Ковчег
Шрифт:
– Какой ужас, Фитти, – зашептала тетушка, – это сам министр Короны. Беги, спасайся!
– Откуда вы знаете?
– Молодой, его слуга, приезжал на нашу мануфактуру. Беги скорее!
Девочка поднялась со стула. Липси решительно встала, оттолкнула ее в сторону кухни, загородив собой, и та скрылась за дверью. Липси решила принять удар судьбы на себя, но мужчины и не глядели в ее сторону.
– Кто у нас хозяином на Уюпуюмской мануфактуре? – спросил тридцатилетний.
– Кеф, насколько я знаю, – ответил молодой.
– Распорядись, чтобы его повесили. Приказ я подпишу.
Липси вжалась в стену и закрыла глаза, чтобы не видеть
3
Это случилось несколько месяцев спустя. В тот день тэр Джул пребывал в прекрасном настроении. Он возвращался с охоты не в роли спутника короля, а настоящим охотником, подстрелившим олепена и несколько крупных щеголехвосток. Птиц он отдаст на кухню, чтобы повара приготовили для них с матерью знатный ужин, а олепен пойдет на заготовки мяса и на новую шубу. Министр знал скорняка в городе, прекрасно выделывающего меха.
Торопиться было некуда. Король еще занят, а мать не ждет его так рано. С этой мыслью тэр Кэртоус развернул любимого двурога по кличке Резвый к харчевне, где он иногда бывал, возвращаясь после тяжелой службы или после прогулки по лесу. Последнее случалось довольно редко.
Джул спешился и отдал мальчишке, служащему у хозяина харчевни, поводья. Тот отведет животное в конюшню и задаст ему сена. В общем зале пока никого не было. Вполне пригодный для трапезы путника, не желающего быть узнанным, столик в полутемном углу стоял пустым. Время обеда уже прошло, а время ужина не настало. Мужчины соседней деревни, которые избежали призыва на войну, были в поле, женщины работали по хозяйству. Тэр Джул подумал, что это не очень хорошо, поскольку при большом скоплении народа он затерялся бы в кабаке, а теперь хозяин и все его служанки обратят на него внимание. А ему хотелось насладиться одиночеством.
В помещении было довольно грязно. Юная служанка, почти ребенок, в простом холщовом платье, засучив рукава, терла мокрой тряпкой засиженные мухами липкие столы. Видно, она работала здесь недавно, иначе харчевня сияла бы чистотой при таком усердии работницы.
Волосы девочки, как и у всех жителей королевства, отливали зеленью, но были пушистыми и лежали непослушной копной. Тонкая фигурка больше подходила для знатной тэрии, чем для простой служанки. Тэр Джул поначалу не обратил на нее внимания, скользнул взглядом и все. Но когда девочка подняла на него глаза, он увидел испуганный взгляд серых глаз, несмотря на испуг, выдававших одновременно любопытство и ум.
Кэртоусу стало жаль малышку. Сейчас ей лет двенадцать. Года через три – четыре хозяин сделает ее своей любовницей, а когда девушка забеременеет, выгонит. Схема давно известна. Молодую женщину с грудным ребенком не примут на другую службу, и она или умрет от голода, или прыгнет с обрыва в реку вместе с ребенком.
– Эй, хозяин, – неожиданно для себя крикнул тэр.
– Иду, Сиятельный тэр, – тут же раздался ответ.
– Подай мне кружку эля и пару жареных щеголехвосток.
– Слушаюсь, Сиятельный тэр.
– А пока я ем, расскажи мне об этой девчушке. Откуда она у тебя?
Владелец харчевни сделал знак слуге, чтобы тот принес еду, а сам остался стоять около тера Джула.
– Это никчемная девчонка, Ваша милость. Когда тут шли бои, я подобрал ее в брошенном доме. Девчонка сидела на траве и смотрела на меня пустым взглядом. У нее волосы с зеленцой, как у наших, а на руках по шесть пальцев.
– А мне кажется, она не так глупа. Вот сейчас прекрасно понимает, о чем мы говорим. Ты еще не трогал ее? – спросил тэр Кэртоус.
– Нет, тэр. Жду, пока в сок войдет.
– Я беру ее у тебя.
– Но тэр, она …
– Два золотых.
– Как скажете, тэр, – сразу согласился хозяин лавки. Жадность его была сильнее похоти.
В тот момент тэр Джул еще не знал, зачем ему девочка. Любовницей он ее делать не собирался, ему были по вкусу более взрослые девушки. Всех детей крестьянок из королевства, которые родили от шестипалых, тер Кэртоус забирал у матерей и отправлял в созданный им же приют. Это была жестокая, но необходимая мера. Ведь такие дети станут изгоями и у шестипалых, и в Королевстве. А министр Короны воспитывал из них прекрасных шпионов. Юноши и девушки с шестью пальцами шпионили в Республике, четырехпалые отправлялись на государственную службу в Королевстве.
Девчонку из харчевни люди тэра Джула как-то пропустили. Ее не отдали вовремя в приют, и профессиональной шпионки из нее не вышло бы. Сейчас он просто пожалел ее и решил взять в свой дом младшей горничной, чтобы на досуге обучать манерам и дворцовому этикету. Через пять лет, когда девочке исполнится семнадцать, тэр Джул устроит ее служанкой к принцу. А пока пусть поживет с матерью министра, будет развлекать старую даму, носить за ней подушки, подавать бокал с вином.
Девочка услышала разговор двух господ и прекрасно поняла его, в ее глазах блеснули слезы. К харчевне она уже привыкла, ничего плохого от хозяина не ждала, а зачем ее купил знатный господин, одному Богу известно. Может, он будет ее бить и морить голодом. Кто знает этих вельмож?
На стене харчевни висела Королевская доска, давно потемневшая от времени. Старый указ министра Короны едва можно было разобрать, но Фитти все равно отворачивалась каждый раз, как проходила мимо.
Буквы выцвели, однако страшный указ продолжал действовать. Раз в год в их деревушку приезжали солдаты министра. Они обходили каждый домишко, даже самые бедные лачуги. Слуги Короны искали детей, на руках у которых было по шесть пальцев.
Родить ребенка от шестипалого считалось страшным преступлением. Если такого малыша находили, его отбирали, а несчастную мать увозили. Ни одна из преступниц в деревню не возвращалась.
Жить на линии фронта было страшно и без того. Когда-то давно, когда Фитти была совсем маленькой, войска Унилона перешли в наступление. Воины Республики отбили их своим грозным оружием. Много людей полегло тогда по берегам пограничной реки, погибли и родители Фитти. Отец как раз был в хижине, несколько дней назад он перебрался через брод ниже по течению. Они с матерью не выходили на улицу, чтобы не выдать появления запретного гостя. В дом попал снаряд из орудия шестипалых.
Фитти играла в садике и поэтому осталась жива. Но Королевская доска постоянно напоминала ей, что если слуги короля увидят ее руки, то сразу арестуют. Накажут и трактирщика. Фитти не любила его, но он дал ей приют и не выдавал все эти годы. Если накрывать пальцы тряпкой, когда протираешь столы, посетители ничего не заметят. Хорошо, что в харчевне темно! На кухне и вовсе можно не бояться. Знай, мой себе посуду да помешивай похлебку. А если кто заглянет, у ее фартука большие карманы. Надо только быстро спрятать руки и пониже кланяться.