Крест Морриган
Шрифт:
Кресты, подумал Хойт. Морриган дала ему кресты. Он почувствовал некоторое облегчение.
— А вот мечи, кинжалы — любое металлическое оружие — абсолютно бесполезны, — продолжал Киан. — Разве что ты ухитришься отрубить голову. Тут уж ничего не поделаешь. Но в целом…
Он снова встал, взял кинжал Хойта, подбросил его в воздух, ловко поймал и вонзил клинок себе в грудь.
При виде крови, обагрившей рубашку брата, Хойт вскочил.
— Забыл, как это больно. — Поморщившись, Киан выдернул кинжал из раны. — Наказание за хвастовство. Но если проделать то же самое деревянным предметом,
Он достал носовой платок и вытер лезвие. Затем снял рубашку. Рана уже начала затягиваться.
— Один раз мы уже умерли, и теперь уничтожить нас не так просто. Мы яростно сражаемся с тем, кто пытается нас убить. Лестат — самый старый вампир из тех, кого я знаю. И самый жестокий. — Киан умолк, задумчиво разглядывая вино. — Как наша мать?
— Она в отчаянии. Ты был ее любимцем. — Встретив взгляд Киана, Хойт передернул плечами. — Мы оба это знали. Просила меня попытаться поискать способ вернуть тебя. Горе ее так велико, что ни о чем другом она думать не могла.
— Думаю, даже твоя магия не способна оживить мертвых. Или вампиров.
— Той ночью я пошел к твоей могиле — молить богов, чтобы они успокоили сердце матери. И нашел тебя, с головы до ног покрытого грязью.
— Выкарабкиваться из могилы — работа не из чистых.
— Ты пожирал кролика.
— Вероятно, ничего другого не мог найти. Не помню. Первые несколько часов после пробуждения ничего не понимаешь и не чувствуешь. Только голод.
— Ты убежал от меня. Я увидел, в кого ты превратился — слухи о подобных существах ходили и раньше, — и ты убежал. В ту ночь я пошел на утес по просьбе матери. Она умоляла меня найти способ разрушить чары.
— Это не чары.
— Мне казалось… я надеялся, что если уничтожу того, кто превратил тебя в вампира… А если не получится, то убью того, кем ты стал.
— И ничего у тебя не вышло, — напомнил Клан. — Что доказывает силу противника. Тогда я только пробудился и почти не знал, кто я и на что способен. Можешь мне поверить, у Лилит гораздо более опытные союзники.
— Но ты со мной?
— У тебя нет заклинания, способного заставить меня.
— Ты меня недооцениваешь. У меня есть нечто большее, чем заклинание. Неважно, прошел ли год или тысяча лет, ты был и остаешься моим братом. Мы близнецы. У нас одна кровь. Моя кровь. Сам говорил — в конечном итоге все сводится к крови.
Киан провел пальцем по бокалу с вином.
— Я с тобой. — Прежде чем Хойт успел отреагировать, палец предостерегающе поднялся. — Потому что любопытен и потому что мне стало скучно. Я здесь уже больше десяти лет, и в любом случае мне пора переезжать. Но ничего обещать не могу. Не стоит рассчитывать на меня, Хойт. В первую очередь я буду развлекаться.
— Ты не можешь охотиться на людей.
— Уже командуешь? — губы Киана слегка скривились. — Нисколько не изменился. Повторяю: на первом месте для меня — собственное удовольствие. Кстати, я уже восемьсот лет не пробовал человеческой крови. А если точнее, то семьсот пятьдесят… хотя пару раз нарушал свой принцип.
— Почему?
— Чтобы доказать, что я способен противиться искушению. Кроме того, это еще один способ выжить —
Отвлекшись, Хойт окинул взглядом комнату без окон.
— Откуда ты знаешь?
— Чувствую. Я устал от вопросов. Пока тебе нужно оставаться со мной. Нельзя допустить, чтобы ты разгуливал по городу. Мы, конечно, не точная копия друг друга, но очень похожи. И костюм нужно сменить.
— Хочешь, чтобы я надел… как это называется?
— Брюки, — сухо ответил Киан и пошел через всю комнату к личному лифту. — У меня квартира прямо в этом доме. Так проще.
— Ты соберешь вещи, и мы пойдем.
— Я не путешествую днем и не подчиняюсь приказам. Я привык приказывать сам — и уже довольно давно. До отъезда мне нужно кое-что уладить. Входи сюда.
— Что это? — Хойт ткнул посохом в стену лифта.
— Средство передвижения. Доставит нас ко мне домой.
— Как?
Киан провел рукой по волосам.
— Послушай, у меня дома есть книги и еще много чего интересного. Следующие несколько часов можешь потратить на то, чтобы познакомиться с культурой, модой и технологиями XXI века.
— Что такое технология?
Киан втолкнул брата в кабину лифта и нажал кнопку следующего этажа.
— Еще один бог.
Этот мир и эта эпоха были наполнены чудесами. Хойт жалел, что у него нет времени узнать обо всем, понять, как все устроено. Комнату освещали не факелы, а нечто другое, что давало свет, и Киан называл это электричеством. Еду хранили в ящике высотой с человека, где она оставалась холодной и свежей, а еще один ящик использовался для подогрева и приготовления пищи. Вода лилась из трубки, попадала в чашу и куда-то уходила.
Высокий дом, в котором жил Киан, стоял посреди города — и какого города! То, что показала ему Морриган, не шло ни в какое сравнение с картиной, открывавшейся за стеклянной стеной квартиры Киана.
Хойт подумал, что даже богов поразили бы размеры и величие этого Нью-Йорка. Ему хотелось еще раз взглянуть на город, но брат взял с него клятву, что он будет держать стеклянные стены закрытыми и не выйдет из дома.
Квартиры, поправил себя Хойт. Киан называл свое жилище квартирой.
У него были книги, огромное количество книг, а также волшебный ящик под названием телевизор. Внутри этого ящика помещалось множество живых картин: люди, дома, вещи, животные. Проведя перед ним всего час, Хойт устал от его непрерывной болтовни.
Поэтому он обложился книгами и читал, читал, пока глаза не стали слезиться, а голова не переполнилась словами и образами.
Хойт так и заснул, окруженный книгами, на ложе, которое Киан называл диваном.
Ему снилась ведьма, и он видел ее в круге света. На девушке не было ничего, кроме кулона, и ее молочно-белая кожа светилась в полумраке.
Ее красота полыхала, словно пламя.
В высоко поднятых руках девушка держала хрустальный шар. Хойт слышал ее шепот, но слов различить не мог. Он понимал, что это заклинание, и даже во сне чувствовал его магическую силу. И точно знал, что ведьма ищет его.