Шрифт:
Это был последний сбор перед Большим Праздником Следопытов, и сюда прибыли все отряды. Отряд № 22 — «Парящие соколы» — расположился в тенистой лощине и нес передовой дозор. Отряд № 31 — «Отважные бизоны» — патрулировал небольшую речушку. Одновременно «бизоны» упражнялись в питье жидкости и возбужденно хохотали над непривычными ощущениями.
Отряд № 19 — «Охотники на мирашей» — ожидал следопыта Дрога, а тот, как всегда, опаздывал.
Дрог, со свистом спустившись с высоты десять тысяч футов и обретя твердое тело, торопливо
— Уф, — сказал он, — простите, я не думал, что уже…
Командир отряда свирепо уставился на него:
— Ты одет не по форме, Дрог!
— Простите, сэр. — Дрог поспешно выдвинул забытое щупальце.
Вокруг захихикали. Дрог густо покраснел — ему хотелось провалиться сквозь землю. Но сейчас это было неуместно.
— Этот сбор мне хотелось бы начать с Клятвы следопыта, — сказал командир, прокашлялся и продолжил: — «Мы, юные следопыты планеты Элбонай, клянемся увековечить знания и опыт наших предков-первопроходцев. Для этой цели мы принимаем их облик и становимся такими, какими были они, когда покоряли девственные просторы Элбоная. Мы клянемся…»
Следопыт Дрог настроил свои слуховые рецепторы, чтобы лучше воспринимать командирскую речь. Его всегда дрожь пробирала, когда он слышал Клятву следопыта. Прямо не верится, что когда-то их предки были прикованы к планете. Нынешние элбонайцы умеют летать на высоте до двадцати тысяч футов, сохраняя при этом лишь самый минимум своего тела и питаясь космическими лучами, а вниз спускаются в случаях крайней необходимости и во время подготовки к Большому Празднику.
— «…вести только честную и справедливую борьбу, — продолжал командир. — Еще мы клянемся пить воду и есть твердую пищу, так же как они, и полнее овладеть их знаниями и полезными навыками».
Клятва отзвучала, и молодые следопыты рассыпались по равнине. Командир отряда подошел к Дрогу.
— Это последний сбор перед Большим Праздником, — сказал он.
— Знаю, — кивнул Дрог.
— А ты до сих пор всего-навсего следопыт второго класса. Остальные давно получили первый класс или хотя бы звание младшего первопроходца. Что подумают о нашем отряде?
Дрог смущенно поежился.
— В этом не только моя вина, — сказал он. — Конечно, я не сумел сдать нормативы по плаванию и по изготовлению бомбы, но не в этом мое призвание. Не могу же я уметь все. Даже среди первопроходцев была узкая специализация…
— В чем же твое призвание? — перебил командир.
— Горы и леса, — с готовностью ответил Дрог. — Я прошел полный курс по выслеживанию и охоте.
Некоторое время командир испытующе смотрел на него. Затем медленно произнес:
— Дрог, как ты посмотришь, если я в последний раз дам тебе шанс получить первый класс, да еще и Почетный знак в придачу?
— Я готов! — гаркнул Дрог.
— Прекрасно, — сказал командир. — Как называется наш отряд?
— «Охотники на мирашей», сэр!
— А что такое мираш?
— Мираш —
— Это не совсем так, — сказал командир отряда. — Один следопыт исследовал леса в пятистах милях к северу отсюда, координаты 233 градуса южной широты — 482 градуса западной долготы, и обнаружил стаю из трех мирашей. Все — самцы, так что охотиться на них можно. Я хочу, чтобы ты, Дрог, их выследил. А еще хочу, чтобы ты, использовав методы первопроходцев, добыл шкуру хоть одного мираша. Справишься?
— Безусловно, сэр!
— Тогда отправляйся немедленно, — сказал командир. — И запомни: шкуру мираша мы прикрепим к нашему флагштоку. Нас наверняка отметят на Большом Празднике.
— Слушаюсь, сэр! — Дрог поспешно собрал свое снаряжение, наполнил флягу жидкостью, прихватил завтрак из твердой пищи и двинулся в путь.
Через несколько минут он уже парил над заданным квадратом. Местность была дикая и романтическая — покрытые снегами горы, причудливо изломанные скалы, низкорослые деревья, заросли густого кустарника в лощинах. Дрог озабоченно озирался по сторонам.
Он слегка покривил душой перед командиром отряда.
Сказать по правде, он не очень-то силен в выслеживании и охоте. Лучше всего он умеет одно: долгими часами парить в мечтательной задумчивости среди облаков на высоте пять тысяч футов.
Вдруг мирашей найти не удастся? Вдруг мираши первыми заметят его? Но он тотчас отбросил эту мысль. А в крайнем случае можно гестибулировать. Никто и не узнает.
Внезапно он почуял слабый запах мирашей. И тут же уловил движение возле странной Т-образной скалы, ярдах в двадцати от себя.
Как все, оказывается, просто, подумал Дрог. Везет же мне! Он не спеша замаскировался подобающим образом и начал пробираться вперед.
Горная тропа становилась круче. Солнце палило совершенно беспощадно. Даже в кондиционированном комбинезоне Пакстон обливался потом. И ему чертовски надоело корчить из себя покладистого парня.
— Когда мы наконец уберемся отсюда? — спросил он.
Эррера успокаивающе хлопнул его по плечу.
— Ты что, не хочешь разбогатеть?
— Мы и так уж разбогатели, — сказал Пакстон.
— Да, но недостаточно, — заметил Эррера, и его длинное загорелое лицо сморщилось в улыбке.
Подошел Стилмен, пыхтя под тяжестью поискового оборудования. Он осторожно опустил груз на тропинку и уселся рядом.
— Слушайте, джентльмены, не пора ли передохнуть немного?
— Можно, — сказал Эррера. — Я вообще готов хоть всю жизнь отдыхать. — Он сел, прислонившись к Т-образной скале.
Стилмен закурил трубку, а Эррера, расстегнув молнию на кармане комбинезона, достал сигару. Пакстон некоторое время наблюдал за ними. Затем повторил свой вопрос: