Кремль
Шрифт:
Воронов вошел в неказистый кабинет «важняка» Карпова минута в минуту. Тот кивком показал на стул для посетителей и сразу же перешел к делу.
«Плохой признак, – подумал Воронов. – Раньше меня в этих кабинетах так не принимали. Может, стоит вернуться на государеву службу? Это сразу все поменяет».
Последняя мысль относилась скорее к разряду благих пожеланий. В госструктурах Воронова никто не ждал, там произошла полная смена поколений, для которых репутация генерала выглядела сомнительно.
– Ваше частное охранное предприятие, – нудил Карпов, – подозревается
– Мы платим налоги строго в соответствии с законодательством. У вас есть конкретные факты?
– Я имею в виду строительные работы, – пояснил Карпов. – В последнее время вы ремонтировали здание офиса и, кроме того, выстроили несколько домов в Подмосковье. Коттеджи, кажется, или гостиница. На территории бывшего пионерского лагеря, между прочим.
– Речь, видимо, идет об учебно-тренировочной базе и оздоровительном центре для наших сотрудников. За строительные работы и материалы расплачивались с фирмами, которые эти услуги оказывали.
– Куда деньги перечисляли?
– На счета, которые нам давали фирмы. Я лично не знаю, какие это счета. И не обязан знать. Они предоставляют, мы оплачиваем. Что там за фирмы-получатели – их проблемы.
– Должен вас огорчить, – посочувствовал Карпов. – Теперь это и ваши проблемы. Деньги ушли со счетов вашего предприятия якобы за строительные работы. Налоги с этих средств не уплачены. Что за работы – нужно еще доказать. В прокуратуру поступило заявление, которое мы просто не можем игнорировать. Потребуется проверить реальный объем услуг, их стоимость, договорную базу.
«Катастрофа! Придется заниматься только разговорами с проверяющими и следователями. Конец предприятию», – подумал Воронов. Пока он не мог понять, чем вызван этот наезд, хотя уже догадывался.
– Далее, вы приобрели активы у одного из московских банков за нереально низкие суммы. А банк этот, по странному стечению обстоятельств, сразу после сделки по отчуждению активов скоропостижно обанкротился. Это вызывает подозрения в сговоре группы лиц для хищения активов и предумышленного банкротства финансово-кредитного учреждения. Что, в свою очередь, попахивает мошенничеством в особо крупных размерах. Ничего не хотите пояснить по этому эпизоду?
– Мы купили активы за справедливую цену.
– Если вы завтра купите «мерседес» за сто рублей, это будет справедливая цена?
– Цену устанавливает продавец. Если мне предложат «мерседес» за сто рублей, я его куплю. А вы откажетесь?
– В том-то и проблема, что мне не предлагают, а предлагают вам. За какие заслуги? У меня складывается мнение, что вы препятствуете следствию. Предостерегаю о последствиях.
«Ты свою жену поучи борщ варить!» – огрызнулся про себя Воронов.
Он достал из кармана накрахмаленный платок и вытер выступившие на лбу капельки пота. В кабинете было душно и темновато. В висках стучало подскочившее давление.
– Почему вы молчите? Я же задал вопрос, – донесся из повисшего в комнате тумана скрипучий голос Карпова.
«Надо понять, за что прессуют. Тогда
Он прекрасно понимал, что если бы мог, то давно бы отказался от таких партнеров, как Морев. Но где взять других заказчиков – вот в чем проблема. Ввязался в эту мутную историю не от хорошей жизни.
– Что от меня требуется? – спросил Воронов.
– Предоставить документацию о ваших контрактах с владельцами банка-банкрота. Имейте в виду, пока мы не ведем разговор о выемке документов. Рассчитываем на добровольное содействие. Но сами понимаете, все может измениться.
«Он напоминает меня в молодости, – открыл для себя Воронов. – Так что же изменилось? А ни хрена! Дым пожиже, труба пониже, а все остальное на месте».
– Документы будут предоставлены. Можем выделить сотрудников, которые будут в постоянном контакте, чтобы давать соответствующие пояснения.
– А вот этого не надо. Мы сами разберемся, – вальяжно заметил Карпов.
«Плохо дело. Оставляет предлог для выемки документов и новых обвинений. Ему сейчас что ни предложи, ничего не захочет, пока всю кровь не выпьет».
– И еще одно. Поясните: зачем вы встречались с Ратовым? Он же не входит в число ваших клиентов.
«Вот оно – главное!» – сразу понял Воронов.
– Я встречался по поручению моего заказчика – президента компании «Ферросплавы» Морева. Он поручил нашему предприятию информационное сопровождение проектов, которые были направлены в Администрацию. Этими проектами занимался Ратов.
– В чем выражалось информационное сопровождение?
«А то ты не знаешь!»
– Предоставлять Ратову и другим заинтересованным лицам нужную им информацию, исполнять запросы, проводить дополнительные исследования.
– Что, у Морева в «Ферросплавах» нет своих специалистов? – засомневался Карпов.
– Об этом нужно спросить у Морева. У нашего предприятия солидная информационная база по металлургии. Мы и раньше выполняли такие заказы.
– Хорошо, допустим, – хитро улыбнулся «важняк». – А невеста Ратова зачем понадобилась? Она какое отношение имеет к металлургии? Или к вашей информационной базе?
«Все пронюхали. Кто-то из своих сдал. Ратов вряд ли проговорился. Неизвестно, как воспримут эту историю. Он же перспективный чиновник, опасается за свою репутацию. Опять же боится, что привлекут его Марику за прошлые грехи. Значит, предательство среди своих. Однозначно! Но Мореву об этом нельзя рассказывать. Подумает на меня. Он сумасшедший».
Насладившись установившейся в кабинете тишиной, Карпов задушевно улыбнулся:
– Предлагаю нулевой вариант.
– Что это значит?
– Вы забудете о существовании Ратова и обо всем, что с ним связано. Особенно с невестой некрасиво получилось. Пропал человек. Сейчас ищут. В общем, перестанем будоражить эту тему. Иначе предвижу очень серьезные последствия, в том числе для вас лично.