Красавчик Хиро

Peregrin

— Ты на вопрос ответь, братец Вакару. Вы убьёте девушку, а потом эти господа убьют уже вас. Убьют медленно, жестоко и позорно. Мне кажется, никто из нас не хочет такого исхода. Да?

— Да, — подтвердил Ранго, не отпуская руки с рукояти катаны.

Господин Такуми промолчал. Но его большая катана была уже вынута из ножен. Полагаю, он мог бы развалить фигляра перед нами за долю секунды. Но не делал этого из-за страха за жизнь дочери.

— Конечно, конечно мы этого не хотим! — заявил Вакару, всплеснув руками. Ему бы в Италии родиться, с такой

страстью к жестам. — А знаешь, чего мы ещё не хотим? Прозябать на дне. Быть шестёрками у старых (незнакомое слово) вроде этого вашего босса. Да, друг Ранго? Ты ведь согласен с нами — эти старики только и делают, что сидят в своих дворцах, и командуют. А всю работу делаем за них мы! И что за это получаем? Подачки, тюрьму и крематорий! Так что, Дзюнти, когда у нас появился шанс занять их место — мы его не упустили! А что касается смерти… Ха! Мы не из трусливых. Ты знаешь.

Жадные и глупые дети. Вот вы кто.

— Прости, конечно, друг Вакару. Я тебя понимаю, жизнь вообще нелёгкая штука. Особенно для вас, парни. Теперь я вижу, что смерти вы не боитесь. Но, Вакару, зачем вы похитили девушку? Разве она виновата в том, как вы живёте? Что скажет верхушка Ямати-гуми, когда вы станете молодым кланом? “Они не уважают наши принципы”, вот что они скажут. И опять, вас ждёт только позорная смерть. Разве ты не знаешь, что гражданских нельзя трогать в разборках? А? Вакару?

— Она не гражданская! Она дочь босса!

Вакару бросил свои театральные замашки и аж в размерах увеличился. Да я вижу, что парень ты крепкий, и день рук в качалке не пропускаешь.

— О! Это, конечно, всё меняет. Значит и твоя сестра, госпожа Тодороки, и её сынок Рю — они тоже не гражданские. Сколько Рю исполнилось, полтора годика? Так жаль будет увидеть его фотографию в обрамлении цветов.

Вакару побледнел, я даже полутьме склада увидел. Ну а что он хотел от меня услышать? “Давайте жить дружно”, что ли, как в прошлый раз?

— А вы двое, Кенто и Тадао? У вас, конечно, нет сестёр. Но родители ваши живые. И даже ещё не старые. Они тоже не гражданские? Может твоя подружка, Тадао, тоже якудза? Так жаль, она ведь у тебя только-только отучилась на врача. Какая будет потеря для всего японского общества.

— Замолчи! — Вакару обрёл, наконец, дар речи. — Вы сами виноваты, что сюда приехали. Никто не собирался её убивать.

— А тех людей, в “Золотом павлине”, вы тоже не собирались сжигать заживо, когда послали туда человека с коктейлями Молотова? А? Вакару?

— Его поймали на входе, никто не пострадал. И вообще, что ты к нам прицепился? Вот они, — Вакару ткнул пальцем в господина Такуми — в своё время знаешь сколько людей поубивали? Что, скажешь, они все были плохими парнями? Да хрен там, валили всех без разбора.

— Тех, кто валил всех без разбора, давно нет, — негромко сказал господин Такуми.

Я заметил, что босс якудза незаметно приблизился к Вакару. Настоящий мастер меча, конечно. Надеюсь он не будет торопиться и резать всех до того, как Надесико будет в безопасности. Но стоит поторопиться,

пока всё не пошло по одному месту.

— Послушайте, парни. Вы в безвыходном положении. Так или иначе, вы умрёте. Но, Кенто. Эй, Кенто, — я крикнул бандиту, сидящему с ножом у горла девушки. — хочешь жить? Тебе надо всего лишь поступить правильно, и ты уедешь отсюда на все четыре стороны с пачкой йен. Брось нож!

— Нет, — Вакару обернулся к напарнику, — нет, Кенто, не слушай его!

— Брось нож, и живи! — я вложил в этот крик всю свою душу. А заодно и душу Хиро.

Кенто дрогнул. И выпустил танто из ослабших пальцев.

— Нет! — успел крикнуть Вакару, прежде чем лезвие катаны господина Такуми с мясным хрустом впилось ему в шею, и застряло на середине.

Тадао, тот самый водитель, которого мы тут встретили первым, замахнулся арматуриной, которую держал в руке и заорал благим матом. Но Ранго вспорол ему живот, прыгнув со своего места как тигр. Бандит взвыл, и схватился за лезвие меча. Ранго резко выдернул меч, и тут же отрубил голову Тадао начисто. Она шмякнулась об пол и покатилась в сторону, пока тело медленно заваливалось навзничь.

Я же, игнорируя вопящего от ужаса Хиро, медленно подошёл к замершему, словно птичка перед змеёй, последнему оставшемуся в живых бандиту. Подобрал с футона, на котором лежала Надесико, нож.

— Кенто. Кенто! Посмотри на меня. Ты сделал всё правильно.

Позади себя я услышал падение тела. И приближающиеся шаги.

— Кенто, помнишь, я обещал, что тебя отпустят?

Бедняга посмотрел на меня с такой надеждой, что следующие слова мне дались с трудом:

— Я тебя обманул.

Лезвие меча господина Такуми промелькнуло совсем рядом с моей головой — я почувствовал ветерок на щеке, как дыхание смерти — и вонзилось в глаз бандита.

Я склонился к Надесико, и положил пальцы на её шею. Пульс, пусть медленный, но был. Ножом я разрезал связывающие девушку верёвки, расстегнул пуговицу её рубашки. Стёр со щеки капли крови — правда неудачно, только размазал. И подхватил на руки. Поднялся.

Как я и боялся. Ничего не кончилось.

Эти двое, Такуми и Ёсида смотрели друг на друга с неприкрытой ненавистью. Похоже, уважаемый господин босс якудзы хорошо знал, с кем спит его жена. А господину Ёсиде подвернулась прекрасная возможность избавиться и от босса-самодура, и от соперника за сердце Люсиль.

Знаете что? С меня хватит на сегодня подвигов.

Согнувшись в три погибели под тяжестью тела Надесико (женщина, весишь ты на все двадцать лет!), я поспешил на выход. Звон клинков и боевые оры позади только подстегнули меня покинуть поле битвы.

Кто бы ни победил в этой дуэли, я всё равно останусь в выигрыше. Если меня не прикончат за компанию с теми неудачниками, как ненужного свидетеля.

Я едва дошёл до мицубиси. Положил Надесико на заднее сиденье, и забрался за руль. Хотя какой смысл? Я ни водить не умею, ни ключей зажигания у меня нет. Перелез к девушке, похлопал её по щекам.