Кровавый след
Шрифт:
– Папа, посмотри, – обращалась к нему девчушка, показывая куклу. – Посмотри, какое платье.
– Угу, – отвечал мужчина, не поднимая на девочку глаз. Он был поглощен чтением.
Не знаю, почему, но я не мог оторвать взгляда от этой славной девчушки.
– Папа, – снова настойчиво повторила она.
– Не приставай, Настя. Скоро придет мама, и мы пойдем гулять.
Я повернул голову туда, где у подъезда сидели старики, и замер от неожиданности. Из дома выходила Марина. Она тоже заметила меня и остановилась. Она смотрела на меня, словно увидела
Марина изменила прическу: подстригла и перекрасила волосы. Но выглядела так же обворожительно, как и три года назад.
– Марина, – безжизненным голосом произнес я.
– А вот и наша мама, – услышал я голос мужчины, несколько минут назад разговаривавшего с девочкой.
В одну секунду мне все стало ясно. Марина, уверовавшая в мою смерть, забыла меня. Сейчас у нее новый муж. А эта симпатичная девочка – моя дочь. Я почувствовал горькое разочарование, земля стала уходить у меня из-под ног.
Несколько секунд еще длился наш молчаливый диалог. Я смотрел в глаза жены и видел, как быстро сменяются в ее душе чувства. Сначала в них была растерянность, которая сменилась восторгом. Теперь же Марина с ужасом смотрела на меня.
Она прошла мимо, опустив глаза, и направилась к скамейке, где сидел ее муж и где играла ее дочь. Я не знал, что делать в этой ситуации и стоял на месте, не в силах пошевелиться.
– Мамочка, – обрадовалась девочка.
– Где ты пропадала столько времени? – недовольно спросил мужчина мою жену. – Ты всегда так долго копаешься!
Тут он посмотрел на Марину и заметил, что с ней творится что-то неладное.
– Что-нибудь случилось? – спросил он.
Марина ответила не сразу. Она посмотрела в мою сторону, а потом снова перевела взгляд на мужа:
– Да, случилось.
Она замолчала, и я понял, что слова даются ей с трудом.
– Кто этот человек? – поинтересовался мужчина.
– Один мой знакомый. Мне нужно с ним поговорить.
– Значит, ты предлагаешь мне уйти? – подозрительно спросил мужчина.
Марина промолчала. Я слушал этот разговор и весь кипел от злости на мужчину, который неизвестно по какому праву разговаривал с Мариной, как господин со своей рабыней, па саму Марину и на себя, потому что не решался подойти ближе и рассказать наглецу, кто я есть на самом деле.
– Так надо, – наконец сказала Марина. – Пожалуйста, и возьми с собой Настю.
– Мама, пойдем гулять, – пролепетала девочка, услышав, что мать назвала ее имя.
– Вы идите с… – Марина запнулась, а потом произнесла уверенным голосом, – с папой, а я вас скоро догоню.
– Ай, не хочу, – упрямилась девочка.
– Уведи ее, – со слезами повторила Марина. – Я прошу тебя.
Мужчина недовольно поднялся со скамейки, медленно сложил газету и взял за руку девчушку.
– Пойдем, у мамы серьезный и важный разговор, – сказал он,
Когда они скрылись из виду, Марина бессильно опустилась на скамейку. Я подошел к ней и сел рядом. Мы не смотрели друг другу в глаза и сидели молча, как будто вообще не были знакомы.
– Зачем ты сказала увести ребенка? – наконец спросил я.
– Потому что так надо, – она старалась держаться уверенно.
– Кому надо?
Марина посмотрела на меня и заплакала. Жалость к ней сжимала мое сердце, я обнял жену за плечи и притянул к себе.
– Не плачь, родная моя, я вернулся.
Марина как-то странно посмотрела на меня и нервно, сквозь слезы, рассмеялась.
– Ты вернулся? Как это здорово! Вернулся защитник, который спасет меня от всех несчастий.
Я с ужасом отшатнулся от жены.
– Что ты такое говоришь?
– Я говорю чистую правду. Неужели ты не понимаешь, что не нужно было возвращаться, что ты умер, а я постаралась забыть и тебя, и ту боль, которую ты мне причинил, и то унижение, которое причинило мне твое начальство.
Я понимал, что в Марине говорит боль. Она бросала оскорбительные, жестокие слова, будто стараясь компенсировать тот кошмар, который ей пришлось пережить. Я дал ей возможность выплеснуть боль наружу.
– Ты умер, – повторила она. – Я счастлива, у меня есть муж, который не пропадает неизвестно где целыми месяцами, годами, который проводит ночи дома и который любит мою дочь.
– Но ведь это и моя дочь, – сказал я. Марина опустила голову и тихо произнесла:
– Забудь об этом, пожалуйста.
– Как это?
– Ради ее же блага. Ей будет спокойнее жить. Она привыкла к Игорю, моему мужу, и всегда будет думать, что он ее настоящий отец.
Марина не понимала, как жестоко наказывала меня. Но разве я был виноват в случившемся? Разве я по собственной воле оставил ее? Разве я сам внес себя в список мертвых?
– Зачем ты вернулся? – спросила Марина, поднимая голову и глядя мне прямо в глаза.
– Я приехал к себе домой, к своей жене и дочери.
– У тебя нет ни дома, ни жены, ни дочери, – категорически сказала Марина.
Как ни абсурдно это звучало, я не стал спорить с женщиной, которая действительно отказалась от меня и уже позабыла. Сейчас для меня это было очевидно.
– Мы можем оформить наш развод, – быстро добавила Марина.
– Зачем? Разве в этом загвоздка?
– Я знаю, что ты поймешь меня, ведь ты добрый человек. Ты ведь не хочешь, чтобы мне и Настеньке было плохо?
Я отвернулся от нее. Моя душа плакала. Не сломленный в плену, сейчас я испытывал полное моральное бессилие. Так плохо мне еще никогда не было.
– Поначалу я все еще верила, что ты жив, не находила себе места, страдала, надеялась… Но потом появился Игорь, он помог мне забыть горе, и Настенька привязалась у нему. Лучшего отца для нее было бы трудно найти.
Она осторожно коснулась моей руки:
– Прости. Я как последняя дрянь разговариваю с тобой.
Я посмотрел на нее и произнес: