Шрифт:
Роберт Шекли
Красный император
И.Тогова - перевод
Только сейчас, когда собраны все факты, мы можем поведать подлинную историю недавнего эксперимента с искусственным разумом. Этот потрясающий опыт был поставлен двумя учеными государственного университета штата Орегон.
Надо отметить, что государственный университет штата Орегон сомнительный эксперимент не финансировал. И деньги налогоплательщиков, как ошибочно сообщили некоторые издания, на него не расходовались. Все затраты взял на себя Этан Ванес.
Орегон --
Пригласив молодых людей на собеседование, он был, как обычно, прямолинеен.
– - Сегодня, ребята, я настроен филантропически. Что, по-вашему, можно сделать полезного с пятьюдесятью миллионами долларов?
Гудерсон опешил, а более сообразительный Акс произнес:
– - Пятьдесят миллионов, мистер Ванес, для научного исследования не деньги. Вот если бы у нас было сто миллионов, мы бы смогли внести существенный вклад в теорию сознания.
– - Это действительно важное направление?
– - спросил Ванес.
– - Чрезвычайно, -- ответил Алекс.
– - Результаты могут лечь в основу промышленного производства будущего, -- добавил пришедший в себя Гудерсон.
– - Почему вы так думаете?
– - спросил Ванес.
– - Если мы познаем физическую базу сознания, -- пояснил Гудерсон, -сопутствующие коммерческие разработки принесут неисчислимые выгоды. Представьте, что ваш автомобиль обладает разумом. Он сможет предупредить вас о поломке задолго до того, как случится авария.
– - Это полезно, -- кивнул Ванес.
– - Представьте, что у вас разумная шашлычница, -- подхватил тему Акс.
– - Она просигналит, когда мясо начнет подгорать.
– - Здорово!
– - воскликнул Ванес, слывший большим любителем шашлыков.
– - Разумный молочный бидон успеет подать сигнал, прежде чем молоко прокиснет.
– - Это лишь первые пришедшие в голову примеры, -- продолжал Акс.
– - Возможно, удастся создать имеющие сознание компьютеры, -- сказал Гудерсон.
– - Пли обладающих разумом баскетболистов, -- добавил Акс со смешком, чтобы никто не подумал, будто он говорит всерьез.
– - Применений может быть очень много, -- сказал Гудерсон.
– - Самое главное, может быть, нам удастся решить проблему, которая не дает покоя всем исследователям: размножается ли искусственный интеллект?
– - Даже Фрейд не знал
– - И Платон не знал, -- вставил знаток классики Гудерсон.
– - Меня устраивает, -- кивнул Ванес.
– - Расскажите, как вы намерены работать.
Ответ Гудерсон заготовил заранее.
– - Мы построим модель человеческого мозга с силиконовыми микросхемами вместо нейронов. И попробуем заставить эту модель думать.
– - Если нам это удастся, -- сказал Акс, -- значит, сознание имеет под собой физическую основу.
– - А если нет, -- добавил Гудерсон, -- теория бога из машины получит серьезный удар. Представьте, как возрадуется церковь!
– - Вы выигрываете в любом случае, -- заключил Акс.
– - За такие разработки можно получить Нобелевскую премию, не напрягаясь.
Ванес обнял молодых людей за плечи. Этот жест хорошо знали все любители баскетбола.
– - Вы меня убедили, ребята. Я согласен.
Дождавшись, когда Ванес ушел, Гудерсон спросил:
– - Ты в самом деле считаешь, что за паршивые сто миллионов можно построить модель человеческого мозга? По-моему, ты втянул нас в рискованное дело.
– - Не волнуйся, -- ответил Акс.
– - Позавчера я видел Накомуру. Он уже собрал такую модель в своем подвале. Уверен, что за миллион он нам ее отдаст. Оставшегося хватит на два особняка в солнечной Ривьере.
В разговоре с Накомурой друзья не стали упоминать о сумме, которую пообещал им Ванес. Накомуру это не касалось. Ему они сказали, что если он когда-либо надумает продать свое изобретение, пусть имеет их в виду.
В ответ Накомура сдернул с прибора покрывало. Созданный им искусственный интеллект помещался в пластиковой коробке шириной в пять футов. Внутри она была напичкана силиконовыми чипами, которые Накомура покупал по дешевке на городской компьютерной свалке. Жена и дети Накомуры ночи напролет паяли по его чертежам бесчисленные проводки, и, как оказалось, старались не зря.
– - Неплохо, -- кивнул Гудерсон.
– - Только нейронов в мозге во много раз больше.
– - Конечно, -- согласился Накомура.
– - Я добился нужного эффекта благодаря однофазному подходу.
– - Объясни.
– - Человеческий мозг выполняет огромную работу. Он контролирует движения тела, высматривает опасность, реагирует на сексуальные позывы, следит за пищеварением, решает, за кого проголосовать, и так далее. Моей машине не надо делать ничего подобного. Я настроил ее на выполнение единственной функции -- на сознательное восприятие красного цвета.
– - И у тебя хватило микросхем?
– - спросил Гудерсон.
– - Ничего удивительного. В современных фотоаппаратах стоит всего одна микросхема, которая различает цвета куда лучше, чем мы с вами. Так и в моей модели: одна микросхема идентифицирует красный цвет, все остальное обеспечивает сознательное восприятие красного цвета.