Крафт
Шрифт:
– Прости, – тихо произнесла девушка. – Ты так и не рассказал, что с ними.
– Не знаю. Я не общаюсь с ними и даже не в курсе, где они. Тогда, в детстве, они посчитали, что я проклят. Хотя можно ли считать мою особенность проклятьем или, как тоже многие считают, даром? Она просто есть. Родителям было страшно и сложно принять, тогда они оставили меня. Это решение показалось им самым правильным. Потом они уехали из страны и до восемнадцати лет присылали деньги, – а дальше сам. Если они первыми не выйдут на связь, я никогда о них не узнаю.
– Мне очень жаль, – сказала Светлана.
– Брось. Мне теперь сорок лет, и я не люблю вспоминать
– А ты никогда не хотел знать правду? Вдруг это как-то объясняется? Может, ты не один такой? Ведь это всё невероятно. Это загадка природы, то, что человечество считает невозможным.
– Одно время я думал, что в институте проводились эксперименты и что-то пошло не так.
– Институт ядерной физики?
– Ну да, помнишь эту огромную лестницу под охраной – она ведёт в институт. Внушительное здание, красивое, симметричное, его любят снимать с высоты. Вот только местным никак туда не попасть. Там есть реактор, ядерный. Он самый настоящий, и там проводились опыты. Я тоже думал, особенно когда был помоложе: а что, если… чем чёрт не шутит? Но мы ведь живём не в сериале «Секретные материалы».
– Не знаю, – развела руками девушка. – Мне кажется, с тобой возможно всё.
– По-моему, всё проще. Там занимаются наукой, изучают реальность. Паранормальные явления им ни к чему. Там работают профессора, военные, но никак не охотники за привидениями. Да и сам я придерживаюсь научной картины мира. Если бы я представлял какую-то тайну, был бы важен для исследований, науки, – поверь, со мной бы уже что-то сделали, и моё мнение интересовало бы их в последнюю очередь. Но я не нужен никому, за пределами Голландии меня считают или вымыслом, или городской легендой. А наши вроде знают, но ведь никто не видел, как всё происходит. Разве что никогда не встречали меня в городе – ну так может, я сам не хочу уезжать? А легенду придумал, да хоть бы и просто так. Нет, – Кир покачал головой. – Я не хочу выяснять правду, природу. Бог с ней, с этой особенностью – она не главное, что есть в моей жизни.
– Но вдруг, – осторожно начала девушка, – ты бы смог выбраться?
– Нет, – моментально ответил Кир. – Я никогда не скажу про это место «выбраться». Когда-то я переживал, что не смогу найти работу, но мир стал другим. Многое можно делать, не выходя из дома – и учиться, и зарабатывать, и помогать другим. У нас здесь аж двух человек кредиторы прессуют – за просрочки по надуманным процентам. Эти микрофинансы, знаешь? Сейчас налаживаю контакт со спецами, подводим юридическую базу. Со всей страны люди на связи – кстати, тот же Петербург. Я раньше думал: как же хочу побывать там, ведь это моя родина, а я ничего не помню. Хотел бы съездить в центр Севастополя. Я знаю, как он красив. Да что говорить – в минутах двадцати отсюда пляжи Любимовка, Учкуевка, парк, храм в стенах Инкермана, а я их видел только в интернете. Но и здесь есть море. Я был бы несчастен только в одном случае – если бы не мог попасть к морю. Поверь в то, что не могут понять другие: мне отлично здесь, я люблю эту жизнь и место, где живу.
– Я тоже полюбила это место. Не будь его, мы бы не встретились.
– А ещё я полюбил тебя. Я очень рад, что ты сюда приехала. Я счастлив.
– И я, – ответила Светлана. – Представляешь, за всю жизнь я приезжала сюда только один раз – когда появилось жильё в работу.
– Ну да, – кивнул Кир. – Ты же у нас риелтор.
– Да, всю жизнь подбирала квартиры людям и наконец-то нашла себе. Я
– Оно будто из прошлого, – добавил Кир. – Насколько я могу судить обо всём остальном мире. А ты жила и даже не знала, что оно есть.
– Многие не знают, что в городе есть такой район. Когда я предлагала Голландию, почти всегда сначала спрашивали, где это, и сразу отказывались. А я нашла здесь квартирку, продала свою на Остряках – и вот я здесь. Там район такой – одни панельки, моря нет. Правда, и здесь из окна его не видно: мне не так повезло, как тебе. Но я больше никуда не хочу отсюда.
Кир невольно улыбнулся, увидев счастливое лицо Светланы.
– Теперь и тебе повезло с видом, – сказал он. – Знаешь, я больше всего хочу, чтобы здесь, в этом маленьком мире, всё было хорошо. Иногда я даже рад, что не могу уехать. На весь мир меня не хватило бы, а здесь я знаю буквально всё. Какой кот где живёт и куда гулять ходит – и то знаю. – Девушка рассмеялась. – Подожди, – Кир посмотрел на часы. – Сейчас начнётся салют.
Они подняли бокалы.
Когда отцвели все цветы в небе, распустились цветы любви. Фары последнего автобуса свернули на чёрной дороге, белый мотылёк плясал под потолком квартиры, и Кир, увидев, как засобиралась Светлана, сказал:
– Я провожу тебя.
Они шли через кольцо конечной, оживлённо беседуя, и в этот момент Кира окликнули по имени. Мужчина обернулся. Из залитой светом кабины автобуса махал рукой водитель.
– Петро, последний рейс? – отозвался Кир.
– Он самый, – крикнул водитель. – Ты забыл кое-что, слышишь? Целый день с ним катаюсь.
Кир подошёл ближе и увидел в его руке тёмный продолговатый предмет.
– Да не может быть!
– Отчего же не может? – удивился водитель. – Мне чужой паспорт не нужен. А кредитов уже понабрал! – он добродушно рассмеялся. – Шучу, конечно.
– Так ведь я же. – пробормотал Кир, открывая паспорт. Всё верно: вот его фото, фамилия, адрес, в боковом кармане – СНИЛС. – Всегда ношу его с собой.
Водитель пожал плечами.
– Выпал, видать.
– Ладно, Петро, спасибо! Я твой должник.
– Ты теперь должник Генбанка, – было заметно, что водителю понравилась шутка. Кир не отреагировал: он нащупал странное уплотнение между обложкой и паспортом. Немного повозившись, извлёк сложенный в несколько раз лист бумаги.
– Что это? – спросила подошедшая Светлана. – Паспорт?
Кир кивнул.
– А как вообще тебе выдали паспорт?
– История долгая. Но хорошо иметь много знакомств. Петро, ты в курсе, что это за хрень?
Вместо ответа затарахтел автобус.
– Мне ехать надо, – пожал плечами водитель.
Кир развернул бумагу, и Светлана прочитала вслух:
– «Дорогой Кирилл. Пусть тебя не удивляет эта форма обращения, но ты мне уж очень дорог. Хотя никогда не подумал бы и даже не смог представить. Может, мы вместе сможем найти ответ». Что это, Кир?
– Не знаю.
Они переглянулись.
г. Санкт-Петербург, набережная реки Фонтанки, частный Центр психологической поддержки
Полдень. Приём у психоаналитика.
В просторном кабинете с видом на реку на кожаном диване сидел мужчина в чёрной рубашке и крупных, немного старомодных очках. Он смотрел в пол перед собой. Напротив него за длинным столом из светлого дерева сидел психоаналитик – крупный мужчина с бородой. Он заинтересованно изучал мужчину.