Крылья
Шрифт:
– Норма, – заговорила Кейси, – тебе не попадалась на глаза видеокассета? Формата «V-8»?
– Попадалась, – ответила Норма. – Вчера вечером ты забыла ее на своем столе. – Она выдвинула ящик, вынула оттуда кассету и повернулась к Ричману. – Мардер дважды справлялся о тебе. Велел перезвонить ему, как только ты появишься.
– Хорошо, – сказал Ричман и зашагал по коридору к своему кабинету.
Как только молодой человек скрылся за дверью, Норма произнесла:
– Эйлин говорит, что он много общается с Мардером.
– Может
– На кой черт ему это? Он и так женат на единственной дочери Чарли.
– Хочешь сказать, Ричман наушничает Мардеру? – спросила Кейси.
– Трижды в день.
Кейси нахмурилась:
– Но зачем?
– Хороший вопрос, милая. Думаю, тебя хотят подставить.
– За что?
– Понятия не имею, – ответила Норма.
– Из-за сделки с Китаем?
Норма пожала плечами.
– Не знаю. Но Мардер – самый ловкий интриган в истории компании. Он отлично умеет заметать следы. На твоем месте я бы остерегалась Ричмана. – Она подалась вперед и понизила голос:
– Когда я вернулась с обеда, здесь никого не было. Парень держит свой кейс в кабинете, и я ознакомилась с его содержимым.
– Ну, и?…
– Ричман копирует все документы, которые попадаются ему на глаза. Он отксерил все заметки с твоего стола. И еще он записывает номера телефонов, по которым ты звонила.
– Какой в этом смысл?
– Даже не догадываюсь, – сказала Норма. – Но это еще не все. Я нашла его паспорт. За последние два месяца он пять раз побывал в Корее.
– В Корее? – переспросила Кейси.
– Именно так, дорогуша. В Сеуле. Летал туда почти еженедельно. Ненадолго – на день, максимум на два.
– Но…
– Но и это еще не все, – продолжала Норма. – Корейцы ставят на въездной визе штамп с номером рейса. Однако в паспорте Ричмана указаны не коммерческие, а бортовые номера самолетов.
– Значит, он летал частными рейсами?
– По-видимому, да.
– Самолетами «Нортона»?
Норма покачала головой:
– Нет. Я говорила с Элис из транспортного отдела. За последний год ни одна машина компании не бывала в Корее. Уже несколько месяцев они летают в Пекин и обратно, но в Корее не приземлялись.
Кейси нахмурилась.
– И даже это еще не все, – сказала Норма. – Я говорила с сеульским СП. Он мой старинный приятель. Помнишь, как в прошлом месяце у Мардера случилась неприятность с зубами и он взял три выходных дня?
– Помню…
– Они с Ричманом побывали в Сеуле. СП узнал об этом после их отъезда и был очень недоволен тем, что его не поставили в известность, не пригласили ни на одно совещание с их участием. Он воспринял это как личное оскорбление.
– Какие совещания?
– Никто не знает. – Норма посмотрела на Кейси. – Будь осторожнее с этим парнишкой.
Кейси сидела за столом в своем кабинете, разбирая самые свежие телексы. В дверь просунулась голова
– Еще поручения будут? – оживленным тоном спросил он.
– Непременно, – отозвалась Кейси. – Езжай в окружное бюро воздушных сообщений, найди там Дэна Грина и возьми у него полетное задание и список экипажа Пятьсот сорок пятого.
– Разве их у нас нет?
– Есть, но только предварительные. К настоящему времени Дэн должен был получить уточненные данные. Они нужны мне к завтрашнему совещанию. Контора ОБВС находится в Эль-Сегундо.
– В Эль-Сегундо? Поездка туда займет целый день.
– Знаю, но это необходимо.
Ричман замялся:
– Думаю, от меня будет больше толку, если я останусь здесь…
– Отправляйся, – велела Кейси. – И позвони мне, когда документы будут у тебя на руках.
Дальняя комната ЦОВ в Глендейле была заставлена рядами жужжащих компьютеров – машин «Силикон Графикс Индиго» в невысоких корпусах с пурпурной полосой. Скотт Хармон, припадая на загипсованную ногу, пробрался сквозь хитросплетение кабелей, змеящихся по полу.
– Отлично, – сказал он. – Сейчас все сделаем, не успеешь оглянуться.
Он ввел Кейси в один из редакторских отсеков. Это была комната средних размеров с уютной кушеткой у задней стены, увешанной плакатами. Вдоль остальных трех стен помещения вытянулись монтажные столы – на каждом из них три монитора, два осциллографа, несколько компьютерных клавиатур. Скотт застучал по клавишам, потом жестом предложил Кейси садиться рядом.
– Какой материал? – спросил он.
– Любительская видеокамера.
– Обычная «восьмерка»? – с этими словами Скотт бросил взгляд на осциллограф. – Да, так и есть. Закодирована в системе «Долби». Стандартная штука.
– Кажется, да…
– Замечательно. Стало быть, на часовой кассете помещается девяносто четыре минуты.
Экран мигнул, и Кейси увидела горные вершины, покрытые облаками. Камера плавно повернулась, поймав в объектив молодого мужчину лет тридцати двух, который шагал по дороге, неся на плече ребенка. На заднем плане виднелись деревенские домики с бурыми крышами. По обе стороны к дороге подступали заросли бамбука.
– Где это? – спросил Хармон.
Кейси пожала плечами:
– Где-то в Китае. Ты можешь включить ускоренное воспроизведение?
– Конечно.
Кадры побежали быстрее, на изображении появились полосы помех. Перед глазами Кейси промелькнули небольшой дом с распахнутой дверью, кухня, черные горшки и кастрюли, открытый чемодан на кровати, железнодорожная станция, женщина, входящая в вагон. Потом она увидела забитую транспортом улицу города, похожего на Гонконг, зал ожидания в аэропорту, мужчину с ребенком на коленях. Ребенок плакал и вырывался. Потом возник коридор, ведущий к входному люку самолета, стюардесса, проверяющая билеты…