Крамаджен
Шрифт:
«Лес Марут. Осталось немного».
Кэрал знал эти места, хотя бывал здесь, будучи еще подростком. Луговины Церхега были его вторым домом, и княжич хорошо ориентировался в этих местах. Теперь ему казалось, что когда-то давно он был здесь, на этой самой скале, но не мог сказать, было ли это правдой или же плодом его воображения. Глядя на этот мрачный лес, Кэрал невольно вспомнил историю этого края. Почти девять веков назад сюда пришли вооруженные отряды империи Алтес, возглавляемые генералом Церхегом. Небольшая армия первопроходцев в течение нескольких лет изучала окрестности, чтобы после этого объявить эти земли присоединенными
«Еми и мавы… они исчезли отсюда», думал Кэрал, «теперь здесь главенствуют люди, которые намного опасней их».
Он направил флана налево, где узкая тропинка среди скал уводила вниз. Флан осторожно ступая по мелким камням, быстро и изящно достиг опушки леса. Кэрал пересек мелкий ручей, и когда зверь приблизился к первым деревьям, он вздрогнул, ощутив укол той самой новой энергии, которая уже въелась в его душу, став его частью. Кэрал успел ощутить опасность, чье-то присутствие здесь, совсем рядом. Он остановил флана, и прислушался к царящей тишине, нарушаемой лишь тихим журчанием воды в ручье и едва различимому скрипу стволов древних деревьев.
Княжич повернул голову направо и его взгляд наткнулся на человека, привалившегося к голому стволу дерева. Длинноствольный магистрел, пристроенный между ветвей, смотрел в сторону княжича.
«Нет!»
Раскат выстрела прокатился по лесу, когда черный круглый глаз дула пыхнул красным огнем высвобождающегося магического заряда, и Кэрал на миг увидел эту красную огненную спицу, летящую в его сторону. Флан под княжичем вздрогнул и начал заваливаться набок. Потрясенный Кэрал успел выдернуть свои ступни из стремян, и ему почти удалось спрыгнуть с убитого зверя. Но неожиданность сыграла свое дело, и на мгновение замешкавшийся княжич неловко упал, больно ушибив ногу, но, тем не менее, избежав участи быть придавленным тушей флана.
Кэрал замер, все еще не способный прийти в себя. Он узнал стрелка, подкараулившего его здесь.
«Этого не может быть»…
— Хорошо… Еще помнишь, чему я тебя учил, — негромко сказал Меер, выходя из-за дерева и не спуская с княжича глаз. Вместе с глазами князь не отводил и дуло своего магического ружья, все еще нацеленного на Кэрала.
Княжич изумленно смотрел на отца, закутанного в плащ и не спешащего приближаться к нему. Внешне князь Тотис был неказистым, мелкорослым и полноватым пожилым человеком, однако в его руках до сих пор была сила, и его поступь выдавала в нем натуру воителя, прошедшего всю Четвертую войну от начала до конца.
— Как ты нашел меня? — глухо спросил Кэрал, медленно поднимаясь на ноги.
— Шел прямо за тобой. Люди из городов и деревень, которые ты посещал, охотно говорят о тебе. Тебя уже ищут. Капелла хочет твоей смерти, Кэрал, и я их прекрасно понимаю.
Кэрал молчал, глядя на отца и раздумывая над тем, что, возможно, он успеет выхватить пистолет и выстрелить.
«Нет. Я не успею. Все кончено».
Он вздохнул, свободно и легко. В конце концов, он знал, на что идет. И раз уж угодно Затворнику — пусть будет так.
— Знаешь,
Кэрал усмехнулся:
— Болтовня, достойная тупоголовых крестьян. И ты веришь в это, отец?
— Я уже не знаю, — князь покачал головой. — Уже не знаю, Кэрал… Не исключено, что это так и есть. Я не понимаю, что на тебя нашло, но это уже не имеет значения. Возможно, ты еще сам не знаешь своего предназначения, но остановить тебя следует вовсе не за это. Ты убил Лейз и своего ребенка. Это серьезное преступление.
«Ты прав. Я не знаю своего предназначения, и что на меня нашло. Ты прав»…
— Наш род прервался, — спокойно сказал Кэрал, расправляя плечи.
— Мой магистрел… Он у тебя? — спросил Меер, прижимая приклад ружья к плечу. Глядя в черное дуло ружья, княжич ощутил лишь укол злобного раздражения: как он печется об этой вещи! Да, это редкий именной магистрел, сделанный на заказ, но упоминать о нем сейчас, когда он готовится убить своего сына…
«Отец, ты настоящий Тотис. Ты знаешь, как причинять страдания».
— Да, — Кэрал зловеще ухмыльнулся. — Достать и показать?
— Нет. Прощай.
«Прощай, отец», подумал Кэрал и выстрел, грянувший в его сторону, вышиб из него дух. Кэрал сделал два быстрых и неверных шага назад и, упав на голый ствол дерева, сполз по нему вниз. Его тело дернулось несколько раз, на сам княжич был уже мертв. Луч магии корр, ударивший его в грудь, прошел насквозь его тело, поразив в сердце.
Кэрал не почувствовал этого. После того, как боль единым спазмом пронзила его тело, чтобы забрать его жизнь, Кэрал ощущал лишь свободное падение куда-то вниз. Перед ним медленно проплывали сцены и образы из его прошлого. Кэрал безразлично воспринимал видения мест и лиц, возникавших перед ним из этого призрачного вихря, поглощавшего его.
«Разве это правильно?»
Кэрал встрепенулся, желая, чтобы все это исчезло, но отогнать эти навязчивые осколки его прошлого оказалось ему не под силу. Кэрал ощутил смятение, которое из тревоги начинало стремительно перерастать в страх.
«Разве это то, что ждет людей после смерти?»
К тому моменту, когда обрывки из прошлого уже начали сменять друг друга быстрее, сливаясь в бесконечный поток совершенной бессмыслицы, Кэрал ощущал настоящий панический ужас. Он пронзил его, подобно лучу магии корр, лишь от одной только мысли. Собиратель душ не придет. И его смерть — ненастоящая. Игра воображения, перемена внутри него, связанная с той новой сущностью, которая обрела себя в тот момент, когда княжич надел злосчастный перстень с белым камнем.
«Просыпайся».
Кэрал моргнул и зажмурился. Тусклый свет умирающего дня показался ему ослепительно ярким. Над ним возвышалась фигура отца, и Кэрал видел его жесткое лицо, его седые волосы, зачесанные назад и ухоженную бороду и усы. Князь смотрел на сына с величайшим страхом и изумлением.
— Что? — с хрипло спросил Кэрал, и Меер отпрянул от ожившего тела, подхватывая обеими руками ружье.
Тело княжича, криво привалившееся к стволу дерева, стремительно окуталось молочно-белыми мистическими нитями. Они прыснули из раструба перчатки правой руки, и Кэралу не потребовалось много времени, чтобы понять — это перстень.