Кронос
Шрифт:
Уха поучилась на славу, но кто-то подал голос, что она больше похожа на рыбный суп, из-за нехватки определённых составляющих, входящих в последовательность закладки, а также форма упомянутых. Определённые круги, в ответ на критику заявили, что любая уха без водки, это рыбный суп и наоборот. И неважно, какие заявления делают оппозиционеры от известного общества. Дым от костра поднимался к небу, не стелясь по земле и, не заставляя слезиться глаза, что само по себе радовало, так как предвещало ясную погоду, не омрачённую ночной сыростью. Заодно, не портящую
Сутулый с Кащеем спорили по поводу выражения: «огонь, вода, и медные трубы», и что всё это значит для того, кому предстоит пройти испытание данными стихиями.
— А я тебе говорю, что медные трубы — это фанфары! — доказывал Сутулый, отчаянно жестикулируя, вероятно, изображая игру на трубе.
— Да? А я думал — лужёна глотка.
Последнее заявление заставило компанию повергнуться в безудержный хохот, с последующими коликами в животах.
Утром, из зарослей подогнали вездеход и молча погрузили в него всё барахло. Провиантом разбрасываться не стали, заодно захватив недоеденную рыбу.
— Ну, — спросил Комбат, ещё не отошедший ото сна и вопросительно глядя на Крона, — какой наш курс? Вдаль по руслу реки?
— Как и было предположено — в район падения метеорита, — ответил то и настороженно добавил. — Вот только сигнал навигатора пока слабый.
— Метеорит-метеорит! — недовольно пробурчал Дед. — С ним, до сих пор, достоверно неясно, при каких обстоятельствах он рухнул. Показания очевидцев разнятся, вплоть до противоречий и взаимных исключений.
— Да на кой ляд нам их показания! — не выдержал Доцент. — Мы же не железяку ищем, пусть и космического происхождения. И вообще: по компьютерным подсчётам, мощность взрыва достигла пятидесяти мегатонн, что соответствует мощности современной водородной бомбы.
— Где связь! — уточнил Почтальон. — В чём подвох?
— Или это был не метеорит, или его размеры значительно превосходили заявленные.
— Вот это, скорее всего, — согласился Бармалей, — ну как случайные очевидцы могут определить размеры высоколетящего «гостя»? По-линейке, что ли? А высоту взрыва — по двум пальцам выше бровей? Так что, учитывая поголовную неграмотность дореволюционного населения, ни одни словесные показания не могут быть признаны за истинные. В небе ориентиров нет, сравнить не с чем, а вот определить степень свечения — запросто: очевидцы отмечали появление в небе второго солнца. Какие тут можно сделать выводы?
— Ладно — поехали! — прервал его Пифагор, которому надоел бесполезный трёп.
Он забрался в амфибию и приготовился к поездке, притулившись рядом с Бульдозером. Воздушная подушка резво рассекала водную гладь и вездеход, свернув в правую протоку, огибал «Тунгусский» государственный заповедник с севера, приближаясь к предполагаемому эпицентру взрыва. Сигнал заметно усилился и уже походил на сердцебиение. Крону одно время даже казалось, что удары вибрацией отдаются в руку, хоть он и понимал, что этого не может быть. Приток заметно обмельчал, постепенно принимая контуры и приметы болота, а сигнал навигатора отбивал бешеный ритм, указывая на эпицентр давней катастрофы. Центр расположился в
— Что будем делать? — уныло выдавил из себя Комбат, несколько иначе представляя себе финал эпопеи.
— Сейчас увидишь, — спокойно отреагировал Крон на уныние помощников. — Планы несколько изменились, в связи с опасностью транспортировки этого чудища. Нам самим не придётся волочить её по болотам.
— Я это подозревал, — облегчённо вздохнул Комбат. — Но не расстраиваюсь, по этому поводу.
Крон промолчал и, настроив «антигравитон» по заданной инструкции, достал из кармана предмет, сильно похожий на яйцо, чем вызвал страдальческие стоны некоторых членов экспедиции, которым до смерти надоели, подобны эксперименты.
— Спокойно, друзья! — несколько извиняющимся тоном, Крон призвал всех к порядку. В этой части света наши мытарства заканчиваются.
С этими словами, он включил прибор и бросил яйцо в центр зловонной лужи. В следующее мгновение никто толком не успел сообразить, что произошло: болото неожиданно взорвалось страшным рёвом, окатив скитальцев с ног до головы. Создалось такое впечатление, как будто ракета стратегического назначения покинула свою шахту, оглушая окрестности всей мощью маршевых двигателей, работающих на полную катушку. Пока протирались лица, всё было кончено и, освободившееся место в яме занимала вода.
— Предупреждать надо! — ворчал Пифагор, вытирая лицо и брезгливо морщась. Запах метана, вперемежку с сероводородом, отчётливо ощущался в воздухе, после высвобождения газов из застоявшихся глубин.
— Сам не ожидал! — оправдывался Крон, перенимая эстафетный платок для протирки физиономии.
— Что дальше? — обречённо спросил Комбат, готовый теперь, и не к таким поворотам.
— Поцелуй генеральшу! — посоветовал Дед. — Ты слишком часто стал задавать этот вопрос.
— Дальше? — задумался Крон. — Возвращаемся. Открылся новый сигнал и наш оставшийся путь, довольно быстро будет пройден. По пути, заодно отмоетесь. Кочегары…
Возвращались усталые и грязные, толком не зная куда и, практически по приборам. Можно сказать — на автопилоте. Крон молчал, тупо глядя в дисплей навигатора, ожидая устойчивого сигнала и, только хмурился. Маршевый винт натужно гудел, вентилятор через сопла нагнетал в подушку воздух, создавая дополнительный шум, которого и так было предостаточно, в отличие от точных координат. Наконец то Крон оживился и поднялся с места, скомандовав Бульдозеру, управляющему посудиной:
— Есть контакт! Курс зюйд-вест! Полный вперёд!
Товарищи оживились и напряжённо вглядывались в береговую линию, ища подходящие ориентиры. Судно на воздушной подушке прекрасно справлялось с незначительными препятствиями до одного метра и, без проблем прокатилось по каменистому пляжу, доставив команду к подножию горного кряжа.
— Нам нужно здесь немного переждать, — объявил всем Крон. — Откроется проход. Кстати, заодно и улики уничтожим.
— А нам не до фонаря, что кто-то наткнётся на беспризорный вездеход? — удивился Комбат.