Крылья
Шрифт:
– И как? – спрашиваю осторoжно.
Сама себе я в зеркале очень понравилась. Крутилась перед ним не меньше получаса. Даже пыталась собрать отросшие волосы в хвост, но быстро распрощалась с этой идеей – мои непослушные кудри все равно растреплются уже через пару часов.
– Классно, - Лаки пожимает плечами с таким видом, будто любой другой ответ даже не рассматривается.
– Ты у нас красавица.
Льстит, конечно, но мне все равно приятно.
– Согласен, – интенсивно кивает Гай.
– Я даже растерялся,
? вот этот комплимент звучит сомнительно.
Лаки маскирует смех кашлем в кулак, чтобы не обидеть брата.
– Ешь давай, - шикаю на сына, а то кого-то уж очень все смешит. – Остынет.
– Да, мэм, – шутливо отдает мне честь. – Слушаюсь, мэм.
– Шут, - заявляю безапелляционно и сама присаживаюсь за стол.
За утро набегалась настолько, что голодна как стадо слонoв. М-м… Блинчики получились отличные. Даже апельсиновый джем чудесный, хотя обычно я не любитель цитрусовых и заказывала его специально для Гая.
– И куда вы сoбрались?
– нарушает Лаки мою идиллию единения с едой.
Гай тоже мгновенно подбирается на своем месте и обращается в слух. Глаза горят любопытством, но, в отличие от старшего брата, мальчик обладает врожденным чувством такта и вопросов не задает.
– Кто это – мы? – хлопаю ресницами, будто бы не понимаю намека. – Я не говорила, что уезжаю в компании.
Лаки закатывает глаза к потолку.
– А то не ясно.
– О,ты куда-то едешь с Джейсом?
– тут же подхватывает Гай. Что я там говорила пpо такт? Похоже, природа обделила этим чувством обоих братьев.
– Нет, нет и нет, - упрямо качаю головой, отрезая ножом кусочек блинчика. Все-таки Гай влияет на нас положительно: до его появления я ела бы блин руками, бессовестно макая его прямо в джем; теперь же прилежно использую нож, вилку и лoжечку. – Ничего не собираюсь рассказывать: ни c кем, ни куда. Это дела взрослых, – Лаки снова ухохатывается, так, что едва не давится едой.
– И поделом, – комментирую нравоучительно.
Сын пoднимает руки, капитулируя.
– Как скажешь, – сдается, прокашлявшись и отпив воды. – Вы хоть отдохните там как следует. И не волнуйся, ничего с нами не случится.
– Конечно не случится, – поддакивает Гай.
– Мы от охраны – ни на шаг.
Перевожу серьезный взгляд с одного на второго. Очень надеюсь, что так оно и есть. Вроде бы Лаки давно не бегал от телохранителя, но мне все равно до сих пор неспокойно – слишком свежи воспоминания о его исчезновении в прошлом году.
– Даете слово?
– Даем! – с готовностью обещает мальчик.
А сын даже торжественно прикладывает ладонь к сердцу.
– Клянемся быть паиньками.
Пару лет назад после такого обещания я бы здорово струхнула. Но, кажется, Лаки все же повзрослел и сейчас просто меня дразнит.
– Ладно, верю, - благосклонно киваю и возвращаюсь к еде. Даже остывшие блинчики бесподобны.
Несколько
– Лаки,ты договорился со школой? Гая отпустят с нами в «круиз»?
Месяц отсутствия и меня,и Лаки – не пара дней. Несмотря на то, что Гай – очень серьезный и хорошо воспитанный мальчик, ему всего одиннадцать,и только охраны мало, чтобы оставить ребенка на их попечении.
Не успеваю договорить, как понимаю: поговорил – ?ай тут же мрачнеет и утыкается взглядом в тарелку. Даже блин пилит десертным ножом с каким-то остервенением.
– Поговорил, – вздыхает Лаки и разводит руками.
– Без вариантов.
– Что значит – без вариантов?
– тут же вспыхиваю праведным гневом. Да что не так с этими школами? Когда-то мне казалось, что то, что Лаки пришлось менять школы и в итоге успеть поучиться в целых восьми, неправильно, и веди он себя спокойнее, этого бы не случилось. Теперь же начинаю думать, что найти нормальную школу для ребенка, не перебрав до этого десяток других, просто нереально.
– Мне самой поговорить с директором?
У меня с утра не только отличное настроение, но и боевой задор: если надо, разобью в пух и прах любого, кто вздумает вредить моим близким.
– Не надо ни с кем разговаривать, - Лаки замечает мой воинственный настрой и спешит прояснить ситуацию, пока его брату не пришлось переходить в третью школу за месяц.
– Мы все обсудили с директором позавчера. Очень милый старичок, всем сердцем радеет за учеников. Душевно побеседовали. ?н сказал, что и рад бы отпустить Гая, но месяц – это очень долго, а в школах разнятся программы,и Гаю и так приходится наверстывать. Поэтому он настоятельно рекомендует найти другой выход.
Закусываю губу.
– Вот же черт.
– И ничего не черт, - поправляет сын. – Он угостил меня клубничными пирожными, которые печет его жена. Пальчики оближешь, - постукивает по комму на своем запястьн.
– Миссис Фрейзер была так любезна, что прислала мне рецепт.
Прижимаю ладонь ко лбу.
– Ты что же, успел и с его супругой познакомиться?
– Ага, - Лаки кивает, подтверждая. ?изиономия довольная.
– Удачно получилось: она как раз занесла мужу на работу десерт, а тут я. Ну и разговорились.
А впрочем, чему я удивляюсь? Это же Лаки.
Когда в школу заявилась я, Гаю пришлось переводиться в другую. Когда туда отправился его брат,того накормили пирожными. Вывод налицо: нечего мне лезть не в свое дело.
– Ты чего? – Лаки хмурится, замечая перемену в моем настроении.
– Все нормально. Я уже все придумал.
Ох, и почему мне теперь ещё неспокойнее?
– Говори уж, – вздыхаю. Терпеть не могу театральных пауз.
– Бабушка и дедушка как раз успеют приехать и поживут с Гаем в наше отсутствие.