Кросс

Паттерсон Джеймс

Наконец Сэмпсон решил вмешаться. С него было довольно.

— Тебе когда-нибудь говорили, что ты можешь крупно вляпаться, Джаметти?

— Вообще-то говорили. — Джаметти усмехнулся. — Пару раз мне говорили в точности то же самое. И знаете что? Кажется, это тоже были копы.

— Полина уже заявила, что она сама видела, как ты убил ее подругу Алексу. Задушил шнурком! А той было всего шестнадцать!

Джаметти грохнул кулаком по столу:

— Она же чокнутая, эта маленькая сучка! Врет она все! Что вы там с ней сделали?

Пригрозили выслать обратно? Депортировать в Польшу? Она этого больше всего боится.

Сэмпсон покачал головой:

— Нет. Я сказал, что мы ей поможем остаться в Америке, если сумеем. Направим в школу. В самую лучшую.

— Да врет она все! Чокнутая она! Говорю вам, она совсем спятила!

Сэмпсон опять кивнул:

— Врет, говоришь? Ну хорошо, а как тогда насчет Роберто Галло? Он тоже врет? Он ведь тоже видел, как ты убивал Алексу, а потом запихнул труп в багажник своего «линкольна». Он тоже это выдумал?

— Ясное дело, выдумал! И ващ-ще, чепуха все это! Чушь собачья! Вы и сами это знаете. И я знаю. И Бобби Галло тоже знает. Алекса? Да кто она такая, эта Алекса? Какая-то мифическая подружка Поли…

Сэмпсон пожал плечами:

— А откуда мне знать, что Галло это все выдумал? И что его показания — чушь?

— Да оттуда, что всего этого никогда не было, вот откуда! Потому что Бобби Галло наверняка договорился с вами! На сделку пошел!

— Хочешь сказать, что такого вообще не было? И что Галло не был очевидцем? А Полина была. Ты это хочешь сказать?

Джаметти прищурился:

— Думаете, я настолько глуп, детектив Сэмпсон? Нет, не настолько!

Сэмпсон развел руки в стороны, словно подчеркивая малые размеры комнаты:

— Но ты же оказался здесь.

Джаметти несколько секунд обдумывал услышанное. Потом кивнул в сторону Хэндлера:

— Скажите своему напарничку, чтобы пошел прогуляться, подальше и подольше. Я хочу поговорить с вами. Один на один, мистер босс.

Сэмпсон взглянул на Хэндлера:

— А почему бы тебе и впрямь не сделать перерыв, Мэрион?

Хэндлеру это явно не понравилось, но он встал и вышел из комнаты. У него было лицо старшеклассника, которого оставили после уроков.

Сэмпсон не произнес ни звука, когда они с Джаметти остались наедине. Он по-прежнему изучающее смотрел на гангстера, пытаясь проникнуть в его мысли. Парень — убийца, в этом детектив был уверен. Джаметти по уши сидит в дерьме. Полине Сороке всего четырнадцать лет.

— Злой следователь — это ваша роль, не так ли? Этакий сильный и молчаливый коп, да? — Джаметти снова усмехнулся.

Сэмпсон по-прежнему молчал. Так продолжалось несколько минут.

Наконец Джаметти наклонился вперед и заговорил — тихо, серьезным тоном:

— Вы же сами понимаете, что все это чушь собачья, правильно? Орудия убийства нет. Трупа нет. И я не знаю польскую девчонку по имени Алекса. А Поли — чокнутая. Можете мне поверить. Она, конечно, совсем маленькая, но только

по возрасту, а на самом деле уже взрослая. Она у себя дома уже собой торговала. Вам про это известно?

Сэмпсон в конце концов заговорил:

— Вот что я знаю и что могу доказать. Ты занимался сексом с несовершеннолетней в своем собственном доме.

Джаметти покачал головой:

— Ей не четырнадцать. Это просто маленькая шлюха. Но у меня есть кое-что и для вас, и мы можем поторговаться. Это связано с вашим дружком, Алексом Кроссом. Вы меня слушаете, детектив? Я знаю, кто убил его жену. И знаю, где его можно найти.

Глава 39

Джон Сэмпсон медленно выбрался из машины и побрел по знакомому, вымощенному камнем тротуару, а потом поднялся по ступеням, ведущим в дом Алекса Кросса на Пятой улице.

У двери он постоял, пытаясь собраться с мыслями и успокоиться. Дело предстоит нелегкое. Он узнал такие подробности убийства Марии Кросс, которые даже Алексу не были известны.

Наконец, решившись, он поднял руку и нажал на кнопку звонка. Никогда еще он не чувствовал себя так паршиво, как сейчас.

Ничего хорошего из этого все равно не выйдет. Ничего хорошего. А может даже положить конец их долгой дружбе.

Дверь ему открыла Нана. Старушенция была в синем халатике в цветочек и показалась Сэмпсону совсем крохотной. Она сейчас напоминала древнюю птичку, которой поклонялись и которую боготворили. А в этом доме ее и впрямь все боготворили. И Сэмпсон тоже.

— Джон, что случилось? В чем дело? Я даже спрашивать боюсь! Ладно, давай заходи, заходи. А то еще всех соседей перепугаешь.

— Да они и без того все перепуганные, Нана, — пробурчал Сэмпсон, пытаясь улыбнуться. — Такой уж у вас район, Саут-Ист, не надо забывать.

— Не надо над этим смеяться, Джон. Не смей! Ты зачем приехал?

Сэмпсон вдруг снова ощутил себя мальчишкой-тинейджером, которого словно пригвоздил к месту знаменитый строгий взгляд Наны. Было в этой сцене что-то знакомое. Она напомнила ему тот случай, когда Алекса застукали в магазине Грейди — он пытался стащить грампластинки. Они тогда еще в средней школе учились. Или другой случай — когда они курили травку на задворках школы и их выследил замдиректора. Потом Нане пришлось их вытаскивать из этой истории.

— Мне надо с Алексом поговорить, — сказал Сэмпсон. — Важный разговор. Придется его разбудить.

— И с чего бы это? — Она притопнула ногой. — Четверть четвертого утра! Алекс больше не работает на власти Вашингтона. И почему бы не оставить его в покое? Особенно тебе, Джон Сэмпсон! Уж ты-то мог бы не являться к нам посреди ночи!

Сэмпсон обычно старался не вступать в спор с Наной, но сегодня все же возразил:

— Боюсь, дело не терпит отлагательства, Нана. Кроме того, на этот раз мне не нужна помощь Алекса. Это ему нужна моя помощь.