Красный блокчейн
Шрифт:
Хунбиш на всякий случай кивнул. Ему удалось сделать это одними только глазами.
– Жорж, – обратилась она к человеку в кресле. – Отведи его, пожалуйста, к себе, пусть помоется, и выдай там что-нибудь такое. Оки?
Жорж молча встал с кресла и через мгновение был уже около дивана. Поднялся он настолько легко, что казалось, кто-то сверху дёрнул за ниточки. Хунбиш понял, что его ждут, и стал подниматься.
– Где мой рюкзак? – спросил он.
– Так, – богиня вертела в руках что-то белое. Это оказалась, как сейчас увидел Хунбиш, небольшая фигурка из гипса. Чья-то голова. – На цыпочках. Ясно? Иди на цыпочках.
Квартира Жоржа располагалась этажом ниже. В ванной комнате у него было аскетично – один брусок мыла, один шампунь, одна опасная бритва, один одеколон. Жорж молча выдал ему полотенце, мусорный мешок, и закрыл дверь. Хунбиш снял одежду, поколебался, а потом сунул её в мешок. Залез под душ. Отмок. Помылся. Вытерся и обмотал бёдра полотенцем. Зеркало в ванне запотело, и он в одно движение нарисовал пальцем круг с остриём вверху – устремлённый к небу лотос.
– Простите, это вы ударили меня по голове? – спросил он у Жоржа, который протягивал ему аккуратно сложенную одежду.
– Да, – сказал Жорж с совершенно обыденной интонацией – с такой, с которой, например, соглашаются с предложением налить чай.
– Зачем? – спросил Хунбиш.
– Одевайтесь, – сказал Жорж. – Нас ждут.
В квартире богини Хунбиш сразу увидел свой рюкзак: тот лежал на куске упаковочной плёнки рядом с диваном. Он присел, чтобы проверить его, но Жорж покачал головой и указал на диван. Поколебавшись, Хунбиш сел. На диване плёнки уже не было.
– Ну вот совсем другое дело, – сказала богиня. – Вот теперь тебя хвалю я. Наконец-то ты, китаец, мне любимой угодил. Нормально выглядишь. На шестёрочку, плюс-минус.
Она подошла к окну, чуть сдвинула тюль и стала смотреть на улицу.
– Где мой телефон? – спросил Хунбиш. – И паспорт?
– А, паспорт, – не оборачиваясь, легкомысленно ответила богиня. – Паспорт – вещь нужная. Полезная. Как получишь паспорт, берегись его. Побудет пока у меня твой паспорт, ладно? И телефон тоже.
– Нет, не ладно, – ответил Хунбиш, и богиня выразительно на него посмотрела.
– Как твоя голова? – спросила она. – Всё в порядке? Таблетку не надо?
– Нет, – ответил Хунбиш. – Когда вернёте?
– Ну я ведь уже тебе всё подробно растолковала, пухлощёкий ты мой, – ласково сказала богиня, садясь в кресло. – Когда-манда. Придёт срок, всё получишь. Ты вот лучше веди себя хорошо. Сам же вот говоришь: здоровье – это единственное, что у нас есть. А иначе мамочке придётся сделать тебе бо-бо. Компренде?
Хунбиш отвернулся.
– Ну-ну, вот не нужно, – с ласковым упрёком продолжила богиня. – Вот я уже вижу, да. Губки затряслись, глазки на мокром месте. Ну что ж такое. Не плачь. Куплю я тебе калач. Сказала скоро – ну так значит скоро. Итак, – она опять взяла деловой тон. – Остров Мечты. Остров Мечты… Но вот что-то я на самом деле уже не уверена. Зацепка с этим островом совсем хлипкая. Я тут в интернетах поискала – нет у них ничего диснеевского. И Тома с Джерри нет. И никакой уверенности что ты, китайчик мой, тоже как-то в задании участвуешь. Или не участвуешь. Так что вот не знаю прямо.
– Что за задание? – спросил Хунбиш. – Что вы ищете?
– Вот смотри, – с готовностью ответила ему богиня. – Вот у нас есть тут такая штука. Судя
Она продемонстрировала ему блокнот из сумки. Никакой это был не блокнот. А был это кусок бумаги под стеклом в рамке.
– Это береста, – сказала богиня. – Знаешь, что такое береста, китаец?
Хунбиш осторожно помотал головой.
– Береста – это такая штука… Древняя. Ей сколько? Лет тысячу, наверное? Неважно. Так вот, главное. Видишь, что на ней написано? Нет? А написано на ней всего одно слово. Велик. Вот смотри.
Она протянула бересту ближе, и Хунбиш разглядел едва видимые царапины, складывающиеся в буквы: ВЬЛИКЪ.
– Вот, – сказала богиня. – На древнерусском это «большой» или «великий». И отсылает это нас к чему-то большому. Или великому. Не знаю. Это если переводить на современный русский. А не куда ещё. Поэтому…
– Большой театр? – сказал Хунбиш. Он вспомнил рассказы мамы.
– Поэтому, – продолжила богиня, – мы будем думать в направлении… Как ты сказал?
– Большой театр, – неуверенно повторил Хунбиш.
Богиня замерла. Поглядела на Хунбиша. В первый раз заинтересованно. Потом молча взяла телефон со столика. Встала и направилась в другую комнату. «Слушай, Ирусик, а на сегодня…» – Смог услышать Хунбиш. Потом дверь защёлкнулась.
Вернулась она минут через пять. Всё это время Хунбиш молча сидел на диване и думал о том, что можно было бы неожиданно ударить Жоржа вот этой вот вазой, схватить рюкзак, и выскочить из квартиры. Он чувствовал, что первый этап плана недостаточно проработан, поэтому к активным действиям пока не приступал.
– Что ж, мой лимонный китайчонок, давай проверим твою версию, – сказала богиня. – Едем сегодня в Большой. Был там?
Хунбиш сделал плечами.
– Ну, где ж тебе, – с мягким укором сказала богиня. – Большой, друг мой – это тебе не малый. Как раз сегодня в Большом Травиата, и у нас два билета. Жорж, довези нас, пожалуйста. И подождёшь там, хорошо? Посиди в ЦУМе где-нибудь. Ну или там на месте сообразишь. Едем через полтора часа. А пока, – она повернулась к Хунбишу, – сиди тут и медитируй. Мне нужно собраться. Вот тебе пульт от телевизора.
Виндкальд сказал: «Фьёльсвинн, ответь, я слышал ты знаешь, и хочу я узнать: вернётся ли тот, кто ищет это оружие, и обладать им желает?» Фьёльсвинн сказал: «Тот, кто меч этот ищет и обладать им желает, назад возвратится, если вручит редкий подарок богине Аургласир».
Речи Свипдага II
И всё-таки, при входе в зал Хунбиш не смог не замереть. Он просто остановился, и всё внутри него остановилось, а люди так и продолжили обтекать его с двух сторон. Величие и роскошь – вот что обрушилось на него. И придавило. Расплющило. Затылок снова начал раскалываться.