Кража
Шрифт:
Эшфорд усмехнулся и повернулся на бок, потом протянул руку к своей скомканной одежде. Он закутал Ноэль в свой плащ и принялся нежно баюкать в объятиях.
– Если бы я знал, что мне будет так неправдоподобно хорошо с тобой, я женился бы на тебе в тот же день, когда встретил тебя в поезде. – В присутствии Грейс? – Она с сомнением покачала головой: – Нет, тогда бы ничего не вышло.
Заглянув ей в лицо, Эшфорд окончательно отрезвел.
– Первое, что я сделаю завтра утром, это поговорю с твоим отцом. Я хочу как можно скорее
– Значит, это большое счастье, когда двое становятся одним. – Ноэль снова обвила руками его шею. Ее голос дрогнул и пресекся: – Не могу поверить, что это наконец случилось.
– Уж поверь. Потому что до того как начнется этот сезон, а это произойдет через несколько недель, ты станешь миссис Эшфорд Торнтон.
– Через месяц? Сомневаюсь, что это возможно.
– О! Это возможно, – заверил он ее. – Я в этом ничуть не сомневаюсь.
И почему-то Ноэль передалась его уверенность. Но не торжественность его тона. В глазах ее засверкали бесовские искорки:
– Хотя, судя по словам того констебля, которого мы встретили, брак – довольно мрачное и скучное дело. По крайней мере с точки зрения джентльменов.
Уголок рта Эшфорда приподнялся в решительной улыбке.
– Я готов рискнуть… Кстати, благодарю тебя за находчивость. Если бы не она и не твой быстрый ум, я, вероятно, провел бы сегодняшнюю ночь в тюрьме.
– Мой долг – защищать тех, кого я люблю, – сказала она почти торжественно.
– Я это понимаю. – Лицо Эшфорда выразило решимость. – Принимая во внимание это, а также то, что я скоро собираюсь отвезти тебя домой, думаю, настало время тебе узнать, кто тот человек, которого ты любишь, и в чем он виноват.
Глава 15
– Я уже знаю, кто он. Только не вполне понимаю, чем он занимается, – ответила Ноэль. – Что же касается моего возвращения домой, то не стоит об этом беспокоиться. Мы с Хлоей разработали план моего возвращения таким образом, чтобы меня не обнаружили. Гораздо важнее сейчас поговорить. – Она провела рукой по его щеке. – Я хочу знать все. Но сначала позволь сказать кое-что и мне. Ничто из того, что ты собираешься мне открыть, не изменит моих чувств к тебе. Ничто!
Глаза Эшфорда снова потемнели, на этот раз скорее от удивления, чем от страсти.
– Твоя вера повергает меня в смятение, – пробормотал он, гладя ее волосы. – Я люблю тебя. Буря'
– И я тебя люблю.
Ноэль уютно устроилась, положив голову ему на грудь и чувствуя себя опьяненной счастьем, удовлетворенной их близостью и, увы, чрезвычайно заинтригованной. Ее любопытство было возбуждено до предела, хотя, к ее облегчению, беспокойство по поводу того, что он собирался ей рассказать, в значительной степени
– Итак, почему ты украл эту картину? И кто ты на самом деле? Кому предназначаются эти деньги?
– А ты уверена, что я не собираюсь оставить их себе? – Он бросил на нее вопросительный взгляд.
– Совершенно уверена, – ответила Ноэль, опуская голову ему на плечо. – Ты никогда бы этого не сделал.
– Но я вор. И ты видела это сегодня ночью собственными глазами.
– Вор крадет для себя. А ты – нет. Я не поверю этому. Итак, ты не ответил на мой вопрос: почему ты украл эту картину? Это как-то связано с Бариччи? С твоим желанием перехитрить его? И какое это имеет отношение к твоему отцу?
Она прочла в его глазах изумление, но он не собирался отпираться ни от чего.
Эшфорд привлек ее к себе, обнял и прижался подбородком к ее голове:
– Итак, я готов доверить тебе не только свою тайну, но и свою жизнь. И не важно, открывал ли я ее кому-нибудь прежде. Но я был напуган до смерти твоим появлением. Я испугался, что ты можешь пострадать. Ты такая бесстрашная и бесшабашная маленькая глупышка. Ты хоть имеешь представление о том, что могло с тобой случиться там, в той части Лондона?
– Я старалась не привлекать к себе внимания, – запротестовала Ноэль, понимая правоту Эшфорда. Но такова уж была ее прямая и честная натура, что она не могла скрыть от Эшфорда ничего. – Я готова признать, что вела себя рискованно. Но разве тебе не понятно почему? Я не могла позволить тебе воздвигнуть между нами стену до того, как мы стали тем, чем стали. А ты не хотел со мной поделиться. У меня не оставалось выбора, мне пришлось последовать за тобой и увидеть своими глазами, в чем ты замешан.
– Знаю ли я тебя? – Он вздохнул: – Ничуть. Я должен был предвидеть, что ты никогда не примиришься с моим решением оградить, защитить тебя от моего прошлого. От опасности.
– Но ведь это не только твое прошлое. Это и настоящее.
– Нет. Нет, после сегодняшнего вечера так больше не будет. Сегодня, как я обещал тебе, я с этим порываю. – В его тоне прозвучала абсолютная убежденность.
– Я тебе верю, – отозвалась Ноэль. – Но я понимаю и другое: это твое занятие сыграло решающую роль в твоей жизни и оказало на нее огромное влияние. Это часть жизни того мужчины, которым ты стал. И поэтому это часть и моей жизни тоже.
– Согласен. – Эшфорд кивнул, – И потому я решил рассказать тебе обо всем, не опуская ничего. – Он откашлялся, прочищая горло: – Ты спросила меня, имеет ли моя деятельность отношение к Бариччи. И мой ответ – да, имеет. И к нему, и к другим таким же, как он, мерзавцам. Имеет ли она отношение к моему отцу? Имеет. И это тоже весьма существенно. – Эшфорд набрал полную грудь воздуха и медленно выдохнул' – Что тебе известно о бандите по прозвищу Оловянная Кружка?
Ноэль изумленно моргала, пытаясь понять, чем Вызван столь странный вопрос.