Крылатый

Тьма Анна

Взрыв! Не огонь! «Плазму» напарника разорвало в клочья, полопались «нити», «струны» выгнулись сильнее. Второй-один качнулся в сторону, уходя в прыжок, но вырвавшиеся из портала щупы оказались быстрее его. Один из щупов, напоминавший толстый кабель с зубцами на конце, впился в ногу напарника. Я атаковал «иглами», стремительно ринулся вперед, вырвал из тела напарника провод, коснулся пальцами острых зубцов. Тысячу раз проклятие! Щуп уже считал информацию! Есть только один способ стереть ее. Я не раздумывал ни секунды. Он — мой брат. Щуп легко вошел в плечо, причиняя жгучую

боль.

«Идиот!» — Не сдержавшись, напарник бешено заорал на общей волне, схватил меня за плечи, нещадно встряхнув, и отвесил подзатыльник.

Нельзя! Задание! Ничего личного!

«Уходите! „Красная метка“!» — рявкнул я.

«Не геройствуй!» — рыкнули в ответ три-один и три-два.

Не тратя времени, я коснулся пальцами ладони рычащего от ярости напарника, передавая ему крохотный пакет зашифрованной информации. Он понял. Передал командиру. Три-один стянул разрыв своими двумя «струнами», вложил незакрепленные концы в мою руку. В мое тело впивались новые и новые щупы.

«Уходим!» — приказал командир.

«Второй-один, „плазму“», — попросил я.

Напарник передал мне второй заряд своего оружия.

«Прощай, Призрак».

«Прощайте, Призраки».

Они исчезли, двигаясь к точке выхода, а я сломанной куклой обвис на пробивших мое тело щупах. Никакой информации, кроме ничего не значащего бреда, они не считают. Физически в данный момент меня невозможно выследить.

Люди подошли поближе, с интересом разглядывая мое безвольное тело.

— Призрак?! — удивился кто-то из ученых. — Живой Призрак?!

— Они бросили своего. Это удивительно.

— Мы поймали живого Призрака! Вы представляете, что это значит?!

— Ну еще бы… Дежурные! Не спать! Портал открыт!

Ученые засуетились. Ко мне подошли двое — дангах и человек.

— Попался, голубчик, — мерзко усмехнулся седоусый ученый. — Как долго ты и твоя шайка портили мне жизнь! Теперь я на тебе за все отыграюсь.

— Не будь так самонадеян, человек, — прохрипел дангах, раскрывая клювообразный рот. Надо же, как хорошо он говорит на человеческом языке! Слишком хорошо для обычного дааха. — Перед тобой не кукла, а грозный противник. Серый Призрак.

— Этот грозный противник сейчас беспомощнее котенка, — ответил ученый и резанул мою плоть скальпелем Информатория.

Я дернулся. Терпи, Призрак, терпи! Эх, даже далекое физическое тело наверняка дергается от боли. Только бы не заметил тот, о ком не следует даже вспоминать, находясь в шкуре Призрака. Ну-ну, пытайся! Все равно ничего не считаешь. А я сейчас еще и мысленно поизвращаюсь, чтобы тебе было веселее потом просматривать инфоментальные записи.

— Отнесись с уважением к врагу, — сказал дангах. — Это достойный противник.

— Был, — сказал седоусый ублюдок, кромсая мое тело еще глубже. — И сплыл.

Готово! Трансформация завершена!

Я рассмеялся. Сначала тихо и зловеще, так, чтобы дангах и ученый отступили на пару шагов, а потом все громче и громче. Зловещий, леденящий душу фирменный смех Призрака. Говорить мы не можем, зато ржать — сколько влезет! Дождавшись, когда смущенные, ничего не понимающие

люди вышли из оцепенения и начали гадать, к чему бы этот дьявольский смех и не двинулся ли Призрак головой, я резко натянул «струны», швырнул в атаку весь арсенал «игл», развернув «плеть», и оборвал все щупы разом. Что-то мелкое выскользнуло из портала, но я не успел заметить, куда оно шмыгнуло, да и не до того было. Сбивая ударами «плети» края разрыва, я выпустил слитые воедино «плазму» и «лучи». Мощнейший удар сократил края до белой нити. Добавив «плетью», запечатал разрыв.

В руку послушно скользнула капсула «хроноса». Из моего тела все еще торчали обрывки щупов. Этим оружием я ударил уже по себе.

Последнее, что я видел, был вогнутый зеркальный стакан «хроноса», поглотивший меня…

…Сердце судорожно билось где-то в горле, градом катил холодный пот, меня всего колотило крупной дрожью. Раскалывалась голова, зверски болело все тело.

Дрожащими руками я отключил антенну Призраков. Стальная игла в моей руке стала прозрачной и втянулась под кожу. Закрыв ноут, отложил его в сторону. С третьей попытки содрал с головы обруч. Браслеты снимать сил не было. Перед глазами плыло.

Кто-то снял с моих запястий браслеты и сунул в руки стакан с чем-то холодным. Я залпом выпил освежающую жидкость и только тогда посмотрел на заботливого «кого-то», которым, естественно, оказался мой брат. Он понимающе усмехался. Шон знает и понимает больше, чем говорит. Хотя едва ли он знает, чем на самом деле я занимаюсь. Брат покачал головой и вполголоса сказал:

— Надо быть осторожнее. Тебя что, никто не страховал?

— Сегодня я страховал. И попал, — шепотом ответил я.

Брат хотел спросить что-то еще, но его прервал пронзительный звонок моего телефона. «Что ожидает нас, друг, на пороге ада?» — вопрошал голос из динамика сотового. Апокалипсис…

— Привет, Ван. — Главное — спокойно. А то сейчас придется много нового о себе узнать. И вытерпеть получасовой сеанс возмущенного ора.

— Ты жив?! — Голос донельзя взволнованный.

— Нет, я умер и с тобой говорит мой труп! Жив я, жив, не кипятись.

Умоляю, друг, побереги свои и без того издерганные нервы.

— Слава Небу… — выдохнул напарник и заорал так, что я отставил трубку подальше от уха: — Какого хрена ты вытворяешь?! Идиот!

— Совершенно согласен! — крякнул Шон и тут же погрозил мне увесистым кулаком.

А я что, а я ничего, разлетались тут всякие молнии…

— Ван, не ори…

— «Не ори»?!

— Ван…

— Да я бы тебе башку еще открутил!

— Ва-ан…

— Как ты вообще посмел так себя подставить, идиот?!

— Потому что я мог это сделать!

— Ты… ты… ты… — Друг задохнулся от возмущения. — А ты подумал, что в тот момент со мной было?! Ты обо мне подумал?!

— Я не мог подставить под удар тебя, Ван! А себя — мог! Для меня почти не было риска, а ты… — Я не закончил, поскольку нельзя было при Шоне говорить о том, о чем сейчас умолчал. — Только о тебе в тот момент и подумал, придурок. А про все остальное забыл.