Крамаджен
Шрифт:
«Любые перемены никогда не бывают приятными».
Вход во дворец был лишен каких-либо ворот или дверей. Просто узкий и высокий разлом, своей формой напоминающий скорее вход в пещеру.
— Внутрь мы войдем пешком? — спросила Матриарх, и Эл, остановившись, обернулась к следовавшим за ней иругами.
— Это не имеет никакого значения.
Млес не видел лица Ру-Са, но увидел лица Мит-Ану и Лиг-Шеим, повернувших головы к Матриарху. Кажется, подобный ответ Серой сбил с толку Ру-Са, но она недолго колебалась с принятием решения, первой спрыгнув с седла кригашу. Остальные
Слезший с кригашу Ман-Рур поспешно закутался в свою короткую накидку. Дьявольский холод казался невыносимым, поглощая все внимание, и это невероятно пугало и раздражало в одно и то же время. По воле случая он впервые очутился в этих краях, где в последний раз иругами появлялись очень и очень давно, но из-за климатических условий Ман-Рур не мог прочувствовать всей важности этого момента. Вместе с другими иругами он зашагал вслед за воинами, взявших спешившихся женщин в кольцо, лелея надежду на то, что внутри этого причудливого сооружения будет хоть немного теплее.
Их ждала череда огромных и пустых залов, своими размерами и очертаниями стен и потолка действительно больше напоминающих пещеры. Здесь не было ни мебели, ни каких-либо предметов из обихода. Стены и потолок излучали слабый свет, и если присмотреться, то можно было уловить медленное, ленивое мерцание внутри этого твердого и единого материала. Лишь пол был идеально гладким и ровным, словно лед на катке. Взгляду было не за что зацепиться, и это действовало на нервы уставшего и напряженного молодого жреца. Звуки шагов иругами, стук множества копыт по этому камню, не имеющего и намека на физическую обработку, громко разносились по пустующим залам дворца.
«Это просто единый камень», Ман-Рур тут же уцепился за эту мысль. Это сооружение, своими формами напоминающее кристалл, возможно, было первым, что создал Великий Наблюдатель. Быть может, этот дворец — колыбель цивилизации венджимов?
«Один огромный кристалл, как и сами Серые поодиночке».
Эл впорхнула в очередную залу, и идущие впереди воины и женщины сбавили шаг. Манн-Рур понял, что они пришли к королеве венджимов. Он разом позабыл о холоде, ощутив волнение и глубоко затаившийся, но явственный страх.
Этот зал был огромным, в виде высокого цилиндра с неровными стенами и потолком. Здесь были и другие Серые — высокие и массивные создания, неподвижно парящие вдоль стен, судя по причудливого вида протазанам и секирам, стражи, похожие на тех, которые встретили иругами на границе. У стены напротив входа расположилось необычное возвышение с широкими и низкими ступенями. Кажется, оно было единственным во дворце, что было создано не без посторонней помощи здешних обитателей. На этом искусственном возвышении находилась высокая стройная фигура в бежевом облачении.
«Это королева».
Манн-Рур,
Королева имела все признаки принадлежности к своей расе: огромные и неподвижно застывшие полупрозрачные крылья за спиной, равно как и невероятная левитация над поверхностью пола. Но она была куда больше Эл, и даже стражников. Королева достигала пяти метров в высоту, у нее была тонкая и стройная фигура, сокрытая темно-бежевым облачением, чьи полы едва достигали пола. Огромных размеров воротник обрамлял голову правительницы венджимов, и Ман-Рур настороженно вглядывался в ее лицо. Холодная застывшая маска мраморной скульптуры, такая же белая и неподвижная. Ее лицо было красивым, но оно было мертвым, как и у Эл.
«Как и у всех Кукол».
Королева молча ждала, когда гости приблизятся к ней, держа сложенные руки перед собой. Вокруг нее столпились два десятка невооруженных венджимов, которые, в сравнении с королевой казались ее маленькими подобиями, неудавшимися копиями скульптур. Было очень неуютно оказаться в таком месте, как этот зал в компании подобных созданий. Ман-Руру стало не по себе, когда он понял, что они окружены этими бездушными существами, которые хотя и не проявляют агрессии, одним лишь своим видом и поведением способны сбить с толку кого угодно. Даже громкий цокот копыт по каменному гладкому полу звучал крайне раздражающе для молодого жреца.
«Помни, они — чужие, искусственные создания без веры и цели своего существования».
Эти мысли не сильно обнадеживали, но Ман-Рур нашел в себе силы выпрямиться и бесстрашно смотреть на тех, кто ожидал прибытия делегации иругами.
Идущая впереди Матриарх остановилась, и вслед за ней замерли стоящие по обе стороны от Ру-Са Мит-Ану и Лиг-Шеим. Замерли воины и остальные иругами, собравшиеся в хвосте процессии. Ман-Рур целиком и полностью перешел во внимание, жадно ловя каждое слово, каждое движение женщин и королевы Серых.
— Приветствую вас, жители юга, — вопреки ожиданиям Ман-Рура, а и наверное других иругами, первой заговорила королева. Ее громкий голос чем-то напоминал голос Эл — такой же звонкий и ясный, заставляющий вибрировать сам воздух, отражаться от стен этого зала, самого странного помещения, которое когда-либо видел молодой жрец. И, как и в случае с Эл, голос королевы никак не вязался с этой внешностью мертвой статуи с неподвижным лицом; так же как и посланник, королева говорила на чистейшем наречии иругами.
— Здравствуй, королева венджимов, — ответила Ру-Са. Голос Матриарха был тверд и уверен, в нем не было сомнения и страха. Ман-Рур невольно почувствовал уважение к этой женщине.
— Мы прибыли на твой зов. Зачем ты хочешь нас видеть?
Королева молчала несколько секунд, плавно покачиваясь над полом, словно бы обдумывая свои слова. Нет, подумал Ман-Рур, глядя на гигантскую королеву Серых, нет, она уже давно все обдумала, что скажет тем иругами, которые будут достаточно храбры и выносливы, чтобы впервые за множество веков прийти сюда. Королева знала все наперед еще до того, как Эл отправилась к Красной пустыне.