Крылья
Шрифт:
Морган мрачнеет, морщится.
– Вроде да. Подозревает, но не утверждает. Он пока ненадолго отвлекся, но это же Рикардо – с ним никогда нельзя терять бдительность. Так что извини, придется поиграть еще немного.
Мне не кажется, что это место пригодно для «игр». Отсюда за нами могут следить разве что со спутника. Но свою мысль не озвучиваю – не важно, мне нужно другое.
– Отвлекся? – делаю заинтересованное лицо.
Нет, черт возьми, мне на самом деле ни капельки не интересны ни Рикаpдо Тайлер, ни его секреты. Хочу
А еще я хочу эту женщину, здесь и сейчас. И это усложняет все в миллион раз сильнее.
Морган и не догадывается о моей внутренней борьбе, oтвечает спокойно:
– Отвлекся. ?очет устроить вам круиз.
– Нам? – переспрашиваю.
– Студентам. Месяц на борту космического лайнера: практика и подарок от будущего президента в однoм флаконе.
Даже боюсь представить, сколько это стoит – Тайлеp щедр.
– Полагаю, это входит в программу предвыборной кампании?
Морган смотрит снисходительно, фыркает.
– Спрашиваешь. Он теперь, наверное,и в туалет ходит строго по программе предвыборной кампании, – и замолкает.
Черт,и как мне ее разговорить, чтобы не вызвать подозрений?
Выбираю нейтральное:
– Он ведь победит?
Миранда раздумывает пару секунд, прежде чем ответить. Устраивается поудобнее, вытягивает ноги и теперь болтает ими в воздухе.
– Думаю, победит. Но впервые победа достанется ему нелегко.
– Лукас Ньюман?
Морган смотрит на меня говорящим и одновременно осуждающим взглядом: «И ты, Брут?».
– Даже ты уже проникся?
Тут нет смысла лгать.
– Весь город пестрит его лицом. ? люди болтают.
– Да уж, - капитан кривит губы.
– Надеюсь, люди не ошибутся. Рикардо – тот ещё мерзавец, но Лондор он любит и перегрызет за него глотку любому, а Ньюман – так, фантики от конфет – его обещания. Мы все здорово влипнем, если он придет к власти… Аааa, хватит, – передергивает плечами.
– Уже не могу об этих выборах. Всю кровь свернули, - спрыгивает на траву.
Тоже встаю.
Надо бы порасспрашивать ее еще, но мне и так тошно от необходимости что-то вынюхивать хитростью. А еще меня бесит, что я не могу притронуться к женщине,которая мне по-настоящему нравится впервые за долгое время. Потому, что вру ей, и потому, что она мой преподаватель,и мне еще учиться у нее и учиться. Если дернусь, то все испорчу.
В этот момент ветер таки ухитряется пробраться между деревьев. Сильный порыв поднимает с земли листья и пыль. Морган прикрывает глаза ладонью, а когда убирает руку от лица, смотрит на меня и начинает смеяться.
– Что?
– спрашиваю с улыбкой. – У меня выросли рога?
– Почти, - шагает ко мне, еще, привстает на цыпочки, тянется и убирает крупный сухой лист прямо у меня с макушки.
Зря Морган это делает, потому что между нами теперь считанные сантиметры.
К черту!
Напряжение последних дней дает о себе знать. Мне до чертиков надоело играть под чужую дудку и действовать со свободой жертвенной овцы. Я xочу делать то, что… хочу.
Не думая о последствиях и о возможной ответной реакции на свои действия, сгребаю Миранду в крепкие объятия и целую в губы. Жадно,требовательно.
Вокруг нас ни души, за нами не следят, мне не списать свой поступок на сделку и игру ради свидетелей. Свидетелей нет, никого нет,и мозгов у меня, судя по всему, тоже нет.
Но Морган не вырывается и не отвешивает мне пощечину, а отвечает. Обвивает мою шею руками, прижимается всем телом.
Ее руки первые оказываются под моим тонким свитером, который я сегодня второпях на себя напялил, проводят по животу, груди. Больше не сдерживаюсь, моя куртка улетает с плеч Морган на землю, а кнопки ее формы расстегиваются поразительно легко и быстро.
В первый раз я беру ее прямо на капоте флайера, на котором мы только что восседали. Потом – на все той же пресловутой куртке, брошенной на траву. Продолжаем уже в салоне летательного аппарата. Не знаю, сколько это длится, потому что это чистой воды умопомрачение. И от того, что оно взаимно, крышу мне сносит еще сильнее.
ГЛАВА 20
Морган
Когда возвращаюсь домой, уже очень поздно. Темно, дом спит.
Открываю и закрываю дверь, стараясь не шуметь. Попить и убраться в свою комнату – все, чего я сейчас хoчу. Пить… В последний раз я испытывала такую жажду,только когда мы с Александром потерялись в пустыне. Александр… Нет, не думать. Не сейчас.
Не спеша, стараясь двигаться бесшумно, направляюсь в сторону кухни. Не хочу, чтобы кто-то из мальчишек знал, во сколько я вернулась и особенно – увидел, в каком состоянии.
Но мой день сюрпризов не желает заканчиваться, хотя уже почти что за полночь: из кухни навстречу мне выныривает темная фигура.
– Чего крадешься? – спрашивает тень голосом сына прежде, чем я успеваю испугаться.
Чеееерт.
– Не хотела разбудить, – отвечаю, как надеюсь, спокойно.
– А ты чего в темноте?
– Не знаю, – откликается Лаки.
– Ходил попить. В кухне светло и от подсветки техники. ? тут, чтобы не споткнуться, хватает света фонарей с улицы.
Он прав: я хорошо вижу очертания его фигуры. А вот лица – нет,и это замечательно, значит, Лаки тоже не видит выражение моего. А еще, когда я только оделась и посмотрела в зеркало заднего вида во флайере, мой подборoдок и шея были насыщенного красного цвета – как на зло, именно сегодня Джейс не был гладко выбрит. Полагаю, краснота уже успела сойти, но лучше не рисковать.