Крепость Луны
Шрифт:
Разум Дениса возликовал: "Болван отменный! Похоже, Якорь вознамерился сменить хозяина".
— Сыграем в бильярд? — предложил Волконский.
— Давай! — согласился Сан Саныч, даже не заметив, как изменился взгляд хозяина усадьбы.
Сам Волконский не любил играть в бильярд, наверное, потому что играл магически. Лучшие мастера восхищались его умением распознать комбинацию шаров и загнать эти шары в лузы. Всех удивляли его карамболи и то, что ему подвластно загнать, порой, три
А Сан Саныч владел кием не лучше, чем лошадь латынью, и всегда отмахивался от приглашений разделить партийку.
"Отмахивался настоящий Сан Саныч", — подчеркнул в уме Волконский, проходя в бильярдную.
На этот раз генерал играл намного лучше, чем обычно. Так, что едва не выиграл.
— Кто ты? — спросил вдруг Волконский, и кий в его руках превратился в шпагу.
Генерал судорожно вдохнул и подошёл к другу вплотную.
— Неужели я мог настолько измениться, что даже лучший друг меня не узнаёт?
Скорбь читалась в глазах генерала, и Волконский растерялся. Шпага приняла вид кия.
— Понимаешь…
— Понимаю, — Сан Саныч положил руку на плечо, — я понимаю, что качусь со всей генеральской удалью в пропасть. Я стал скрытым, унылым, злым… Но если ты хочешь, я уеду. Сейчас же.
— Нет, что ты. Я не хотел тебя обидеть.
— Обида тут не причём. Ты ждал своего доброго друга Сан Саныча, а приехал чёрт знает кто. Так не лучше ли мне покинуть твою гостеприимную усадьбу? Уеду и дело с концом.
— Ни в коем случае, дружище. Если ты решишься бежать из моего дома, мне придётся прострелить тебе ногу, чтобы ты остался здесь ещё на месяц-другой.
Сан Саныч улыбнулся.
— Считай, уговорил. Ковылять с простреленной ногой мне ох как не хочется — даю слово генерала.
Они посмотрели друг другу в глаза и разошлись. Сан Саныч зашёл в свою комнату, и губы его вдруг исказились хитрой, дьявольской ухмылкой.
* * *
Маленький Саша старательно отвечал на вопросы по истории. Увидев отца, мальчик немного растерялся, но быстро справился с собой и закончил ответ.
— Отлично, Саша, отлично, — похвалил Андрей и покосился на Льва Сергеевича. — И вы отвечать?
Сынишка рассмеялся. Отец вытолкал его за дверь.
— Подожди, дружок, чуточку. Только не подслушивай, это нехорошо.
— Да знаю.
Волконский заложил руки за спину.
— А я к вам скорее спрашивать, нежели отвечать. Скажите, Андрей, чем смывается магия?
— Магия не смывается, — покачал головой учитель.
— Ну, хорошо, — терпеливо уточнил Лев Сергеевич, — следы магии.
— Ах, следы… Следы смываются или горячим, или холодным.
— А снегом, самым обычным снегом следы магии можно удалить?
— Ну… Успех зависит от
— Если магия для вида?
— Тогда легко. А смытая магия, как известно, способна возвращаться на то место, где была нарушена целостность магического щита.
— Про эту особенность я слышал. Большое спасибо. Главное я узнал. Сашенька, заходи. И будь умницей.
— Вы тоже, папа.
Лев Сергеевич улыбнулся, но сыну для порядка пригрозил.
— Отшлёпаю, Александр.
— От меня три уравнения по математике, — строго прибавил Андрей.
— Ладно, — мальчик покорно опустил плечи, но по лицу его было видно, что он рад собственной выходке.
Волконский-старший направился к управляющему. Тот старательно делал записи в учётную тетрадь.
— Разреши полюбопытствовать, Кирилл. Овса у нас достаточно?
— Нужды никогда не было и, даст Бог, при мне не будет, — почтительно и не без гордости ответил Кирилл.
— Я думаю совершенно как ты, однако, что ты скажешь, если тройка лошадей уважаемого генерала вдруг задержится?
— Должен заметить, что даже десять лошадей нашего чудного гостя не смогли бы нанести сколь значимый урон нашим, с Божьей милостью нажитым запасам.
— Почему "чудного гостя"? — поинтересовался Лев Сергеевич как бы вскользь.
— Простите за невежество, но не всякий барахтается в сугробах, когда и солнце-то не разговелось.
— М-да, — задумчиво протянул Волконский, — на чудачества у генерала гораздо больше причин, чем кажется на первый взгляд.
После того, как маленький Саша отзанимался положенное время, отец решил отправиться с детьми на улицу, дабы поиграть в снежки.
— Пойдёшь с нами? — спросил Волконский генерала, который тут же закрутил головой.
— Нет-нет, я лучше почитаю, — ответил он, имея вид радостный, словно его тайная мечта исполняется.
— Твоя воля. Только не зачитайся.
Друзья встретились глазами. Сан Саныч не выдержал взгляда. Лев Сергеевич резко поднялся и крикнул:
— Дети, на улицу!
Топот ног сотряс усадьбу.
— Настасья Никитична, и вы, небось, идёте? — поинтересовался Сан Саныч.
— Что ты, Саша! — махнула рукой женщина. — Я прилягу. Потом будем подавать обед.
Она вышла вслед за мужем, оставив генерала один на один со своим ликованием.
* * *
Когда дети набросали отцу за шиворот достаточное количество снега, все трое вернулись горящими от возбуждения.
— Хорошо, — протянул Волконский и начал раздевать дочку, которая всё время вертелась и непрестанно отдувалась, как запыхавшаяся старушка.