Красавица

Хейден Тори

Боб только головой покрутил – мысль показалась ему дерзкой. Тем не менее она его заинтересовала. Он связался с учительницей, мы встретились, и она согласилась включить его в свою группу.

Иногда все получается так, как надо. Как это было на этот раз. Вооружившись своей книгой о тюльпанах и блокнотом, Билли храбро отправился на первое занятие.

Все прошло гладко. Билли стал ходить два раза в неделю в класс для одаренных детей и прекрасно там занимался. Да, он был немного неуправляемым, слишком эмоциональным, но он ни с кем не дрался. Не сквернословил. Хотя

ученики были свободны в выборе проектов, Кэрол Спранг, их учительница, оказалась человеком последовательным, придающим значение порядку и выполнению обязательств, и это шло на пользу Билли. Каждый раз он возвращался все более довольным и уверенным в себе.

В результате класс для одаренных детей очень скоро стал для Билли «своим». Он не отдавал предпочтения тому классу. Ему нравилось проводить время с нами, но он также полюбил свой «другой» класс и новых друзей, которых там завел. Поэтому, когда прошел март и в его другой школе объявили, что состоится ярмарка, Билли мог говорить только об этом.

– Знаете что? Мой класс собирается устроить свой стенд на ярмарке. Там будет игра в яичную скорлупу. Если заплатишь двадцать пять центов, можно попробовать угадать, какое яйцо целое. Понимаете, большинство яиц – это половина скорлупки. Там большой лоток с песком, и все они наполовину в него спрятаны. Кажется, что все яйца целые. А на самом деле только одно. Поэтому платишь деньги и можешь выбирать. А если не угадал, все равно получаешь приз. Конфетку. Но если угадаешь, какое яйцо целое, то получаешь большой приз.

– Какой? – спросил Джесс.

Билли пожал плечами:

– Не знаю. Нам не говорили. Но, наверное, что-то хорошее. И знаешь, я буду стоять на этом стенде. Миссис Спранг сказала.

– А почему бы у нас в школе не устроить ярмарку? – спросил Джесс.

Тут появился Шейн. В этот день он постоянно дурачился. И сейчас напялил на голову старую спортивную шапку, натянув ее до самых глаз.

– А я знаю, какой стенд подошел бы нашему классу, – весело сказал Билли. – Угадай близнеца. Угадай, кто есть кто. Зейн или Шейн. – Он расхохотался. – Придете, ребята? Вечером в следующую пятницу. Я дам вам попробовать угадать бесплатно.

Джесс обрадовался.

– Еще бы! Я попрошу бабушку привезти меня. Скажи только, где находится эта школа. И может быть, выиграю большой приз. И даже два раза. Мне везет.

Я спросила Джули, не хочет ли она пойти со мной на ярмарку в школу Билли. Она поколебалась, затем кивнула и слегка улыбнулась.

– Да, хорошо, – сказала она. Она, казалось, была удивлена тем, что я ее пригласила.

Когда я заехала за ней, она вышла из дома, держа на одной руке малыша, а в другой детское сиденье для автомобиля. Она открыла заднюю дверцу машины и установила сиденье.

– Это мой сын, Джон Пол, – сказала она.

Я была поражена. Я понятия не имела, что у Джули есть ребенок. Она никогда не упоминала ни о муже, ни о приятеле, ни о сыне. Выходит, мы так мало знаем друг о друге!

Когда мы прибыли, ярмарка была в полном разгаре. В коридорах были расставлены стенды. Джону Полу

понравилось царящее вокруг оживление. Это был трехлетний хорошенький мальчуган с коричневыми, как у лани, глазами. Когда мы нашли стенд класса для одаренных детей, Джесс был уже там. Билли разрешил ему заново расставить скорлупки в песок, и он явно был доволен. Там было еще четверо учеников из его класса и Кэрол Спранг. Она радостно приветствовала нас.

– Вижу, вы познакомились еще с одним моим учеником, – сказала я.

Кэрол кивнула:

– Билли сказал: вы не можете не принять моего друга. А когда Билли что-то говорит, мы обычно прислушиваемся. Так?

Она потрепала его по волосам.

– Да, – подтвердил Билли довольным тоном. Он схватил меня за руку. – Идите, попробуйте. Мы с Джессом все восстановили. Вы можете сыграть бесплатно. Я отдал миссис Спранг доллар, и все мои друзья могут попробовать.

– Это щедрое предложение Билли, но я с удовольствием расплачусь сама.

– Нет, я хочу, чтобы вы сыграли бесплатно. – Он улыбнулся мне. – Потому что здесь тоже мой класс. И я хочу, чтобы вам здесь понравилось. Я плачу.

– Что ж, спасибо.

Я указала на одно из яиц. Билли вытащил его, и оказалось, что это пустая скорлупа.

– Вы проиграли. Но не совсем, вот вам конфетка.

Мы побыли там еще несколько минут, купили еще две попытки для Джона Пола, который покинул стенд, весело помахивая конфетами в обеих ручках.

Когда мы уходили из школы, я спросила Джули:

– Хочешь чего-нибудь выпить?

– Я не могу, я ведь с ребенком, – ответила она.

– Я не имела в виду что-то алкогольное. Может быть, кофе.

Мы заехали в ближайший «Макдоналдс», где Джон Пол сразу же устремился на игровую площадку. Несмотря на то что было около девяти вечера, он был полон энергии.

– Моя сестра считает его гиперактивным, – сказала Джули. – Она говорит, что надо давать ему риталин. Она дает этот препарат своему сыну Люку и утверждает, что он прекрасно помогает.

– А ты что думаешь? – спросила я.

Джули долго молчала. Потом слегка пожала плечами:

– Не знаю. Мне не нравится эта идея с таблетками. Но мне с ним не легко. Иногда вечером я так устаю, а он полон энергии, и я думаю: «Господи, помоги мне…» Но это не причина, чтобы давать ему лекарства.

Джон Пол подбежал к столу. Он перелез через меня на другой стул с моей стороны стола.

– Джон Пол, что мы говорим в таких случаях? – спросила Джули. – «Извините». Когда хотим, чтобы нас пропустили, МЫ говорим «извините».

– Извините, – сказал Джон Пол. Он потянулся за своим стаканом, схватил его за край, стакан опрокинулся, и кока-кола разлилась.

– Ой, – спокойно сказала Джули, – все пролилось. Давай вытрем.

– Я хочу вот это, – закричал Джон Пол.

Он потянулся за стаканом Джули. Она дала ему стакан, затем пошла за салфетками. Пока Джули не было, Джон Пол попытался снова перелезть через меня, чтобы вернуться на площадку.

– Почему бы тебе не оставить свой стакан здесь? – предложила я и подняла стакан, прежде чем мальчик его схватил.