Крылатый
Шрифт:
Взрыв! Не огонь! «Плазму» напарника разорвало в клочья, полопались «нити», «струны» выгнулись сильнее. Второй-один качнулся в сторону, уходя в прыжок, но вырвавшиеся из портала щупы оказались быстрее его. Один из щупов, напоминавший толстый кабель с зубцами на конце, впился в ногу напарника. Я атаковал «иглами», стремительно ринулся вперед, вырвал из тела напарника провод, коснулся пальцами острых зубцов. Тысячу раз проклятие! Щуп уже считал информацию! Есть только один способ стереть ее. Я не раздумывал ни секунды. Он — мой брат. Щуп легко вошел в плечо, причиняя жгучую
«Идиот!» — Не сдержавшись, напарник бешено заорал на общей волне, схватил меня за плечи, нещадно встряхнув, и отвесил подзатыльник.
Нельзя! Задание! Ничего личного!
«Уходите! „Красная метка“!» — рявкнул я.
«Не геройствуй!» — рыкнули в ответ три-один и три-два.
Не тратя времени, я коснулся пальцами ладони рычащего от ярости напарника, передавая ему крохотный пакет зашифрованной информации. Он понял. Передал командиру. Три-один стянул разрыв своими двумя «струнами», вложил незакрепленные концы в мою руку. В мое тело впивались новые и новые щупы.
«Уходим!» — приказал командир.
«Второй-один, „плазму“», — попросил я.
Напарник передал мне второй заряд своего оружия.
«Прощай, Призрак».
«Прощайте, Призраки».
Они исчезли, двигаясь к точке выхода, а я сломанной куклой обвис на пробивших мое тело щупах. Никакой информации, кроме ничего не значащего бреда, они не считают. Физически в данный момент меня невозможно выследить.
Люди подошли поближе, с интересом разглядывая мое безвольное тело.
— Призрак?! — удивился кто-то из ученых. — Живой Призрак?!
— Они бросили своего. Это удивительно.
— Мы поймали живого Призрака! Вы представляете, что это значит?!
— Ну еще бы… Дежурные! Не спать! Портал открыт!
Ученые засуетились. Ко мне подошли двое — дангах и человек.
— Попался, голубчик, — мерзко усмехнулся седоусый ученый. — Как долго ты и твоя шайка портили мне жизнь! Теперь я на тебе за все отыграюсь.
— Не будь так самонадеян, человек, — прохрипел дангах, раскрывая клювообразный рот. Надо же, как хорошо он говорит на человеческом языке! Слишком хорошо для обычного дааха. — Перед тобой не кукла, а грозный противник. Серый Призрак.
— Этот грозный противник сейчас беспомощнее котенка, — ответил ученый и резанул мою плоть скальпелем Информатория.
Я дернулся. Терпи, Призрак, терпи! Эх, даже далекое физическое тело наверняка дергается от боли. Только бы не заметил тот, о ком не следует даже вспоминать, находясь в шкуре Призрака. Ну-ну, пытайся! Все равно ничего не считаешь. А я сейчас еще и мысленно поизвращаюсь, чтобы тебе было веселее потом просматривать инфоментальные записи.
— Отнесись с уважением к врагу, — сказал дангах. — Это достойный противник.
— Был, — сказал седоусый ублюдок, кромсая мое тело еще глубже. — И сплыл.
Готово! Трансформация завершена!
Я рассмеялся. Сначала тихо и зловеще, так, чтобы дангах и ученый отступили на пару шагов, а потом все громче и громче. Зловещий, леденящий душу фирменный смех Призрака. Говорить мы не можем, зато ржать — сколько влезет! Дождавшись, когда смущенные, ничего не понимающие
В руку послушно скользнула капсула «хроноса». Из моего тела все еще торчали обрывки щупов. Этим оружием я ударил уже по себе.
Последнее, что я видел, был вогнутый зеркальный стакан «хроноса», поглотивший меня…
…Сердце судорожно билось где-то в горле, градом катил холодный пот, меня всего колотило крупной дрожью. Раскалывалась голова, зверски болело все тело.
Дрожащими руками я отключил антенну Призраков. Стальная игла в моей руке стала прозрачной и втянулась под кожу. Закрыв ноут, отложил его в сторону. С третьей попытки содрал с головы обруч. Браслеты снимать сил не было. Перед глазами плыло.
Кто-то снял с моих запястий браслеты и сунул в руки стакан с чем-то холодным. Я залпом выпил освежающую жидкость и только тогда посмотрел на заботливого «кого-то», которым, естественно, оказался мой брат. Он понимающе усмехался. Шон знает и понимает больше, чем говорит. Хотя едва ли он знает, чем на самом деле я занимаюсь. Брат покачал головой и вполголоса сказал:
— Надо быть осторожнее. Тебя что, никто не страховал?
— Сегодня я страховал. И попал, — шепотом ответил я.
Брат хотел спросить что-то еще, но его прервал пронзительный звонок моего телефона. «Что ожидает нас, друг, на пороге ада?» — вопрошал голос из динамика сотового. Апокалипсис…
— Привет, Ван. — Главное — спокойно. А то сейчас придется много нового о себе узнать. И вытерпеть получасовой сеанс возмущенного ора.
— Ты жив?! — Голос донельзя взволнованный.
— Нет, я умер и с тобой говорит мой труп! Жив я, жив, не кипятись.
Умоляю, друг, побереги свои и без того издерганные нервы.
— Слава Небу… — выдохнул напарник и заорал так, что я отставил трубку подальше от уха: — Какого хрена ты вытворяешь?! Идиот!
— Совершенно согласен! — крякнул Шон и тут же погрозил мне увесистым кулаком.
А я что, а я ничего, разлетались тут всякие молнии…
— Ван, не ори…
— «Не ори»?!
— Ван…
— Да я бы тебе башку еще открутил!
— Ва-ан…
— Как ты вообще посмел так себя подставить, идиот?!
— Потому что я мог это сделать!
— Ты… ты… ты… — Друг задохнулся от возмущения. — А ты подумал, что в тот момент со мной было?! Ты обо мне подумал?!
— Я не мог подставить под удар тебя, Ван! А себя — мог! Для меня почти не было риска, а ты… — Я не закончил, поскольку нельзя было при Шоне говорить о том, о чем сейчас умолчал. — Только о тебе в тот момент и подумал, придурок. А про все остальное забыл.