Крах лицедея
Шрифт:
– Его убили, – растерянно повторил ювелир, – я не понимаю, кто его мог убить? В таком отеле?
– Если его застрелили, то соседи должны были слышать выстрел, – хмуро заметил Тургут Шекер.
– Нет, – простонал Карраско, усаживаясь на стул и хватаясь за сердце, – его задушили. Вы представляете, какой скандал? Задушили… Все будут считать, что я специально пригласил его сюда… Какое несчастье! У меня сорвался такой контракт…
Петкова посмотрела на Дронго и нахмурилась. Но не стала спешить к выходу. Она оглядела оставшихся в зале мужчин, словно решая, как именно ей поступить. Карраско
– Что теперь будет?.. – сокрушенно качал головой Карраско.
Стоявший рядом Галиндо оглянулся на разложенные подушечки с драгоценностями. Однако ничего не сказал. Петкова с трудом сохраняла спокойствие. Тургут Шекер держался в стороне, но не уходил. Очевидно, опыт прежней жизни подсказывал ему, что самое правильное в подобных обстоятельствах – не выходить из зала и не спешить к тому месту, где произошло убийство.
– Вы ведь частный эксперт, – напомнил Галиндо, обращаясь к Дронго, – может быть, вам лучше выйти и посмотреть.
– Вы считаете, что я могу оказать более действенную помощь, чем представители полиции? – уточнил Дронго.
– Вы один из лучших экспертов в мире, – вмешалась Петкова.
– Это только слухи, – пробормотал Дронго, – хотя я думаю, что мне действительно стоит пойти взглянуть, в чем там дело. Значит, вы отдали ему свои бриллианты, сеньор Карраско?
– Несколько крупных камней, – поднял голову ювелир, – а откуда вы знаете?
– Я слышал, как Рочберг разговаривал с Ямасаки, – пояснил Дронго. – Он говорил, что вы передали ему некоторые бриллианты. Кстати, я могу вас поздравить, он хвалил вашу работу, отметив великолепное качество огранки.
– Сейчас это не имеет значения, – выдохнул Карраско, – его все равно убили. И мои камни не были застрахованы.
– Но тогда выходит, что его убили из-за ваших камней, – сказала изумленная Петкова. – Возможно, убийца охотился именно за ними.
– Не знаю, – пожал плечами Карраско, – я даже не допускал мысли, что в таком отеле может оказаться убийца. Просто не представлял себе! Хотя Бернардо мне говорил… Я застраховал свою коллекцию. И даже «Мавританскую красавицу». Но мои камни… как это глупо получилось…
Дронго взглянул на Петкову.
– Пойдемте вместе, – неожиданно предложил он. – Надеюсь, вы не боитесь мертвецов?
Она закусила губу и покачала головой. Вместе они вышли из салона. У входа стояли шесть человек – охранники и полицейские.
– Кажется, Карраско охраняют, как самый драгоценный алмаз, – тихо сказал, указывая на них, Дронго.
– Он известный в Испании человек, убийца может решиться ограбить и его, – пояснила она.
– Никогда, – возразил Дронго, галантно пропуская женщину вперед. – Дело в том, что вся коллекция Карраско носит эксклюзивный характер и не может быть продана другому ювелиру, – пояснил он, – поэтому нормальный грабитель не будет трогать его украшений. Бриллианты, которые Карраско передал
– Именно поэтому американца и убили, – кивнула Петкова.
Они вошли в ресторан, разделявший внутренние дворы, и направились во второй внутренний дворик. Здесь у бассейна уже толпились люди, узнавшие об убийстве ювелира. У всех было подавленное, мрачное настроение. Дронго и его спутница быстро проследовали дальше. В коридоре также было много народу. Но к номеру погибшего никого не пускали стоявшие здесь полицейские.
– Прошу прощения, – по-английски обратился к одному из них Дронго, – я хотел бы пройти и поговорить с кем-нибудь из вашего руководства.
– Я не понимаю вас, сеньор, – ответил полицейский по-испански.
Дронго оглянулся на Петкову, словно прося у нее помощи.
– Он хочет пройти к вашему комиссару, – она заговорила на испанском, – этот господин самый известный частный эксперт. Он может помочь вам в расследовании. Возможно, вы слышали – его зовут Дронго.
– У нас приказ, сеньора: никого не пускать, – пояснил испуганный полицейский, никогда не слышавший о Дронго, – сейчас выйдет комиссар, и вы сможете с ним поговорить. Простите меня, сеньора, но у меня приказ, – снова повторил он.
– Он ничего не может сделать, – с досадой сказала она, махнув рукой.
Дронго понимающе кивнул:
– Полицейские не любят частных экспертов. В этом нет ничего удивительного. Хотя я не думаю, что на месте преступления мы найдем бумажник или какой-нибудь документ преступника. Это было бы слишком просто.
– Вы всегда так спокойны? – поинтересовалась она.
– Скорее я прагматичен, – парировал он. – Просто я знаю, что именно там можно найти. Убитого ювелира. И почти наверняка у него уже нет камней, которые ему дал сеньор Карраско.
В коридор вышел Бернардо. Увидев его, Петкова шагнула навстречу.
– Что там происходит? Мы хотим пройти, но нас не пускают. Со мной мистер Дронго. Он известный на весь мир детектив, и его помощь могла бы оказаться нелишней в таком сложном вопросе…
– Извините меня, – покачал головой Бернардо, – но туда ни вас, ни кого другого не пустят. Вы же понимаете… Сеньор Рочберг был американским гражданином, а такие вопросы рассматриваются всегда с особым пристрастием. Должен приехать американский консул. Уже звонили из Мадрида. Об убийстве Исаака Рочберга доложили министру внутренних дел. Репортаж о его смерти прошел в наших телевизионных новостях. Остается только, чтобы об этом сообщили в Си-эн-эн.
– Понятно, – пробормотал Дронго, – я так и думал. Погибший был слишком известным человеком.
– Вот именно, – кивнул Бернардо, – и судя по тому, как убили Рочберга, орудовал профессионал.
– В каком смысле? – уточнила Петкова.
– Профессионально накинута удавка, – пояснил Бернардо. – Очень ловко удавили этого в общем-то отнюдь не миниатюрного господина. Удержать удавку на такой шее мог только мужчина. Я видел подобные случаи. И сразу скажу – убийцей мог быть только мужчина. Встречаются, конечно, сильные женщины, но долго удерживать Рочберга в таком положении скорее всего ни одна из них не смогла бы. Поэтому я уверен, что работал мужчина.