленькое пространство уборной.
– В мой офис? «Крейвен и Ноулз»? Зачем?
– Звонил Паркер… ну, вернее, это была Триш. Она сказала, что он хочет меня видеть. Это срочно.
Броди шагнул ко мне. Его ладони легли на стену по обе стороны от моей головы, запирая меня в клетку его сильных рук. Он прижался ко мне. Когда моя израненная попа врезалась в стену, я не смогла сдержать стон.
– Что такое, детка?
Я погладила его щёку. Кончиками пальцев почувствовала знакомую мягкость щетины. Меня накрыло его теплом и запахом свежести, облегчая всякую боль. Он олицетворял для меня нормальную жизнь, обещание такой жизни.
– Ничего, Броди, – выдохнула я. – Я просто не пойму, отчего ты такой взвинченный?
– Вик, ты разговаривала с Альбини. Ты хоть знаешь, кто они такие?
Я покачала головой, позволяя пальцам спуститься на его шею.
– Понятия не имею. До недавнего дня я знать о них не знала. Они были очень милыми.
Рука Броди ударила стену рядом с моей головой.
– Милыми! Вик, эти люди ни хрена не милые! Они опасные. Тебе не следовало с ними разговаривать. Ты не понимаешь. Почему Трэвис с ним не разобрался?
Я негодующе распрямилась.
– Я не нуждаюсь в том, чтобы Трэвис, ты, Паркер или ещё кто-то влезали в мои дела. Стюарт оставил их мне. Я могу справиться сама.
– Стюарт? Ублюдок, который использовал тебя, как какой-то грёбаный товар? Ну да, мы не хотим его разочаровать.
– Броди. – Я снова коснулась его щеки. – Броди, ты не в себе. Я никогда ещё не видела тебя таким.