Кромешник. Том 3
Шрифт:
— Давай, пойдём, покажу тебе склад артефактов.
Я заметил, как при этих словах загорелись глаза лейтенанта, он даже на некоторое время забыл о своём недомогании.
Склад был за следующей дверью, на которой висело сразу несколько увесистых табличек: «Вход без допуска запрещён», «Опасно», «Не вскрывать без присутствия ответственного лица», «Не фотографировать, не записывать, не трогать без перчаток».
— Тут у нас всякое интересное, — Сидоров начал отпирать замки по очереди, — Изъятое, найденное, привезённое, отобранное… Часть
Когда мы зашли внутрь, Александр достал латексные перчатки из пластиковой банки, которая стояла на столе, расположенном прямо у входа.
— Надевай.
Я последовал примеру своего сопровождающего.
Склад представлял собой что-то среднее между музейным фондом, кладовкой сумасшедшего и секцией товары для дома.
Стеллажи были закрыты металлическими сетками, на каждом предмете имелась бирка с номером и кратким описанием. Пригляделся, читая надписи: кольцо, эффекты неустойчивые, не надевать; часы настенные, любят останавливаться при эмоциональных выбросах; икона, не подходит под известные стили, не целовать.
— Сюда редко кого допускают, — хмыкнул Сидоров, — но тебе разрешили, поэтому, будь осторожен, лучше вообще ничего не трогай, а то не успеешь чихнуть, как помрёшь
Княгиня буквально прижалась носом к ближайшей клетке, где на полке красовался кривоватый медный подсвечник.
— Ах, — выдохнула она, — Какая прелесть. Старинная вещица, кажется, у меня при жизни был такой же, правда выглядел попрезентабельней.
— Не вздумайте трогать, — мгновенно одёрнул я Навью.
Она посмотрела на меня с тем выражением, с каким аристократка XVIII века смотрела бы на лакея, осмелившегося предупредить её о скользкой лестнице.
— Я уже умерла, милый. Фраза не вздумай трогать, потеряла для меня актуальность лет эдак триста назад.
— Наталья Петровна, — прошипел сквозь зубы.
— А? — обернулся ко мне Сидоров.
— Ничего. Это я сам с собой. Занятные у вас тут вещицы.
Призрачная княгиня моего совета не послушала, продолжив тянуться руками к артефакту. Прозрачные пальцы прошли сквозь решётку и легонько коснулись подсвечника.
В следующий миг по складу прокатился странный металлический звон, будто кто-то ударил в барабан. Несколько предметов на соседних полках синхронно дрогнули. Маленькая стеклянная сфера качнулась и стукнулась о решётку. В дальнем углу что-то пискнуло.
— Стоять! — рявкнул Сидоров уже совсем другим тоном, — Не двигайся!
Я замер. стараясь не шевелиться. Голицына же с интересом разглядывала свои нематериальные пальцы и подсвечник, который теперь заметно нагрелся и испускал лёгкий маревый дымок.
— Так-так-так, — лейтенант стремительно подошёл, сверяясь глазами со стоящей на полке инструкцией, — Что тут у нас? Номер сто тринадцать. Подсвечник. Эффект не уточнённый, при прикосновении нематериальных
— Пока что материальная, — выдавил я из себя.
В этот момент подсвечник издал короткий, возмущённый дзынь, и над ним, прямо из воздуха, поднялся тонкий язычок голубого пламени. Он вытянулся, раздвоился, затем, вопреки законам физики, стал загибаться кверху, складываясь в нечто вроде надписи.
Я моргнул. Над подсвечником чуть подрагивая, вырисовывались слова:
— КТО ЗДЕСЬ ШАЛИТ?
Княгиня прыснула со смеху.
— А вот это очень даже забавно, — захлопала в ладоши Навья.
— Алексей, посмотри, пожалуйста, ты точно уверен, что здесь никакого нет призрака? Вдруг хдесь как в архиве поселился неупокоенный дух.
Оглянулся для вида.
— Нет, никаких призраков я тут не наблюдаю, — соврал я под довольное хихиканье княгини, потому что раскрывать присутствие Голицыной и признаваться, что провел в здание ОАР Навью, я не собирался.
Достаточно того, что об этом узнал Куницын.
— Просто прекрасно, — саркастически процедил лейтенант, — ещё один артефакт активировался. Придётся срочно вызывать спецов.
Голубой огонь над подсвечником мигнул, пламя на секунду замерло, словно что-то обдумывая, а затем надпись поплыла, буквы перемешались, сложившись в новую фразу:
— СМОТРИ В ОБА.
Мы с Александром переглянулись.
— И что это значит? — удивлённо протянул Сидоров.
— Хотел бы я знать, — пожал плечами.
Понять бы ещё, кому было высказано предупреждение: мне, лейтенанту или призрачной княгине?
Надпись висела перед нашими глазами примерно пару минут, а потом размылась, и голубой огонь стремительно втянулся обратно в подсвечник.
Несколько секунд на складе стояла густая тишина.
— Ладно, пойдём, мне нужно доложить о происшествии.
— Алексей, — довольная Навья плавно развернулась в воздухе, — Ты чего насупился? Веселее мой друг, веселее. Привыкай, со мной твоя жизнь станет гораздо интереснее.
— Угу, — проворчал я, — Такими темпами я не только поседею раньше времени, но и до пенсии не доживу.
Сидоров услышал мои слова, отнес их к сложившейся ситуации, да и вообще, нелёгкой ведьмачьей жизни.
— Про нормальную пенсию забудь, — хмыкнул парень, запирая за нами склад, — В нашем отделе есть только два стабильных сценария: либо спиваешься и уходишь на гражданку сторожем в церковь, либо дослуживаешься до полковника и становишься таким же, как Архип Данилович и поверь мне, второе намного страшнее.
Лейтенант на секунду задумался, окинул меня взглядом с ног до головы и добавил:
— Весёлые перспективы, ничего не скажешь.
Княгиня довольно улыбнулась.
Мы вышли со склада артефактов, и Сидоров покачнулся, ухватившись рукой за стену. Всё-таки слабость после того, как Навья откушала жизненной силы парня, никуда не ушла.