Красавчик Хиро

Peregrin

После смены я задержался в “Павлине” на полчаса, пока бригадир искал мне сопровождающего до дома. Я пытался отказаться, но господин Яма был очень настойчивым. Так что, пока у меня было время, я позалипал в телефон и поотвечал на сообщения.

Надесико как обычно, была полна энтузиазма. Клиентов в ресторане хоть отбавляй, не помешала бы пара дополнительных свободных рук (опять намёки). Пару забавных моментов мне написала из сегодняшнего суматошного дня. Я ей в ответ рассказал про героическое спасение клуба от вторжения, разбавив шутками общую неприятность

ситуации.

Брат Рю прислал пару фоток с какого-то парка развлечений. Просил быть осторожнее, и не делать ничего, о чём я потом пожалею. Обещал постараться.

Госпожа Кавамори прислала нашу совместную фотографию, попросила поскорее выложить её в блоге. Пришлось извиняться за то, что блога у меня нет.

Остальные сообщения оказались спамом. Не успел я их все удалить, как пришёл господин Яма с одним из охранников.

Который не слишком охотно прошёлся со мной до моего нового дома. Мы с ним раскланялись, и я наконец-то остался один.

Не то чтобы я не любил компанию. Просто после целого дня в окружении людей, с которыми надо говорить и уделять внимание, зайти в абсолютно пустую квартиру было настоящим кайфом. С учётом того, что от соседей (которых за эти дни я так и не встретил) меня отделял целый коридор, тишина в квартире была почти абсолютная. Если не считать шума ночного Токио за окном.

Погода стояла прекрасная: редкие облака на небе, луна, бодрящий ветерок со стороны залива. Так что я взял пару банок пива, разогрел бенто из супермаркета (рис с котлеткой в соусе карри). И поднялся на крышу.

Надо всё-таки тут какую-то скамейку поставить. Хотя внутренний Хиро, например, был совсем не против посидеть прямо на кровле, и поглазеть по сторонам. Конечно, не ему потом сопли лечить.

Но я всё равно уселся на принесённый с собой коврик, и навернул подостывшей еды, глядя как вращаются прожекторы возле театра Токийский Глобус. Похоже, не у нас одних Золотая неделя — горячая пора.

Пиво закончилось. Очередной порыв ветра согнал меня с крыши, и я с лёгкой душой отправился спать.

Утренняя рутина стала почти привычной: зарядка, душ, завтрак — и на работу. Внизу, зацепившись языками с консьержем, меня уже ждал вчерашний спутник, охранник из “Золотого павлина”. Уважаемый господин Яма действительно озаботился моей безопасностью, надо отдать ему должное. Мы, как тут водится, раскланялись в приветствии, и я предложил моему невольному компаньону зайти в якиторию по дороге, за мой счёт. Я-то хоть позавтракал, а Юдзи (так, оказывается, звали охранника. Нисида Юдзи) неизвестно сколько времени тут меня прождал.

Так что я был только рад, когда он согласился. Юдзи повёл меня в проверенную закусочную, чуть в стороне от моего обычного маршрута.

Интересное в ней было то, что находилась она точно напротив поста полиции: этакого киоска, в котором сидела госпожа полицейская. Сидела совершенно неподвижно, я сначала подумал, что это манекен. Но нет, через пятнадцать минут, когда мы доели свои куриные шашлычки, её сменил грустный полицейский со съехавшей набок кепке. А мы с подобревшим

господином Нисидой, который, оказывается, жил в Сайтаме совсем недалеко от моего прошлого жилища, отправились в “Золотой павлин”

Ну а там я влился в уже знакомую рутину. Переодевание, макияж, причёска — и в бой с хандрой японских женщин! Тем более, что сегодня наступил май месяц. Самое время для трудовых свершений в честь праздника.

Забавно, но моему внутреннему Хиро совершенно не нравился мой энтузиазм в работе. Хотя он всё так же добросовестно разгадывал характеры клиенток, периодически он пытался потянуть меня в комнату отдыха, или на улицу. Приходилось пресекать его поползновения усилием воли. И даже объяснять, почему нужно стараться делать дело максимально ответственно, даже если никто не оценит.

Правда уговоры эти выглядели странно. Сидит хост, и бубнит себе под нос, уставившись в никуда. Даже товарищ Миги подошёл, и посмотрел на меня выразительно: “всё в порядке?” Пришлось заканчивать споры с шизой. Тем более, что ближе к вечеру гостьи повалили толпой, и особо отдохнуть стало всё равно некогда.

Мне опять достался индивидуальный заказ. Женщина в возрасте, Анно “мёртвая внутри” Мичико. Мы с Хиро пятнадцать минут танцевали вокруг неё, заходя с разных сторон и подпаивая, пока не зацепили нерв. Пробему, из-за которой внешне весёлая женщина только делала вид, что получает удовольствие от общения со мной.

Развод. Дело до сих пор не слишком частое для Японии. Но, увы для госпожи Анно, и такое бывает. Муж Мичико, зам начальника отдела средней руки корпорации, нашёл себе молодую и красивую. И ушёл к ней от старой жены, пусть и оставив ей дом и половину сбережений. Дети Мичико выросли и разъехались. И в результате она осталась одна в пустом доме, пугающем её настолько, что она сбежала оттуда в Кабуки-тё, лишь бы побыть среди людей.

Мы с Мичико поговорили, она поплакала, потом посмеялась с моих дурацких шуток. А потом я отвёл её в караоке и почти заставил проораться. Божечки-кошечки, какими словами она поносила бывшего мужа и его новую пассию. Я даже покраснел, а Хиро так и вовсе спрятался как черепашка в панцирь. Зато госпожа Анно, раскрасневшаяся и растрёпанная, выглядела живой. Настолько, что чуть не сломала мне рёбра, затискав в объятьях. Пришлось напомнить ей о правилах, и отвести в туалет, чтобы она привела себя немного в порядок.

Ну а потом Мичико выбрала самое дорогое вино в меню, с самой дорогой подачей, и так три раза подряд. И обещала зайти снова, когда ей станет одиноко. Я проводил Мичико до такси, вежливо отказался от приглашения в гости (женщина, вы же мне в матери годитесь), и вернулся на боевой пост.

Господин Яма не постеснялся, и подошёл поздравить меня со столь успешным выступлением. Сказал, что такого заработка с одной гостьи давно не видел. И что когда я стану вторым Роландом, он сочтёт за честь работать в моём хост-клубе. Я ответил ему, что для меня уже честь работать под его надзором. Короче, разменялись с ним формальными вежливостями.