Ковчег огня
Шрифт:
Кэдмон быстро обдумал преимущества ее плана. Хотя путь вверх по склону станет нагрузкой на легкие и ноги, дорожка была огорожена связанными пучками бамбука, которые будут отличным укрытием. Если двигаться быстро и осторожно, они останутся невидимыми. При условии, что у снайпера нет сообщников.
Он кивнул, принимая план Эди, схватил ее за руку и побежал вверх по дорожке, находя хорошим знаком то, что не слышно свиста пуль. Однако крик белоголового орлана предупредил, что снайпер бросился в погоню.
Где-то посередине холма Эди начала задыхаться и отставать. Не имея времени
— Сможешь перевести дух, когда мы отделаемся от убийцы.
Подпитанная, несомненно, приливом адреналина, вызванного чувством страха, Эди ускорила шаг. Через несколько мгновений дорога стала ровной.
— Лекторий — это то каменное здание прямо впереди, — сообщила Эди, указывая на причудливое сооружение, словно сошедшее со страниц романа Томаса Харди. [17]
17
Харди, Томас — английский писатель и поэт, представитель натурализма.
Затолкнув ее за стену, покрытую тающими сосульками, Кэдмон огляделся по сторонам. Он испытал разочарование, увидев, что им предстоит преодолеть длинную полосу открытого асфальта, где не будет ни деревьев, ни камней, ни бамбука, чтобы скрыть их движения.
— До лектория тридцать метров открытого пространства. Ты сможешь добежать?
Эди кивнула и, вцепившись пальцами ему в плечо, прошептала:
— Кэдмон, мне страшно. Очень-очень страшно.
— В этом нет ничего зазорного. Мне самому как-то не по себе.
— Ты ведь шутишь, правда? — Ее брови взметнулись вверх. — Ты же похож на тех парней, кто служил в Легкой бригаде.
— Да, но мы знаем, что с ними случилось, ведь так?
— Нет, а что?
— Во время этой злосчастной атаки погибло больше половины бригады. [18]
Не оставляя Эди времени осмыслить зловещее значение этой печальной страницы британской истории, Кэдмон схватил ее за руку и бросился бежать. Поскольку шаг у него был намного шире, ей пришлось вдвое чаще перебирать ногами, чтобы не отставать. Одинокий служитель зоопарка в коричневом комбинезоне и резиновых сапогах проехал мимо в крытом каре, везя на грузовой платформе ведра с кормом для животных.
18
Имеется в виду эпизод сражения при Балаклаве, состоявшегося 25 октября 1854 года в ходе Крымской войны. Легкая бригада английской кавалерии пошла в атаку, но попала под перекрестный огонь русских орудий и потеряла больше половины своего состава.
— Меня так и подмывает поймать попутку, — учащенно дыша, пробормотала она и, с трудом подняв руку, указала на арку в стене здания: — Тропа там… с той стороны.
— Понял.
Кэдмон свернул в указанном направлении. Дорожка привела к деревянным ступеням, петляющим вниз по крутому склону. Внизу находилась пустая стоянка.
— Каменистый ручей за стоянкой, — между двумя шумными
Кэдмон перевел взгляд за стоянку. Сквозь густые заросли голых деревьев он разглядел извивающийся ручей, заваленный камнями. И хотя оживленной дороги видно не было, издалека доносился шум проезжающих машин. Однако относительно такси у Кэдмона были сомнения.
Оставив свои мысли при себе, он первым начал спускаться по деревянным ступеням. Широкие доски были расположены так, чтобы облегчить передвижение по крутому склону.
Когда они были уже внизу, Эди пробормотала извинение, выбивая массивными каблуками сапог ровный ритм по потемневшему от непогоды дереву.
— Будет лучше, если ты… — Кэдмон осекся на полуслове, внезапно уловив отголоски невидимых шагов.
Оглянувшись, он заметил наверху мелькнувшее пятно. Видимость ограничивали густые заросли по обеим сторонам лестницы, поэтому не было возможности определить, кто там, служитель зоопарка, случайный прохожий или хладнокровный убийца.
— У нас гости, — шепнул Кэдмон на ухо Эди, призывая ее соблюдать тишину.
Та лихорадочно оглянулась назад. Точно Кэдмон сказать не мог, но ему показалось, что она беззвучно произнесла: «О господи».
Через несколько мгновений они спустились с лестницы и пересекли мощеную дорожку. Слева раскинулась пустынная стоянка, справа стояла заброшенная теплица с колышущимися на ветру кусками разорванного полиэтилена. Посредине простиралась заросшая пустошь, уже много лет не видевшая косы.
— Сюда, — шепнула Эди, подбирая юбку, чтобы было легче пробираться через заросли.
Кэдмон последовал за ней, рукой раздвигая низко нависшие ветки. Хотя ветви хлестали по рукам, лицу и одежде, заросли оказались великолепным укрытием. Он по-прежнему не знал, кто спускался следом за ними по лестнице, неизвестный до сих пор еще никак не проявил себя.
Добежав до берега ручья, они застыли на месте.
— Гром и молния, — пробормотал Кэдмон, увидев, что ручей представляет собой гораздо больше, чем струйку воды, как он ошибочно предполагал. Мимо несся стремительный поток глубиной по колено, пенясь белыми шапками на обледенелых валунах. — Если попробовать перейти этот так называемый ручей вброд, мы запросто переломаем себе…
Как раз в этот момент в воду упала ветка, сбитая пулей.
Словно подталкиваемые рукой Господа, Кэдмон и Эди шагнули в ледяную воду, отбросив все мысли о том, насколько разумно переправляться через такой коварный поток.
Сделав всего пару шагов, Эди оступилась и взмахнула руками, стараясь сохранить равновесие. Кэдмон ухватился за клетчатую юбку, не давая ей упасть вперед. Поставив ее прямо, он разжал руку, отпуская материю, чтобы тотчас же обхватить Эди за талию — это был самый действенный способ не дать ей свалиться в воду, от которой быстро начинали неметь ноги. Поддерживая друг друга, они зашлепали через ручей, не зря прозванный Каменистым.
— О господи! — пронзительно вскрикнула Эди, когда камень у нее под ногой внезапно разлетелся вдребезги от попадания пули, обдав их обоих брызгами.