Ковчег
Шрифт:
Ну, не совсем сразу… Сначала надо принять ванну, выпить чашечку кофе… Это абсолютно серьёзно, кстати. Смыть пот и грязь после африканской жары – обязательный пункт программы, а к чашечке кофе надо бы добавить что-нибудь более весомое. Так как пора бы уже и поужинать…
Быстренько освежившись, переодевшись в чистое и на скорую руку перекусив, чем бог послал (кстати, бог послал намного больше, чем в меня влезло, я пришёл в хорошее настроение, и прошёл в свой кабинет, попутно дав команду секретарю пригласить ожидающих "министров". Кстати, а почему с иронией? Действительно, самых настоящих министров. Всё
Сергей Петрович и э-э-э??? Юрий Павлович (Надо запомнить всех побыстрее. Тоже важный момнент), вошли в комнату, и, повинуясь моему приглашающему жесту, уселись у большого стола, на котором была расстелена карта, чем-то напоминавшая громадного спрута. Карта разведанной территории Ковчега.
На спрута она походила по причине неравномерного исследования территории. "Щупальца" были образованы извилистыми дорожками несомых ветром метеозондов с аппаратурой для аэрофотосъёмки и реками. По ним разведгруппы сплавлялись по течению, картографируя окрестности, и запуская всё те же метеозонды.
"Спрут" казался лежащим на спине. Это от того, что разведка велась в основном на север. Даже, если быть точным, на северо-запад – вниз по течению большой полноводной реки, которую первооткрыватели, не долго думая, назвали Волгой. Разведчики спустились по реке до самого моря-окияна, или, по крайней мере, большого озера, и двинулись вдоль побережья на юг и на север. Так что с запада и северо-запада уже имелся контур береговой линии. Вглубь пока безымянной Большой Воды исследователи на своих надувных лодках заплывать не рискнули. И правильно сделали. Там их спасать некому, если что…
А вот южное направление осталось "неохваченным". Почти сразу за порталом начинался горный хребет. Относительно невысокий – что-то вроде Уральских гор, но всё же передвижение он затруднял весьма сильно. За ним всего в трёхсот километрах от портала тоже обнаружилось море. На этом разведка пока и застопорилась. Вот с этого вопроса и начнём…
— Как у нас дела с судоверфью в устье Волги? — задал я первый вопрос.
— Пока рубим лес, сушим, — ответил Юрий Павлович. Проект базового исследовательского корабля разработан, — я кивнул. С проектом я уже ознакомился. Корабль сильно напомнил мне яхту "Дункан", на которой дети капитана Гранта бороздили океаны в поисках своего пропавшего отца. Только вместо паровой машины на судне планировалось установить дизель. Работоспособную судовую паровую машину такого класса сейчас можно найти разве что в музее. Да и угля для неё в новом мире пока не нашли. А на дровах далеко не уплывёшь… Но дизель был вспомогательной силовой установкой. Моря и океаны Ковчега предполагалось бороздить под парусами. Романтика, блин… Я поморщился. Двадцать первый век на дворе, а у нас…
— Что со специалистами? — обратился я к папаше Мюллеру.
— Наскребли по всему миру немного, — доложил тот, — С достаточной квалификацией для руководства проектом. Доставка их на Ковчег предполагается в ближайшие дни. Потом недели две добираться до верфи, и приступаем к работе. Через три месяца должен быть готов первый корабль…
— Три месяца… Нахмурился я, — Долго. Мы до сих пор не знаем, обитаем ли этот мир… А уже хозяйничаем вовсю.
— Радиоэфир пуст, — напомнил мне Сергей Петрович.
— Может, они там телепатией общаются, —
— Я думаю, что раньше чем через год полной ясности не будет, — осторожно заметил министр промышленности, — Но закрепляться на новом месте надо. И выполнять план-минимум…
— Надо… Вздохнул я, — Так что там у нас за трудности с металлургией?
— В нашем мире металлургические предприятия сейчас в основном заняты переработкой металлолома, — начал объяснять министр промышленности. Его уже накопилось достаточное количество. У нас же металлолома нет. Так что для получения стали нам надо предварительно получить чугун.
— А я что-то слышал о процессе прямого восстановления железа из руды, минуя стадию чугуна… — поделился я информацией.
— Для этого нужен природный газ. Много. А у нас его нет. А для выплавки чугуна в домнах нужен кокс. Коксующегося угля у нас тоже нет.
— И что же будем делать? — поинтересовался я.
— Сначала построим несколько домен на древесном угле. Деревья есть, значит, будет и древесный уголь. Кстати – древесный уголь – это отходы газогенераторных установок. Как и скипидар.
— Скипидар – это растворитель? — напряг память я.
— Да. И ещё в некоторых областях используется. Например, для производства целлулоида.
Так, значит, нужны газогенераторы, — подытожил я, — Будет топливо для автотранспорта, скипидар для лакокрасочной промышленности, и древесный уголь для промышленности сталелитейной.
— Но у домен на древесном угле есть недостаток – они не могут быть такими же высокими, а следовательно – производительными, как домны на коксе.
— И почему же?
— Древесный уголь мягкий, он проседает под весом шихты, и спекается в один большой комок, который воздухом не продуешь…
Я удержался от вопроса, зачем надо продувать домну воздухом. Надо будет почитать на досуге о домнах. Если он будет, этот досуг…
— И сколько мы будем получать чугуна из такой домны?
— Ну… Тонну – две в день…
— То есть в лучшем случае примерно семьсот тонн в год. Это практически ничего.
— Это первый этап. А потом мы построим обычные домны на коксе. Тут мы недалеко от месторождения руды обнаружили торфяники… Из торфа можно делать кокс. Не такой, конечно, как из угля. Но…
— Хорошо, Юрий Павлович. Предоставите мне ваши намётки по металлургии для изучения. Кстати: Тут "Евраз" в том году закрыл последнюю домну на своём предприятии в Новокузнецке. Сейчас они решают, что с ней делать… То ли в газогенераторную станцию будут переделывать, то ли в памятник своему умелому руководству… А домна вполне новая и рабочая… И её оборудование тоже рабочее. Сергей Петрович, провентилируйте там вопрос, как бы нам его купить по цене, приближённой к цене металлолома. А заодно и кадры там поискать можно. Люди остались без работы. Только работать с ними надо, конечно, не так, как с урками. Потоньше…