Криптономикон, часть 2
Шрифт:
— У меня, наверное, что-то с глазами, — говорит Дуг. — Как по-вашему, он невредим?
— Да! — отвечает Ами. Она широко улыбается — зубы вспыхивают на солнце — и машет в ответ.
Джекки тоже улыбается. В одной руке у него длинный, запачканный илом шест — щуп. В другой какая-то грязная банка размером с тарелку. Он машет этой штуковиной и радостно вопит:
— Японская мина!
— Положи ее, ты, недоумок хренов! — орет Дуг. — Взорвется; она же прогнила насквозь. — Затем удивленно и недоверчиво спрашивает: — Кто же тогда взорвал ту мину, если не ты? Кто-то кричал здесь.
— Я не нашел его, —
— Думаешь, умер?
— Нет.
— Ты слышал еще кого-нибудь?
— Нет.
— Черт, всю дорогу за нами кто-то следит. — Дуг оборачивается и смотрит на противоположный берег, где Джон Уэйн уже прощупал дорогу и теперь отдыхает на краю обрыва. Они переговариваются жестами (у них есть портативные рации, но, по словам Дуга, они годятся только для понта). Джон Уэйн ложится на живот, достает бинокль с гигантскими объективами и начинает изучать берег Джекки By.
Группа в реке молча продвигается вперед, прощупывая путь. Ситуация абсолютно непонятная, и хорошо, что им приходится беспрерывно проверять дорогу — это отвлекает от посторонних мыслей. Рэнди натыкается на что-то мягкое, утопленное сантиметров на пять в ил и гравий. Он так вздрагивает, что едва не плюхается задницей в воду, затем минуту или две приходит в себя. Под илом смутно, как тела под простыней, прорисовываются какие-то очертания. Рэнди мысленно обводит контуры, но очень скоро устает и, расчистив гравий, осторожно запускает под него руку. В воде колышутся мертвые листья, щекоча запястья.
— Старая покрышка, — говорит он. — Большая, от грузовика.
И совершенно лысая.
То и дело из тени нависающих джунглей, переливаясь ярким оперением, срывается какая-нибудь птица, пугая людей до беспамятства. Солнце палит нещадно. Когда все началось, Рэнди был всего в паре метров от спасительной тени; теперь он уже не чает выбраться из пекла, не получив солнечного удара.
Ни с того ни с сего Енох Роот начинает что-то бормотать на латыни. Рэнди оборачивается и видит, что тот держит мокрый, грязный человеческий череп.
Из джунглей вылетает радужно-голубая птица с желтым саблевидным клювом и черно-оранжевой головой. Покружившись, она опускается на ближайший камень и смотрит, наклонив голову. Земля вновь содрогается; Рэнди вздрагивает, и глаза застилает капающий с бровей пот.
— Под камнями и грязью уложен железобетон, — говорит Дуг. — Вон арматура торчит.
Из тени вылетает еще одна птица или что-то похожее и летит почти прямо вниз, к воде, с сумасшедшей скоростью. Ами как-то странно всхлипывает. Рэнди не успевает повернуться, как сверху доходит ужасный грохочущий треск. Он поднимает голову и видит Джона Уэйна; языки огня вырываются из пламегасителя его штурмовой винтовки. Он стреляет куда-то на противоположную сторону реки. Джекки By тоже принялся куда-то палить. Рэнди присел на корточки и, потеряв равновесие от всей этой чехарды, выставляет руку, чтобы не упасть. К счастью, он не опирается на мину. Он смотрит на Ами; девушка по плечи ушла в воду, отсутствующий взгляд устремлен в никуда. Рэнди это не нравится. Он встает и идет к ней.
— Рэнди, прекрати, — говорит Дуг Шафто. Дуг уже добрался до берега, он в двух шагах от зеленого полога, нависшего над рекой.
На поверхности воды рядом с Ами
— Ами ранена стрелой, — говорит он.
— Охренительно, — бормочет Дуг.
— Ами, куда ты ранена? — спрашивает Енох Роот.
Ами все еще не может раскрыть рта. Она неловко встает, стараясь не шевелить правой ногой. Из воды показывается стрела — вошла прямо в бедро. Кровь начинает сочиться и стекать в реку.
Дуг отчаянно жестикулирует людям наверху.
— Так всегда, — шепчет он. — Классический случай: простая рекогносцировочная вылазка оборачивается боестолкновением.
Ами ухватывается за стрелу и пытается сломать ее, но свежее дерево не поддается.
— Я где-то потеряла нож, — говорит она. Голос звучит твердо — слишком твердо, чтобы казаться естественным. — Думаю, вытерплю. Но мне все это не нравится.
Рядом с Ами под водой виден еще один валун, покрытый илом. До него метра два. Рэнди прыгает, но валун неожиданно опрокидывается под ногой, и Рэнди, растянувшись, плюхается в воду. Когда ему наконец удается сесть, он, приглядевшись, обнаруживает, что валун имеет форму цилиндра размером с тарелку и сантиметров десять толщиной.
— Рэнди, то, на что ты пялишься, — японская противотанковая мина, — говорит Дуг. — Она проржавела так, что стала непредсказуемой, и содержит заряд, достаточный, чтобы оторвать башку и тебе, и всей честной компании. Так что если ты хотя бы временно перестанешь быть полным идиотом, мы будем тебе крайне признательны.
Ами предостерегающе поднимает руку:
— Не надо мне ничего доказывать. Если хочешь сообщить, что любишь меня, пошли валентинку.
— Я люблю тебя, — говорит Рэнди. — Я хочу, чтобы все было хорошо и ты вышла за меня замуж.
— Как романтично, — с сарказмом замечает Ами, потом начинает плакать.
— О, чтоб вам!.. — отзывается Дуг. — Вы, ребята, отложили бы это на потом. Расслабьтесь. Кто бы ни выпустил стрелу, он уже давно ушел. Партизаны умеют рассредоточиваться.
— Это не партизаны, — говорит Рэнди. — У них ружья, даже я знаю.
— Кто же тогда? — спрашивает Ами, с трудом взяв себя в руки.
— Похоже на стрелу кайюсов, — отвечает Рэнди.
— Кайюсов? Что, стрелял кайюс? — недоверчиво спрашивает Дуг. Рэнди восхищает, что он, невзирая на скепсис, в принципе готов рассмотреть и такую гипотезу.
— Нет, — отвечает Рэнди, обходя мину. — Кайюсы давно вымерли от кори. Стрелял белый человек, очень хорошо изучивший охотничьи приемы индейцев с американского северо-запада. Что еще известно о нем? Что он прекрасно умеет прятаться в джунглях. И еще он настолько спятил, что ему плевать на мины, лишь бы пострелять. — Говоря это, Рэнди не перестает ощупывать дно, и наконец делает следующий шаг. До Ами остается метра два. — Причем не абы в кого — он выстрелил в Ами. Почему? Потому что знает: лучший способ ранить меня — это выстрелить в нее.